Подаємо фрагменти із третього відділу знаменитої праці єпископа Філарета (Дмитра Гумілевського) (1805-1866) “Историко-статистическое описание Харьковской епархии” (1857). Описуючи церковні старожитності єпархії, він подає також багатющий краєзнавчий матеріал з історії населених пунктів Сумського та Лебединського повітів Харківської губернії.

Зокрема, тут оприлюдено десятки актів, універсалів, грамот, розпоряджень церковних і світських властей, приватних листів, купчих, духівниць, які збагачують наші знання з регіональної історії.

СОДЕРЖАНИЕ

Сумской уезд……………………………………….48

Сумское благочиние

Город Сумы………………………………………….49

Сыроватский округ

Слобода Нижняя Сыроватка…………………… 79

Слобода Верхняя Сыроватка…………………..81

Слобода Бобрик……………………………………82

Села Старое и Низ………………………………..84

Терешковка………………………………………….85

Шпилевка…………………………………………….86

Юноковский округ

Юноковка…………………………………………….87

Село Могрица………………………………………89

Стецковка……………………………………………89

Хотень и Николаевка……………………………..90

Локня и Беловод……………………………………92

Писаревка……………………………………………93

Белопольский Округ

Белополье……………………………………………94

Ворожба……………………………………………..100

Село Выри…………………………………………..102

Слобода Речки…………………………………….104

Лебединский уезд

1 Округ

Город Лебедин……………………………………107

Слобода Бишкинь………………………………..115

Большой Истороп…………………………………116

Слобода Рябушки………………………………..116

II Округ, Алешенский

Город Алешня……………………………………119

Село Чупаховка…………………………………123

Бобрик…………………………………………….124

Будылка и Боровенька………………………..124

Село Мартыновка……………………………….125

III Округ, Межиреческий

Межиричь…………………………………………127

Ворожба…………………………………………..130

Михайловка………………………………………132

Василевка…………………………………………134

Червленая Слобода…………………………….135

Пригород Каменный…………………………….138

Пристайлово………………………………………140

Курган……………………………………………..140

IV Округ, Недригайловский

Недригайлов………………………………………142

Слобода Ольшана………………………………..156

Слобода Терны……………………………………159

Село Марковка……………………………………162

Село Будки………………………………………..164

Село Штеповка……………………………………165

 СУМСКОЙ УЕЗД

 48

 СУМСКОЕ БЛАГОЧИНИЕ

ГОРОД СУМЫ

I Начало и значение города

В 2 верстах от нынешнего города Сум есть место ныне называемое городищем. Это крутая гора, при подошве которой течёт река Псел, разделяющаяся здесь на несколько рукавов, весною ныне богатых дичью. С восточной стороны, с другого берега Псла, с трудом можно добраться до городища, тем более, что сторона горы, обращённая к Пслу, обрывиста и крута. В 1785 г. эта местность принадлежала полковнику Степану Кондратьеву, и тогда значительная часть его занята была садами. В переписи русских сторожей 1571 г. читаем: «А Псел перелезти у Липецкого городища, да на верх Боровни».

[Беляева о сторожевой и станичной службе. С. 19].

Итак городище, соседнее с нынешним городом Сумами, в ХVI столетии называлось Липецким городищем и тогда уже было только городищем ведомства Московского. Посему понятно, что город, памятником которого осталось городище, существовал до времён татарских; это конечно один из городов Черниговского княжества. То самое, что Липецкое городище долго было потомственным имением Кондратьевых, показывает, что первый Сумской полковник, умный Герасим Кондратьевич, обратил внимание на это место, считал его важным и для времён поселения черкасов на Псле. Но черкасский город основался в 2 верстах ниже городища.

Город Сумы или по древнему названию Сумин, расположен на возвышенной, узкой плоскости между р. Псел и речками Сумы и Сумки, соединяющихся в самом городе. Древний герб сего города – в серебряном поле три черные охотничьи сумы с перевязями и золотыми пуговками, – указывает на предание о происхождении названия местности. По этому преданию, у речки Сумы найдены были три охотничьи сумы, и по ним дано название местности с ее речками. Предание может быть признано справедливым в отношении к речкам, но не в отношении к названию или происхождению города, который назвался Суминым очевидно по р. Суме.

Поселение и устройство города Сум начато с 1652 года, пришедшими из-за Днепра казаками.

[См. прилож. № 1 и ст. о Нижней Сыроватке].

Как в военном городе, в Сумах была крепость. По ведомости 1780 года «в том городе ветхий земляной вал, сделанный в 1658 году, вышиною от горизонта в 4 аршина, шириною в заложении в 3 сажени, с одной стороны оного сухой ров глубиною в 5 аршин, шириною в 5 сажень, стоит на горе по течению р. Псла на правой стороне; в нем земляной замок (цитадель) вышиною в 4 аршина, – полковые казармы; церкви соборная Преображения Господня, приходские Апостола Матфия, Николая чудотворца – деревянные и каменная Воскресения Господня. За валом в предместии церкви деревянные и проч.» Ныне еще заметны остатки вала, упиравшегося концами в р. Псел; по рву часть города получила название Перекопа.

Как и в каждом полковом городе, в Сумах было главное правительство поселенного полка, или полковая канцелярия, где заведывали всеми воинскими, и гражданскими делами слобожан того полка. Главные местечки, входившие в

49

округ заведывания канцелярии, были: Лебедин, Недригайлов, Белополье, Межирич, Ворожба, Сыроватки нижняя и верхняя, Краснополье, Мирополье, Суджа.

Для духовных дел в Сумах было духовное Правление, называвшееся иногда приказом духовных дел и первоначально состоявшее из одного Сумского протоиерея; оно и ныне остается здесь.

II Храмы города Сумы

Ныне всех приходских храмов в Сумах – 7: Соборный, Воскресенский, Покровский, Николаевский, Богородичный, Троицкий и Ильинский, и один на кладбище Петропавловский.

Соборный храм.

По записке священника Федора Славинского 1802 г. древняя надпись говорила: «освятися олтарь Господа Бога и Спаса нашего Иисуса Христа к церкви соборной святого Алексея человека Божия, в городе Сумине, в лето от создания мира 7169-е индикта четырнадцатого, а от воплощения Слова Божия 1661-е марта в 17 день, при Благоверном Государе Царе и Великом Князе Алексее всея великие и малые и белые России, и при Великом Государе Святейшем Никоне Патриархе Московском, и всея великие и малые и белые России». Если соборный храм и не был истреблен во время нападения татар в феврале 1659 года, которое увидим мы ниже; во всяком случае надобно принять за несомненное, что престол Алексея человека Божия был в пределе соборного храма для молитв за Ц. Алексея Михайловича. Точно так в первом Чугуевском соборе 1639 года был придел Михаила Палеина. По актам Сумской соборный храм всегда был храмом Преображения Господня; так видим в царской грамоте 1684 года «стольник и полковник Герасим Кондратьев, «по пожару», как писали прихожане в 1728 г., построил в 1694 году вновь соборный храм Преображения Господня. Имя сего благотворителя вырезано было при входе на дверях. На кресте храмозданном была следующая надпись: «освятися жертвенник в храме Преображения Господа и Бога и Спаса нашего Иисуса Христа. При державе Благочестивейших Государей наших Царей и Великих Князей Иоанна Алексеевича и Петра Алексеевича, всея великия, малыя и белыя России Самодержцев, за бытность тогда Преосвященного Авраамия митрополита белоградского и обоянского, в лето от рождества Христова 1694-е мая в 18 день, на память святых мучеников Петра, дионисия и иже с ними». Эта Преображенская церковь существовала 60 лет и в 1754 г. вновь перестроена при протопопе Матфее Гресовском.

Когда решились построить каменный соборный храм, то надлежало приготовить для него место. И деревянный храм был продан, служение же стали совершать в теплой церкви Св. апостола Матфея, устроенной с северной стороны в 5 саженях от соборной Преображенской протопопом Матфеем Гресовским на собственную сумму.

В 1776 г. при протопопе  Иоанне Иоанновиче Словинском, и при священниках Федоре Славинском и Стефане Куликовском, и ктиторе подпрапорном Матфее Гордиенкове, начали строить каменный соборный храм, который заложен был июля 13 дня по благословению Преосвященного Аггея, архимандритом Товиею Кремновским, жившим на уединении в Сумском Успенском монастыре. Строение и внутреннее украшение храма производилось 12 лет. Преображенский храм освящен Преосвященным Феоктистом, епископом Белгородским октября 12 дня 1788 г. на поздней литургии, а  верхний Благовещенский на ранней – того же дня игуменом Белгородского Николаевского монастыря Иосифом Лазаревым.

Кирпичный завод устроен был от церкви; деревом для выжига кирпича и подводами довольствовались от города и уезда. Тысяча кирпича в то время стоила 3 руб. 50 коп., известь получаема была по подряду из Белгорода, четверь ее стоила 40 коп., кирпича на устройство храма с погребами употреблено более миллиона.

50

Для построения храма на первый случай было церковных денег 150 руб., потом получено за деревянную церковь 400 руб. По добровольному согласию граждан и сельских старшин положено дать на церковь от каждого по 10 коп., какового сбору получено 400 рублей. Главными благотворителями были три лица: Яков Алексеевич Шубский пожертвовал до 7000 рублей; вдова коллежская асессорша Евдокия Парафиевская (бывшая прежде в замужестве за протопопом Матфеем Гресовским), будучи бездетна распределила свое имущество на церкви и монастыри, в том числе 3000 руб. на устройство соборной церкви, кроме того ею же устроен иконостас в верхней Благовещенской церкви, за который с живописью и золотарной работой уплачено 800 руб.; сумской житель Федор Кондратьевич Филоненко, неженатый до гроба, распределил при жизни все имение свое на церкви; в том числе и на устройство соборной 3000 руб., кроме сего пожертвовано им: большой потир серебряный вызолоченный под чернью с финифтями и стразами, дискос, звезда и лжица такой же работы; – риза золотой парчи с епитрахилью.

Гробница серебряная пестрозолоченная, с финифтями, куплена сумскою жителькой вдовою Еленою Крамаренко за 325 руб. Ею же на строение колокольни пожертвовано 300 рублей.

По счету, на устройство церкви с окончательной отделкой, с иконостасами, киотами и прочими украшениями употреблено 20000 руб.

Каменная колокольня заложена была 1797 годя июня 15 дня и окончена 1801 года. По огромности ли здания, или по непрочному устройству, в этой колокольне оказались большие трещины, почему для безопасности и разобрана она в 1812 году, на место ее из того же кирпича устроено четыре номера лавок, со входом посредине в ограду церкви. Остальной кирпич употреблен на колокольню вновь устроенную 1821 года и на ограду церкви. Колокол большой взят из Сумского Успенского монастыря. Надпись его говорит, что он устроен статским советником Яковом Алексеевичем Шубским, весу в колоколе 60 пудов. Другой колокол меньший пожертвован сумским жителем Даниилом Ивановичем Забродским, весу в колоколе 44 пуда.

Благотворители храма в последующее время:

Сумской купец Филипп Акимович Сидоренко, бывший церковный староста. Его старанием приобретена плащаница в 1825 году по малиновому бархату шитая золотом и серебром, ценою в 2000 руб. ассигнациями, на которую собственно им Сидоренко пожертвовано 1500 руб. ассигнациями, а прочие деньги взнесены другими благотворителями.

Сумской цеховой Матфей Павлович Алейников, церковный староста, и сумской купец Андрей Григорьевич Копылов, тоже церковный староста, сделали пожертвование в 1827 году для приобретения серебряных вызлощенных риз на местные иконы Спасителя и Божией Матери (в коих весу 30 фунтов и 58 золотников, а цена 3177 рублей); первый т.е. Алейников пожертвовал 800 руб., а Копылов 700 руб. ассигнациями, остальная же сумма пополнена разными сумскими гражданами и иногородними купцами.

Сумской купец Федор Иванович Стоянов, бывший церковным старостой с 1836 года по 1839 и с 1846 по 1849 годы сделал разных пожертвований церкви на 2000 руб. ассигнациями.

Из икон храма предметом особенного благоговения служит икона Курской Божией Матери, с изображением вокруг оной пророков, в серебряной вызлащенной ризе, находящаяся с левой стороны в киоте. Она подана курскими купцами в 1780 г., которые по усердию своему 27 ноября — день Знамения Пресвятой Богородицы, обыкли во время Введенской ярмарки в Сумах праздновать всенощным бдением и молебствиями. К иконе сей все граждане притекают с особенным усердием и верою.

Замечательные книги храма: а) Требник м. Петра Могилы к. [п.] 1646 г. с надписью: «1710 г. февр. 15 д. сию книгу отменил Сумский житель Калина Леонтьев с женою своею Мариною за 7 руб. и отдал в Сумскую соборную церковь Преображения Господня за отпущение грехов своих»; б) Служебник м.[п.] 1693 г.; в) Устав м. [п.] 1733 г.; г) Триодион постный м. [п.] 1748 г.; д) Минеи служебные в 12 книгах м. [п.] 1741 г. с надписью: «1742 г. мар. 5 купил сии книги нарицаемые минеи 12 месяцей, Иаков Григорьев в царств, граде Москве. Дворцовый

51

певчий Ея Императорскаго Величества Елисаветы Петровны, по обещанию своему в гор. Сумы в церковь собор. Преображения Господня, а родом тот певчий тогож города Сум из села Бездрика, церкви св. Михаила попов сын, прозванием Благотворитель».

Особенно достойны замечания по древности акты: а) царская грамота на жалованную собору землю 7200 (1692) г. протопопу Тихо­ну с братиею. Мы поместим ее в приложении; б) Межевая книга на церковную землю, состав­ленная в 7202 (1694) г. Всей земли по этой книге 761 дес. 1024 кв. сажени, но половина пахотной земли — песок, а четвертая часть сенокосной под озерами и трясиною.

Протоиереи соборного храма

Первый, известный по актам, протоиерей соборной церкви был Мартин Максимов. По его старанию в пользу соборного причта, по повелению царя Алексея Михайловича, отведена в 7 верстах от города около озера Волдыжа (ныне Олдыш) и речки Суровицы (ныне Сыроватка) пахотная и сенокосная земля, которая (как значится в грамоте, жалованной на сию землю в 1692 г.) в 1661 г. от сторонних земель отмежевана землемером Яковом Яцыным. Попечительный о. Мартин оказал собору и другое благодеяние: вблизи земли, пожалованной царем собору, на р. Сыроватке он выстроил мельницу с двумя камнями и толчеею и пред смертию отдал ее собору в пользу всего причта его. Собор был признателен к нему: тело его и тело сына его, собор, священника Феодора, похоронены были в самом соборе, и собор поминал благотворителей своих.

[Консисторское дело 1717 г.].

 Второй протоиерей — Емельян Середа. По надписи на храмозданном кресте Сумской Рождество-Богородицкой церкви он в 1681 г. с игуменом Сумского Успенского монастыря освящал ту церковь.

Третий протоиерей — Тихон Максимов. В бытность его не было получено за 1690 и 1691 гг. из Курска определенного жалованья (10 р. в год), а церковною землею пользовалась одна умершего священника Федора (сына протопопа Мартина) жена; почему и просил он, протоиерей Тихон, царей и великих князей Иоанна Алексеевича и Петра Алексеевича, чтобы повелено было определенное жалованье получать не из Курска, а из Сум, равно и землю, которая дана протопопу Мартину с братиею, пользоваться по прежнему всему церковному причту. Вследствие сего дана была царская грамота, которую повелено было получать впредь жалованье из Сум, равно и землею пользоваться протопопу с братиею и будущим по них.

Четвертый протоиерей — Симеон Федоров. Он вместо умершего о. Тихона принимал в ведение собора царское жалованье — землю, в ноябре 1693 г., и получил на эту землю книгу межевую; его имя в 1696 г. написано в Трефологе.

Пятый протоиерей — Евстафий Травулинский, по делам и указам с 1701 г. По делу 1717 г. видно, что он много хлопотал о возвращении собору протопопской мельницы, той, которая пожертвована была прот. Мартином. При м. Иустине, писал он, отняли было ту мельницу «вымыслом» Сумского девичьего монастыря старицы; он, протоиерей Евстафий, ездил по сему делу в Москву и подавал просьбу в Патри­арший духовный приказ, и по указу, на основании крепостей, мельница отдана была собору.

Шестой протоиерей — Антоний Иванов Словинский. Из Польши прибыл в Москву, где и обучался. В доме князя Барятинского был учителем, потом был учителем в московской Академии синтаксимы и пиитики. 1705 г. из Москвы выехал с преосвященным митрополитом Иустином Базилевичем в Белгород; рукополо­жен во священника в г. Сумы к церкви Св. Пророка Илии и определен десятником, а в 1720 г. произведен в протоиерея к соборной Преображенской церкви, при которой находился 19 лет. Овдовев, поступил по желанию своему в Сумской Успенский монастырь, принял монашество и скончался в 1749 г. апреля 17 дня.

Седьлюй протоиерей — Матфий Гресовский. Сын священника с. Деркачей Харьковского

52

уезда, обучался в киевских училищах; 1730 г. произведен священником в город Сумы к Николаевской церкви; а в 1740 г. определен протоиереем к соборной Преображенской церкви; в 1744 г. был вызван присутствовать в консисторию; и окончил жизнь 1755 г. октября 23 дня. Он устроил теплую церковь (вблизи соборной) во имя Св. Апостола Матфия. Многое из имущества его роздано женою его на церкви и монастыри.

Восьмой протоиерей — Иоанн Антонович Словинский (сын протоиерея Антония Словинского); по окончании курса учения в харьковских духовных училищах рукоположен во священника к соборной Преображенской церкви архиепископом Досифеем, а в 1756 г. удостоен протоиерейского сана епископом Лукою. Скончался 1787 г. марта 7 дня.

Девятый протоиерей Иоанн Карпович Карпов (он же и Крамаренков), сумской уроженец. Произведен священником в Низшую Сыроватку; потом, овдовев, уехал в Петербург, где служил при домовой церкви графа Разумовского. По просьбе графа и по повелению Св. Синода в 1757 г. он произведен в протоиерея к Сумской соборной церкви. Спустя несколько времени опять отправился в Петербург и, прожив там шесть лет, на возвратном пути в Сумы, где по указу Синода опять надлежало ему быть настоятелем собора, скончался в своем хуторе (недалеко от Сум) 1762 г. и погребен в церкви с. Подлесновки Сумского уезда.

Десятый протоиерей — Иоанн Иоаннович Словинский (сын протоиерея Иоанна Антоновича Словинского). По окончании курса учения в харьковских духовных училищах, в 1764 г. произведен преосвященным Иосафом Миткевичем в город Сумы к соборной Преображенской церкви во священника и определен наместником, а в Духовное правление — присутствующим. Произведен в протоиерея преосвященным Порфирием 1767 г. При сем протоиерее начата и совершенно окончена постройкою каменная соборная церковь, также и колокольня. За долговременную и беспорочную службу он в 1801 г. награжден был палицею. Был протоиереем и присутствующим 35 лет, потом за слабостью здоровья по неоднократной его просьбе уволен от всех должностей в 1802 г.

Одиннадцатый протоиерей — Константин Иоаннович Словинский, сын протоиерея Иоанна Словинского. По окончании курса наук в Харьковском коллегиуме произведен во священника преосвященным Феоктистом к соборной Преображенской церкви 1797 г., определен присутствующим в Духовное правление 1801 г., произведен в протоиерея преосвященным Христофором и определен первоприсутствующим 1802 г. Должность присутствующего занимал 22 года. Скончался 1825 г.

Двенадцатый протоиерей — Иоанн Петро­вич Цытович. По окончании курса наук в Могилевской семинарии рукоположен во священника к Могилевской Крестовоздвиженской церкви 1813 г.; определен учителем в Могилевское низшее уездное училище 1815 г., где занимался три года, а потом в высшем уездном училище пре­подавал два года географию, арифметику и ла­тинский язык. 1818 г. определен по прошению его священником в Брестский пехотный полк. 1820 г. с 1 сентября был с полком в Варшаве и в Австрии в г. Тропау. За преподавание нижним чинам Закона Божиего, всемилостивейше награжден бархатною фиолетовою скуфиею 1821 г. Переведен в город Сумы к соборной Преображенской церкви священником на протоиерейскую вакансию и первоприсутствующим в Сумское Духовное правление 1825 г. и в том же году произведен в протоиерея. Скончался 1829 г.

Тринадцатый протоиерей — Петр Мерецкий, деятельный и строгий блюститель порядка, скончался 18 октября 1851 г. Собор особенно должен быть признателен к сему протоиерею за возвращение причту его жалованной царями земли. В 1807 г. Харьковская Казенная палата подвергла сомнению право собора на владение землею и поселенными на ней крестьянами. В 1821 г. Сенат решил: крестьян дер. Поповки до решения дела отдать в казенное ведомство, но доход за землю, т. е. оброк по 8 р. с ревизской души, отдавать причту собора и право собора на землю считать не подлежащим сомне­нию. Священно-церковнослужители собора, не получая вполне определенного оброка и состоя при малом приходе, терпели крайнюю нужду. Протоиерей Мерецкий с 1830 г. беспрерывно ходатайствовал о возвращении земли во владение собора, хлопотал и в низших и в высших присутственных местах и, наконец, успел в том, что в 1845 г. земля навсегда отдана во владение собора, а крестьяне, жившие на ней, переведены в Екатеринославскую губернию.

Каменный Воскресенский храм в городе Сумах – дело благочестивого усердия стольника и полковника Андрея Герасимовича Кондратьева, соорудившего великолепный по тогдашнему храм сей на собственное иждивение. Храм построен в два яруса – в верхнем престол во имя Воскресения Христова, в нижнем во имя св. Апостола Андрея Первозванного – Ангела строителю храма; Воскресенский престол освящен был в 1702 году, а Андреевский позже того, по благословению Иустина Базилевича митрополита Белгородского. Храм сей построен с очевидными намерениями на случаи нападений татарских. В верхней части его безопасно можно было выдержать долговременную осаду: стены храма толстые, ход в верхний храм внутри стен, с земли до окошек верхнего храма – далеко, – нельзя достать без длинных лестниц и след. без встречи с вооруженным сопротивлением.

Во время пожара 1791 года храм сей лишился всех украшений и крыши. После того в нижней церкви служение началось не скоро; надпись на иконостасе показывает, что он вызлащен иждивением Петра Кроквы и жены его Наталии 1801 года, а старожилы помнят, что иконостас довольно долго стоял без позолоты, хотя и совершалось служение. Окончательное возобновление храма совершилось спустя 16 лет; ибо престол верхней церкви Воскресения Христова, по благословению Преосвященного Христофора, епископа харьковского, освящен в 1808 году марта 15 числа, – на это имеется грамота. В 1811 году построена была ограда, на счет помещика Кондратьева.

После главного благотворителя своего полковника Андрея Герасимовича Кондратьева Воскресенский храм благодарно воспоминает имя другого благотворителя своего Ивана Александровича Кирилова.  Он в ноябре 1793 года завещал Воскресенскому храму навсегда дворовое место, и на оном построенный им совместно с матерью своею, монахинею Сусанною, каменный дом с тем, дабы в сем доме под распоряжением священников церкви, градского главы и ктиторов обитали престарелые, бедные и немощные; кроме сего, если возможно, приобретался бы из оного доход в пользу церкви и в необходимом случае там же имели бы жительство священно-церковно-служители. При надлежащем устройстве находящийся в сем дворе постройки, как завещанный Кириловым, так и в последствии прибавленной, здесь помещалась в одной половине богадельня, а другая половина нанимаема была в пользу церкви; таковое распоряжение и точное соблюдение воли завещателя продолжалось до 4 мая 1840 года. Случившийся в сие время пожар истребил всю внутреннюю постройку, и самые каменные стены дома во многих местах разрушились. По недостатку в церкви наличной суммы затруднительно было возобновить на сем дворе постройку. Но нынешние священнослужители, староста и прихожане, ревнуя о пользе храма и полагаясь на усердие и доверие благодетелей, решились произвести приличную постройку в доме с тем, чтобы деньги уплачивать в последствии из экономической и благотворительной суммы; и в сем намерении просили Преосвященного Смарагда о дозволении устроить вновь каменный дом с тем, чтобы все сие место осталось неотъемлемою принадлежностью одной церкви; а  бывшую там до пожара  богадельню навсегда из сего места вывести: а дабы и немощные не лишились вовсе приюта, обязались по выстройке дома, из доходов оного делать по назначению начальства в пользу богадельни пожертвования; на что Его Преосвященство повелел испросить мнение и согласие градской Думы; Дума за неимением у себя способов произвести на сем месте приличную постройку, уступила оное навсегда церкви с тем, чтобы по окончании всей постройки, из получаемых доходов взносимо было ежегодно в пользу богадельни по 50 руб. серебром и сверх того отданы бы были оной пожертвованные Григоровичем 200 руб. ассигнациями деньги; в такой силе 1843 г. мая 13 дня градская Дума обще с Духовным Правлением заключила  условие, и акт хранится ныне в

54

церкви. По получении сего акта и по утверждении начальством плана, 1848 г. выстроен на сем дворовом месте из церковной суммы, старанием старосты купца Никифора Галкина, каменный о двух этажах дом, коего нижний этаж уже окончен и приносит пользы в год 135 р. серебром, а верхний этаж еще не отделан; постройка стоила 2700 р. серебром.

1829 года с разрешения начальства в ограде сей церкви старанием старосты Саввы Ильченка на кошельковую сумму устроены 12 небольших каменных железом покрытых лавок; – 1840 года декабря 16 дня от пожара эти лавки погорели: но как стены и железо с крыши остались в целости, то в 1841 году старанием старосты Ильченка возобновлены и ныне приносят церкви пользы 200 р. серебром. На построение сих лавок употреблено 1800 р. серебром.

Замечательные книги храма: Требник м. Петра Могилы 1646 г.; Служебник ч. [п.] 1747 г.; Требник ч. [п.] 1754 г.

Метрические книги начинаются с 1735 г., исповедные — с 1791 г.

Ныне существующая в Сумах каменная церковь Покрова Пресвятой Богородицы заложена в 1783 году, а освящена в 1790 году. Она построена на иждивение Феофана Федоровского, архимандрита Святогорского монастыря, а прежде того, священника и протоиерея сей церкви, впрочем с пособием почетнейших сумских граждан.

До построения сей церкви, были преемственно две церкви Покрова Богородицы, обе деревянные. Первая существовала до 1732 года; так говорит указ 1732 года о построении нового храма. Но когда построен был первый храм? Не известно. По переписи 1732 года видим при Покровском храме священника, школу и госпиталь и кроме того священника церкви Введения Богоматери во храм с школою и богадельнею. Введенской храм был, как кажется , придельным Покровского. В 1808 году разрешено было прихожанам его разобрать каменный архангельский храм в упраздненном Сумском мужеском монастыре. А в 1821 году, дозволено построить из оного колокольню с теплым храмом в честь Введения Пресвятой Богородицы во храм.

Значительные благотворения для благолепия храма с 1804 г. оказали:

а)        сумской купец Алексей Бочаров, который в 1810 г. устроил собственным коштом иконостас, стоящий 2000 р. серебром;

б)        сумской купец Емелиян Татаринов, который устроил два больших киота, стоящих 571 р. и 42 к. серебром;

в)        сумской почетный гражданин Григорий Котков сделал две серебряные с позлащенными венцами ризы для местных икон, стоящие 542 р. 85 к. серебром и две фелони в 160 р. серебром;

г)         более всех значительные пожертвования в пользу церкви сделал находящийся ныне при сей церкви старостою сумской купец Кирилл Алчевский, который со времени поступления в должность, с 1835 г., по настоящее время употребил на разные устройства и украшения церкви собственной суммы 4906 р. 70 к. серебром.

Книги храма: а) Требник м. Петра Могилы в 3 частях к. [п.] 1646 г.; Евхологион или Требник к. [п.] 1681 г.; Минеи служебные м. [п.] 1741 г.; Октоих м. [п.] 1750 г.; Триодь постная м. [п.] 1751 г., цветная м. [п.] 1752 г.

Метрические книги начинаются с 1735 г., а исповедные с 1790 года.

Первый храм во имя Святителя Николая построен был в г. Сумах конечно не позже 1652 года, как находившийся в самой крепости. В царской грамоте собору видим Сумского Николаевского священника Гурия в 1661 году, а по актам Сумского монастыря известны в 1664 году Сумской Николаевский священник Емельян Яковлевич, а в 1689 году Николаевский причетник Сазон Григорьевич.

В 1694 году построен был новый деревянный храм во имя Святителя Николая стольником и полковником Герасимом Кондратьевым. Храм сей сгорел 1803 года от неосторожности членов причта. Памятник, устроенный на месте, где стоял престол сей церкви, по ныне находится в дворе купчихи Евдокии Медведевой. Новое же место для храма Николаевского назначено по требованию генерал-губернатора Андрея Леванидова, назначившего на месте храма купеческие лавки, о чем происходило дело в 1796 году.

55

3-й гильдии Сумские купцы Солодкие в 1804 году своим иждивением при помощи других прихожан построили вместо сгоревшей каменную церковь Святителя Николая; церковь сия спустя два года по освящении (в апреле 1806 года) разрушилась, по той причине, что колонны, поддерживающие своды здания, были вынуты.

Церковный староста Сумской 3-й гильдии купец Марко Евсеев Медведев на месте и на фундаменте разрушившегося прежнего храма, построил настоящий храм, причем употребил собственного своего капитала до 3000 рублей серебром.

Церковный староста 3-й гильдии купец Иван Авакумов Ткаченков и брат его Аввакум пожертвовали икону Варвары великомученицы в серебряной вызлощенной ризе и паникадила пред местными иконами; от первого поступила еще богатая плащаница.

1-й гильдии купец Иван Киктенков пожертвовал икону Иоанна Крестителя в серебряной вызлощенной ризе. Он же при смерти завещал на вечные времена 1500 рублей серебром с тем, чтобы процентами капитала пользовались священно и церковно служители Сумской Николаевской церкви, обязанные за то молиться о упокоении души усопшего благодетеля.

Старанием старосты купца Александра Духанина сделаны: каменная сторожка, две лавки покрытые листовым железом, устроены железная решетка и ворота.

Из священнослужителей Николаевского храма известны священники Григорий, сын его Афанасий, Тимофей и Михаил Афанасьев. О них есть любопытное дело в архиве консистории. По делу 1737 г. священник Григорий 1692 г. февраля 4 «взял церковных денег 100 талярей, по исчислению 60 р. на покупку мельницы»; пред смертью он написал в письме, что «остается виноватым 100 золотых, а по исчислению 25 рублей», деньги эти должен был внесть в церковь сын его священник с. Кровного Григорий, как получивший «большую часть грунта». Священник Афанасий, другой сын Григория, «взял взаимообразно 6 червонных и 30 талярей, и о том имеется записка»; из того числа 5 р. издержал на церковь и не внес 15 р. «Да на нем же п. Афанасие написано чеков 90 золотых да снятых с образа 16 червонных» по реестру, на котором подписана резолюция сумскаго полков­ника Ивана Андреевича Кондратьева «рукою сумскаго полковаго судьи Ивана Романова». Священник Тимофей взял из церкви 3 р. и 3 червонных да за проданный церковный жемчуг получил 12 р. Вдова его обязалась внесть этот долг, равно долг отца 15 р. Священник Тимофей отдал в долг подпрапорному Михаилу Юрьевичу 60 р. церковных денег и, получив в уплату 30 р., в церковь не отдал. Все это дело показывает, что в те времена священники брали церковные деньги взаем без процентов на свои нужды. Это было одним из способов к содержанию священников в тогдашних немноголюдных приходах, каков был и Николаевский приход, в котором по тому же делу 1737 г. показано 123 двора, а между тем прихожане просят о посвящении им второго священника.

Прежде существующей каменной церкви Рождества Богородицы, была в городе Сумах «на посаде» деревянная, которая по актам, хранящимся в соборной церковной ризнице, освящена была в 1681 году. В 1702 году к освящению сумской Воскресенской церкви, по просьбе полковника Андрея Кондратьева, брата была из Рождественской церкви некоторая утварь, как это известно из указа Консистории 1732 года. В царской грамоте от 26 апреля 1703 года, данной полковнику Андрею Герасимовичу Кондратьеву, между имениями сего полковника упоминается: «на посаде города Сумина у церкви Рождества Пресвятой Богородицы двор, что куплен у Тимка, да подворок на новом месте на косогоре подле Семеновской Солодовни Мельникова». То и другое дает право думать, что старому храму Рождества Богородицы был благотворителем полковник Андрей Кондратьев. По переписи 1732 года видим при этом храме школу.

В 1807 году священник Димитрий Ольховский, движимый  любовью к Богу и усердием к храму Божьему, стал понуждать прихожан к основанию нового храма; по прошению его и прихожан, Преосвященный Христофор Сулима в 1808 году благословил заложить каменную церковь. Постройка сей церкви продолжалась, при преемнике Димитрия священнике (с 1813 года) Иоанне

56

Ольховском, 8 лет, и могла бы продлиться очень долго, если бы купец Федор Ишунин не приложил особенного старания об окончании. Сей достопамятный муж был в то время церковным старостою, и очень много способствовал к построению храма, так что в одно трехлетие по его старанию собрано более 4000 рублей серебром. Быв 12 лет в должности церковного старосты, неутомимыми трудами своими и усердием к церкви Божьей Ишунин более всех оставил по себе память и доброе имя в народе.

Купец Алексей Ишунин, церковный староста, сын бывшего строителя и благодетеля сей церкви, – вполне наследовал добрые качества отца. Он всю жизнь свою посвятил собственно на служение Богу и храму, и избытки трудов своих отдает в пользу храма. Со времени вступления его в должность старосты, тщанием его церковь украшена и снабжена разною утварью и богатою плащаницею; везде видно благолепие, в сосудах, в ризнице, в иконах. Нет ни одной вещи принадлежавшей церкви, которая не была бы сделана или от его собственности или по его старанию. Он служит храму уже 22 года и в это время приобретено в церковь разной утвари на собственный его капитал на 2168 рублей 32 1/2 копейки серебром. За таковое усердное старание по церкви получил он в 1846 году серебряную медаль на Аннинской ленте.

Замечательные книги храма: а) Требник, печатанный в Москве на 5-м году царствования Феодора Алексеевича, т. е. 1681 г., с надписью: «Сия книга Сумскаго Воскресенскаго священника Антония Антоновича, а надана от его невестки Антоновой в Сумскую церковь Рождественскую»; б) Евангелие м. [п.] 1733 г.;

в)        Последование молеб. пений м. [п.] 1709 г.;

г)         Минеи служебные в 12 книгах м. [п.] 1724 г. На генварской минеи надпись: «Сия книга минея куплена в городе Сумах за 2 р. 50 к., а обме­нила сумская жителька вдова Анна Емельянова ткачиха цыбиха ко храму Сумскому Рождества Пресвятыя Богородицы за отпущение грехов». На апрельской минеи надпись: «1739 г. сию книгу обменил во граде Сумах уезду Сумскаго, села Горнов Алексей Андреевич Гуль за должныя деньги жителю сумскому Захарию Дюденке, ко храму Рождества Пресв. Богородицы». На всех других, за исключением ноября, надпись: «Куплена во граде Москве, дано 2 р. 25 к., в город Сумы ко храму Рождества Пресв. Богородицы, тщанием тояж церкви иерея Михаила Корнильевича Яценкова, а куплена сия книга от подаяния»; д) Минея на месяц ноябрь 1692 г. с надписью: «Сия книга церкви соборной Опошнянской»; е) Акафисты и каноны к. [п.] 1733 г. с надписью: «Сия книга тщанием иерея недостойнаго Михаила куплена от подаяния христолюбивых христиан ко храму Пресв. Богородицы»; ж) Требник м. [п.] 1732 г.; з) Триодь постная 1742 г.; и) Служебник ч. [п.] 1747 г. с надписью: «Дана сия книга ко храму Рожд. Пресв. Богородицы от сумскаго жителя Иоанна и жены его Агафии Лаврентьевых»; і) Устав м. [п.] 1759 г. с надписью: «Дан Евстафием Федоровым Быковцевым 1759 г. при бытности священника Филиппа Емельяновича Ольховськаго».

Метрические книги и исповедные росписи начинаются с 1735 г.

Священники при сей церкви с 1743 года по 1829 год были из фамилии Ольховских, следовавшие один за другим непрерывно. Они владели участком земли – пустынью Ольховскою. Из них особенное усердие оказывал к храму Димитрий Ольховский, храмоздатель нынешнего храма.

[Первым священником из этой фамилии, как видно по делу 1749 г., был «Филипп Ольховик, сумский житель», посвященный в 1743 г. «к церквам Сумским по призову», а в 1749 г. определенный вторым штатным священником Богородичной церкви].

Храм во имя Святой Троицы, как показывают метрики, существовал в Сумах в 1735 году, но с какого именно времени, неизвестно. Его видим по акту 1730 года. В 1732 году при нем школа с двумя учителями и богадельня (шпиталь) для мещан.

Михаил Лаврентьевич и племянник его Павел Михайлович Линтваревы, по ревности своей к богоугодным делам, в 1827 году окончили постройкою новую каменную церковь о двух престолах с таковою же колокольнею и оградою; главный престол во имя Святой Троицы, а на хорах во имя святых страстотерпцев благоверного

57

князя Михаила и боярина его Феодора Черниговских чудотворцев; сверх того церковь эту, как видно из описи церковной, украсил и достаточно снабдил церковною утварью, тот же помещик Павел Линтварев; за эти пожертвования, по представлению епархиального начальства, изъявлено ему Линтвареву Монаршее благоволение. На построение храма употреблено Линтваревыми до 17,200 рублей серебром.

Метрические книги хранятся с 1735 года.

В 1705 году Сумской Ильинский храм уже существовал, так как в этом году посвящен был во священника к Сумской церкви св. Пророка Ильи Антоний Словинский, бывший с 1721 года протоиереем Сумского собора. По переписи 1732 года видим при Ильинском храме двух священников и школу. Указом консистории 1792 года разрешено было, вместо сгоревшей в 1791 году построить новую, также деревянную церковь. Этот храм сгорел 1839 года августа 23 дня во время пожара, опустошившего большую часть города; с тем вместе подверглись разрушению колокольня и колокола. В июле 1836 года заложен каменный храм, по благословению архиепископа Мелетия; по случаю разорения города и прихожан пожаром, постройка храма, возведенного до окошек, остановилась; да и не предвиделось надежды на окончание постройки, потому что приход составляют почти одни казенные крестьяне, которых бедность доведена была до крайности пожаром; они не раз избирали из себя попечителя о храме: но никто не решался принять на себя окончание постройки храма. В 1844 году Богу угодно было вдохнуть благую мысль, Сумскому жителю купцу  Степану Игнатьевичу Тихонову принять на себя попечение о сем храме. Тихонов с полным усердием начал приводить храм к окончанию. В 1845 году освящен придельный престол святого Митрофана на хорах; в 1851 году освящен и главный храм. Купец Тихонов употребил до 1500 рублей серебром своего капитала на дом Божий.

Из прежнего храма спасены от огня: евангелие в серебряном окладе вызлощенное, и четыре иконы бывшие местными: Спасителя, Божьей Матери, Иоанна Предтечи и Пророка Ильи в серебряных ризах, в  коих весу 39 фунтов. Эти ризы пожертвованы в 1786 году секретарем Иваном Емельяновичем Стрельченком.

Каменный храм Апостолов Петра и Павла на кладбище – новый дар добрых жителей города Сум. Он освящен в октябре 1851 года Преосвященным Филаретом. Помещаем здесь

СЛОВО

Архипастыря, сказанное по освящении сего храма, как обэяснените значения храма

Храм мой храм молитвы есть.

Благодарение благодати Божией, освятившей себе новое жилище! Как не радоваться о Господе, как не благодарить Его, когда по Его милости среди селений грешничих воздвигается Божий дом? Как не радоваться о Господе, как не хвалить Господа, когда для людей немощ­ных и слабых открывается сокровищница благодати — храм милости и чудесных сил? И ес­ли молитве предоставлено получать небесную помощь, а без помощи благодати мы ничего не можем делать доброго, как не радоваться, тогда как дается нам дом молитвы?

Где сей дом молитвы? На кладбище мертвых. Да воздаст Господь милостию Своею строите­лям храма. Ибо где молящийся скорее может отрешаться мыслями от земного и легче возноситься с надеждами к небу, как не на месте смерти и тления, как не на гробах — безмолвных про­поведниках о суете всего земного? Новый дом Божий, новый храм молитвы построен и освящен на кладбище мертвых, конечно, с целью приносить пользу и умершим. Вникнем, как святы и законны молитвы наши за умерших?

Должно ли любить усопших? Свята ли лю­бовь к ним, если бы она была в нас? Без со­мнения, скажут все, должно любить усопших, и скажут правду. Ибо кто для нас усопшие? По вере во Христа, по происхождению от еди­ного Творца, они — братия наши. Один у нас с ними Отец небесный, одно отличие — образ и подобие Божие, один Спаситель наш Господь

58

Иисус, один воссозидающий Дух благодати — Дух утешитель, одно крещение, одна вера; все у нас с ними одно, точно так, как и с живыми людьми. Как же не любить нам усопших, также как и живых? Возлюбиши ближняго своего, яко же сам себе, говорит заповедь. Заповедь не говорит: люби ближнего твоего, пока он живет на земле. Она не ограничивает любви нашей землею; нет, любовь, исповедуемая заповедию Божиею, безгранична и всемирна. Потому не ис­ключает она из своей области и усопших.

Если же любовь свята к усопшим, то свят и лучший плод любви — молитва за усопших. Называем молитву за усопших лучшим плодом любви и не думаем, чтобы кто-либо мог оспорить справедливость мысли нашей. Знаем, что люди, которые отказываются от моления за усопших, признавая святость любви к усопшим, в знак и выражение сей любви приносят на гробы умерших цветы, ставят памятники, творят другое тому подобное. Но подумайте, и вы согласитесь, что все эти плоды любви к ближним, все эти знаки уважения к ним очень бедны, чтобы не сказать пусты. Цветами осыпали гроба умерших и язычники; памятники над умершими ставили и язычники. Ужели у нас нет ничего лучшего, ничего более высокого и полезного для усопших в сравнении с язычеством? И как не согласиться с тем, что молитва сердечная, молитва веры, молитва пред искупительною жертвою Сына Божиего далеко выше всех земных приношений, благоуханнее всех роз земных, дороже всех памятников мраморных? Отчего же, принимая малозначащие знаки любви к усопшим, отвергают более достойный, более значительный знак любви — молитву! Не потому ли позволяют себе эту странность, что слабо верят в жизнь преставших жить на земле? Да, при слабости веры в бессмертие естественно ставить памятники над умершими как только память о былом; точно так же, как при живой вере в. бессмертие переселившихся с земли неестественно ограничивать любовь к ним одною памятью о былом, неестественно не дышать желаниями добра для них, неестественно не возносить молитв о их покое, о их блаженстве, о прощении грехов их. Итак, видите, слушатели мои, что молитва за умерших столько же естественна душе нашей, сколько естественно нам любить ближних, и только тогда молитва за умерших может быть чужда любящей душе нашей, далека от нее, когда в любящей душе, по сознанию или без созна­ния, слаба вера в жизнь за гробом. Поймите же, какое это странное, какое страшное положение души, не молящей за умерших!

Угодна ли Богу молитва за усопших? Может ли она приносить им пользу? Прежде чем ста­нем отвечать на этот вопрос, сделаем замечание на прежде сказанное. Мы допускаем святость молитвы за усопших, как плод святой любви к ближним. Потому мы простираем пределы молитвы за усопших дотоле, доколе может простираться святая любовь к ближним. Таким образом, если Спаситель сказал и о живых: аще и Церковь преслушает, буди тебе якоже язычник и мы­тарь (Мат. 18,17), т. е. запретил иметь общение с преслушниками Церкви, то и с умершими в таком положении без сомнения нельзя иметь общения любви, незаконно приносить молитву за них. Свято ли любить врагов Божиих? Нет. Потому не должно молиться за врагов Божиих, живут ли они на земле или за гробом. Отселе понятно и то, что молитва за некоторых усопших, за умерших во вражде с Церковию и Богом, без упования на жизнь вечную, не может принесть им пользы, как молитва, противная Господу.

Исключая же умерших такого рода, имеем ли мы право сомневаться в спасительном действии молитвы для умерших в вере и покаянии? Где основание сомнению? В Боге? Бог наш несть Бог мертвых, но живых: вси бо Тому живи суть (Лук. 20, 38). Он Благий всем желает спастись и по благости Своей не отвергает смиренной мольбы нашей за других. В нас молящихся? Сами по себе мы точно не в силах сделать доброе и для себя. Но, молясь за умерших, мы предлагаем пред правосудием Отца небесного крестную жертву Сына Его, всегда сильную и действенную; не ради наших молитв просим мы простить усопших братий наших, а для вечного Ходатая и Спасителя нашего. Почему же молитва наша за усопших не может иметь надежд на успех? Потому ли, что за гробом перемена участи невозможна? Сами умершие, конечно, ничего не в состоянии сделать для себя, так как время подвигов для них

59

кончилось. Но Церкви воинствующей на земле даны дары благодати, для нее жив Искупитель с Своею жертвою; и если служитель тайны при­носит эту жертву, то за себя ли или за других, за живых ли или за умерших приносит он ее, она не может быть бессильною, она всесильна. Еже аще что просите от Отца во имя Мое, сотворю (Иоан. 14, 13), сказал Сын Божий.

Непонятно, говорят, как действие молитвы может простираться так далеко, из одного мира в другой, из видимого в невидимый? Но столько же непонятно для разума и действие молитвы человека, живущего за другого живущего; однако эта молитва несомненно оказывает свое действие. Непонятно и то, как молитва оказывает действие, когда приносится за отсутствующего на море или на суше; однако она оказывает действие. Непонятно, как молитва наша не остается бесплодною, когда испрашивает для другого духовных благ — прощения грехов, укрощения страстей, преспеяния души в вере и благочестии. Однако мы верим и по опытам знаем, что эта молитва достигает своей цели. Две души, каждая со своею свободою, со своим образом мыслей, со своими склонностями, не два ли отдельные мира, тем более, что ограждены они телами? Как же молитва одной простирает свое действие на другую? Если допускаем мы, что, невзирая на отдельное существование живых людей, молитва одного за другого не остается без действия, то не имеем права отвергать и того, что, невзирая на расстояние мира видимого от невидимого, загробного, молитва мира земного может оказывать действие свое над миром, отделившимся от земли.

Говорят: где заповедь о молитве за умерших? А мы спрашиваем: где запрещение молиться за умерших? Запрещения такого никто не полагал, ни Пророки, ни Апостолы, ни Спаситель. Если люди выдумывают от себя такое запрещение: не дерзость ли это преступная? Требуют заповеди о молитве за умерших? Что такое заповедь вообще? Заповедь Божия — то же, что воля Божия. Значит, вопрос о заповеди иначе может быть выражен так: есть ли воля Божия на то, чтобы живые молились за умерших? Или угодна ли Богу молитва за умерших? В таком виде вопрос, очевидно, очень легок для решения. Если угодна Богу любовь наша к ближним, в том числе и к усопшим, то угодна Ему и молитва за усопших, как плод чистой любви нашей к ним. Дело ясное! Требуется ли еще подкрепление вере в благоволение Божие к молитве за умерших? Указываем на то, что нам прямо заповедано молиться за других. Так, апостол Иоанн пишет: аще кто узрит брата своего согрешающа грех не к смерти: да просит, и даст ему живот, согрешающим не к смерти. Есть грех к смерти, не о том глаголю, да молится (1 Иоан. 5, 16). Видите, Апостол повелевает молиться за согрешающего грехами несмертными, не ограничивая молитвы живыми людьми. Видите, он запрещает молиться за некоторых. Но за умерших ли? Нет. Он запрещает молиться за грешника отчаянного и безнадежного. За грешника мертвеца по душе, кто бы он ни был, живой ли или умерший. Видите, какой плод обещает он молитве за другого? Да просит, говорит он, и даст ему живот. Молитва даст жизнь согрешающему не к смерти, кто бы он ни был — живой ли или умер­ший телом. Таково учение апостольское!

После сего понятно, что если предание в. и н. Завета учит нас молиться за умерших, то оно выражает только мысли божественного откровения. Таким образом, сын Сирахов пишет: благодать даяния пред всяким живым да будет и благодати над мертвецем не возбрани (Сир. 7, 36). Что это значит? Если благодать даяния примем за дар олтарю, то слова — над мертвецем невозбрани – будут значить: принеси жертву за усопших. Если же благодать даяния означает благотворение бедному, то тогда сын Сирахов повелевает: подай милостыню в память усопшего. В том и другом случае основная мысль одна и та же, и именно та, что живущий может и должен творить полезное для усопшего. Книга Маккавейская говорит об Иуде Мак­кавее: преподобное и благочестивое помышление име, сотвори моление за умерших, яко да от греха очистятся (2 Мак. 12, 46). Это благочестивое помышление, это благочестивое дело не было частным делом благочестивого Иуды: предложение — принесть жертву за согрешивших воинов — было сделано Иудою в сон­ме сподвижников его и выполнено всенародно.

60

Следовательно, все лучшие современники Иуды, каковы были сподвижники Иуды, вся Церковь иудейская того времени признавала молитву за умерших делом благочестивым.

Что касается до Христианской Церкви, то с того самого времени, как образовалось в ней свое общественное богослужение, молитва за умерших была необходимою частью сего богослужения. Св. Златоуст называет моление за умерших во время литургии апостольским установлением и говорит: «Не напрасно установлено Апостолами совершать при страшных тайнах воспоминание об отшедших из сей жиз­ни. Апостолы знали, что от сего бывает им великая польза» (Толков, на поел. Филип, бес. 1). Св. Кирилл иерусалимский объяснял в чине литургии моление за усопших. «Потом воспоминаем, говорит он, и о преставшихся отцах и епископах и вообще о всех прежде нас почивших, веруя, что великая будет польза душам, о которых моление возносится тогда, как предлежит святая, страшная жертва. В этом хочу уверить и примером. Ибо знаю, что многие спрашивают: какая польза душе, с грехами ли или без грехов отходящей от мира сего, если поминается она в молитве? Если бы царь послал оскорбивших его в заточение, а ближние их, сплетя венок, принесли бы царю за наказываемых, не сделал ли бы царь облегчения в наказании? Точно так и мы за усопших, хотя они и грешники, при­носим Богу молитвы, и не венец соплетаем, а приносим Христа, закланного за наши грехи» (Поуч. 5, 9, 10). Вот еще и соборное правило о том же. Карфагенский собор IV века грозит отлучением всякому, кто стал бы отказываться от приношений за усопших или творил бы их с неохотою (Карф. 4 Соб. прав. 95).

Слушатели мои! Приходите же чаще в храм сей для поминовения усопших. Вы тем будете творить дело любви, угодное Господу; вы тем будете приносить покой и облегчение душам братий и сестер ваших. Совершая же дело любви к ближнему, вы и себе будете приобретать необходимое для вечности, умножение любви к ближним и Господу, чистый взор на земное и на жизнь за гробом. Бог живых и мертвых да сла­вится во всех нас в веки веков. Аминь!

III Прихожане

Немного осталось памятников для нашего времени о старом житье сумских черкасов. Архивы города истреблены пожарами 1840-1843 г.

Не оставим без внимания того, что могли отыскать.

Царская грамота к Чугуевскому воеводе от 23 февраля 1659 года говорит: «писал к Нам Великому Государю, из Сумы Наум Ашаматов, что приходили под Сумы Татарове многие люди, и бой с ними был. И Татарове, отшед от Сумина, стали в Суминском уезде, и села и деревни воюют и людей в полон емлют; а дожидаются больших людей, и дождався хотят приходить на наши украинские городы вскоре». Воевод предписывается собрать из уезда людей в городе с женами и детьми и сидеть в Чугуеве «укрепляясь осадным береженьем». Грамотою от 18 мая 167 (1659 г.) Царь извежал того же воеводу, что крымский хан идет «большим собранием на украинные городы».

Эти действия татар против Сум и Сумского полка, доселе неизвестные истории, последовали в следствие того, что Герасим Кондратьев, теперь еще только сотник Сумской, выгнал посланцев Виговского, предлагавших Кондратьеву разослать универсал Виговского по слободам.

Князь Ромодановский писал к Чугуевскому воеволде Алексею Михайловичу:

«В нынешнем 171 (1663) г. августа 20 писал к нам из Обоянского Тихон Львов, что августа 17 прибежал к нему из Сум Обоянин Тимофей Афанасьев, а в расспросе ему сказал, что Татарове стоят от Сум в 10 верстах на Озерках, и по Рыльской дороге многих русских торговых людей в полон поймали, а хан Крымский перешел по Сю сторону Днепра. И тебе, господине, печенежских черкас полковые службы со всею службою и запасы выслать в Белгород».

61

В 1668 году Брюховецкий, подняв пламя бунта в Малороссии, старался поднять волнение между слобожанами. Татары опять явились.

Около 20 сентября Ромодановский писал в Чугуев: «Из Сум в Боромлю писал полковник Герасим Кондратьев: ведомо де ему полковнику учинилось, что с двух сторон конечно изменники черкасы хотят быть на двое под Сумы и под Боромлю и под иные государевы Украинские городы на проселки шляхов вскоре. Да в отписке Ивана Скурихина (из Боромли) написано, что сентября 14 боровенские сторожи видели на конях 4 человек у Высокого боярака и, постояв, побежали к бояраку, а конечно те люди неприятельские. Да сентября 17 писал ко мне из Харькова Лев Сытин: сентября 15 пришел в Харьков из полону харьковский черкашенник Ивашко Кушнер, а в расспросе сказал: был он в Зинкове, а из Зинкова отпустил его в Харьков к жене и детям Зинковский городовой Левка в нынешнем 177 (1668) сентября 12 и сказывал ему, Ивашке, что из Крыма салтан с Татары вышел, а Татар с салтаном вышло 10 000 и тех Татар он, Ивашко, видел под Зинковым и пошел тот салтан с Татары под Нежин, а Дарошенко с изменники черкасы под Нежин же. Да ему же Ивашке Зинковский атаман сказывал, что крымский хан конечно и сам вышел с Ордою и хочет идти войною в Белгород и под иные государевы украинные городы мурафским шляхом вскоре и Дорошенко в Зинкове прислал лист при нем Ивашке; а стада де в Зинкове и Плотаве и в иных городах хану выбирали».

В половине октября князь Ромодановский писал Чугуевскому воеводе:

«Крымский Калга сантан со всеми силами и изменники черкасы от Недригайлова идут к Сумам, а от Сум пойдут войною к Белгороду и под иные государевы украинные городы».

По другим источникам известно, что после позорной смерти Брюховецкого, татары, соединясь с запорожцами и частью войск Петра Дорошенко, шли к границам русским; молодой князь Ромодановский Андрей самонадеянно вступил с ними в бой под Грайвороном и был разбит на голову. Понятно, что татары, проходя к Грайворону и из Грайворона, прошли с грабежом и огнем по слободам Украйны.

Как вели себя Сумские казаки с своим полковником во время бунта Брюховецкого и что вытерпели они в это страшное время, показывают нам царские грамоты Сумскому полку.

В грамоте от 16 февраля 1668 года царь хвалит и обещает царские милости за то, что полковник Кондратьев и старшины его, тогда как к ним присланы были возмутительные письма от гетмана Брюховецкого, с твердостью отвергли эти письма, как вредную ложь, и остались верными присяги; Царь остается столько уверенным в верности полковника и его старшины, что поручает им убеждать на словах и на бумаге прочих черкасов, дабы не слушали обольстительных внушений коварного изменника Брюховецкого.

В похвальной грамоте от 28 июня 1668 года царь пишет, что и казаки и мещане сумского полку служат Государю верно, бьются с изменниками черкасами и татарами, не щадя своей головы, и не обольщаются их обманчивыми внушениями, чем заслуживают полную царскую похвалу; б.) в полной уверенности в верности полка Царь поручает полковнику и казакам убеждать малороссийских казаков, дабы они без всякого опасения возвратились к верной службе Царю, – так как Царю известно, что они совращались с пути долга «по неволе, по прелестным письмам изменника и вора Ивашки Брюховецкого и его советников»;  вместе предписывается посылать, как можно чаще, «в Киев, Переяславль, Нежин, Чернигов, и в другие города, куда мочно, проведывать, что делается», и нет ли притеснений войскам царским.

В грамоте от 5 мая 1669 года Царь в награду за верность сумского полковника и его старшины: а) прощает пошлины за продажу вина и пива, следовавшие за прошлые годы, – всего 6091 руб.; б.) дозволяет на будущее время беспошлинно курить и продавать вино и пиво; в.) прощает недоимку сбора за право иметь пасеки. Надобно притом заметить, что тогда же – 5 мая 1669 года –

62

даны были похвальные грамоты полкам Харьковскому и Ахтырскому. Но в них Царь менее щедр в похвалах верности полков и хотя жалует эти полки на будущее время правом беспошлинной продажи вина, но им далее менее прощено денег за прежние годы, чем Сумскому полку. Эта разность основывалась на том, что в полках Харьковском и Ахтырском некоторые местечки увлекались на время внушениями изменников и изменяли долгу присяги, тогда как полковник Кондратьев в своем полку умел удержать всех в неизменной покорности царю.

Грамота от 21 февраля 1659 года, подтверждая преимущества, данные Сумскому полку Царем Алексеем Михайловичем, сообщает нам еще важные сведения о том, за что даны были эти преимущества; – она говорит нам о том, чего стоила Сумскому полку его верность во время бунта Брюховецкого. По ее известию Царь Алексей Михайлович жаловал полк преимуществами за службы и за разорение, что им учинилось от изменников и от крымских и от ногайских татар после измены Ивашки Брюховецкого и за осадное сидение. Казаки городов Сум и Лебедина в той же грамоте говорят, что они в показанное время несли трудную службу, вытерпели кровь и раны, полонное терпение и сидение в осаде.

Мы сообщим эти грамоты в полном и точном их виде в приложении. Здесь же помещаем выписку из жалованной грамоты от 23 октября 1688 года, где видим сведения о предметах деятельности сумского полка.

Цари Иоанн и Петр пишут: «пожаловали белогородского Разряду Российских городов стольника нашего и полковника сумского Андрея Герасимовича Кондратьева за многую его верную и радетельную и знатную службу, что он в мимошедших летех отцу нашему блаж. и вечнодостойной памяти В. Г. Ц. и В.К. Алексею Михайловичу и брату нашему Гос. Ц. и В. К. Феодору Алексеевичу служил и ныне нам вел. Государям служит и над воинскими людьми полку своего с казаками промыслы и поиски чинит и тамошних мест от приходов воинских людей оберегает и для ведомостей о поведении войны Турского султана с цесарем Римским и с королем Польским в Заднепрские места и в Польские городы посылает полку своего казаков по часту и прошлого 195 (1678) года в Крымском походе был и во всем наше Государское повеление исполнял»…

По всем этим грамотам главным действующим лицом в славных делах сумского полка является стольник и полковник сумского полка Герасим Кондратьевич Кондратьев. Он был, как видно по грамотам, главным лицом полка не только по званию своему, как полковник, но и по личным качествам и делам своим. По другим документам знаем, что был самым усердным строителем храмов Божьих, и он же был строителем двух Сумских монастырей – мужского и женского. Герасим Кондратьевич был искренний слуга Царя земного и небесного и человек с характером энергическим. Предание, вот что говорит о поступке его с родною сестрою. Сестра его была отважная женщина, но жила нечестно; она набрала себе ватагу сорванцов и на большой торговой дороге обирала с ними московских купцов. Брат Герасим Кондратьевич, узнав о том наверное, приказал сказать ей, чтоб унялась. Она не слушалась. В другой раз он сам строго говорил ей о ее худой жизни и требовал с угрозами, чтобы бросила она свои привычки. Сестра не преставала жить по – прежнему. Тогда Герасим Кондратьевич, поймав ее на деле ее, засадил в каменную стену и замуровал. – Не беремся защищать верность события: но рассказ народный заключает, по крайней мере, отзыв о том, каким представлял себе народ Герасима Кондратьевича. Жалованная грамота Царя Феодора Алексеевича, данная Герасиму Кондратьевичу в 1678 году, говорит, что Герасим Кондратьевич всегда отличался примерною службою, как при Царе Алексее, так и при Царе Феодоре, зорко смотрел за замыслами врагов святой Руси, был неутомим в разысканиях козней измены и о каждом шаге неприятельском давал известия Царю и его воеводам; дети его, а их было четыре сына – Иван, Григорий, Андрей и Роман, – делили с ним труды и подвиги его; в долгой боевой службе украсился он множеством ран. Сообщаем любопытную

63

грамоту в полном ее виде, тем более, что она касается и всего Сумского полка.

«Божьею милостию, мы великий Государь Царь и В. К. Феодор Алексеевич и пр. пожаловали Белогородскому полку города Сумина полковника Герасима Кондратьевича и детей его, Григория, Андрея и Романа за его Герасимову многую службу ко отцу нашему блаж. памяти к Царю и В.К. Алексею Михайловичу и к нам вел. Государю, нашему Царскому Величеству, как он полковник и дети его, полку его со всем поспольством, служил верно, без всякой шатости и ослушания и над изменниками и над воинскими людьми промыслы и поиски чинил и в полки к боярам и воеводам про неприятельские про всякие замыслы и про приходы их всякую ведомость чинил же и во всем наше Государское повеление исполнял по нашему Государеву указу со всяким усердством, и на многих боях он полковник и сын его Иван ранены и тот сын его от ран и умре. И ныне нам, В.Г. нашему Цар. Вел-ву, служит он полковник и дети его, Григорий, Андрей и Роман, верно, вместо нашего Государева годового денежного жалованья, выслуженные его полковниковы поместья и вотчинные земли и всякие угодья, которыми они владели по указным грамотам отца нашего Государя блаж. памяти Царя и В. К. Алексея Михайловича, всея вел. и мал. и бел. России Самодержца, и по нашим, вел. Г. Ц. и В.К. Феодора Алексеевича грамотам. И что им дано в поместья земли и всяких угодий по отпискам из полку боярина и воеводы князя Григория Григорьевича Ромодановского с товарищами и по отделу сумских приказных людей и что они, полковник с детьми, надеясь на нашу Государеву милость и жалованье, заняли из диких полей в поместьях земли и всяких угодий вновь и на тех землях  всякое строение построили и покупные их дворы и хутора  и пасеки и рыбные ставы и мельницы и к тем мельницам землю и сенные покосы и всякие угодья и строения, что в переписных и мерных книгах Афанасия Тютчева 185 (1677) года написано, велели ему, полковнику, с детьми тем всем владеть, из поместья в отчину безоброчно и о том дать сию вел. Государя жалованную грамоту за нашею Государевою отворчатою печатью и для подлинного ведома той вотчиной даче и всяким угодьям дать с переписных и с мерных книг выпись за  дьячьею приписью… пис. в  Государствия нашего двора в Цар. граде Москве л. 7187 ноября 1 дня».

Эта грамота, говоря о славной смерти Ивана Герасимовича, не говорит, когда и в каком бою он украсился ранами положившими его во гроб.

[Сочинитель Записок о слобод, полках (Харьков, 1812. С. 75), очевидно, говорил наугад, когда писал: «Иван Герасимович Кондратьев, по имянному повелению Государя Петра Алексеевича, пожалован полковником». Иван Герасимович умер, когда Петр еще не назывался царем, а был только царевичем. И был ли Иван Герасимович полковником, пока не знаем. О полковниках Григории и Романе Герасимовичах сочинитель Записок и не упоминает, также как об Иване Андреевиче].

Но вероятно это было в славной Чигиринской битве 1677 года, где по известию Велички были и «казаки слободские».

[Летопись Велички 2, 419].

Григорий Герасимович, другой достойный сын великого отца, деливший военные труды с отцом своим, был полковником сумского полка, помощником отцу своему в трудах управления полком. Известна отписка его 1680 года важная по содержанию: «Григорию Ивановичу (генералу Косагову) Григорий Герасимович, полковник войска Его Царского Пресветлого Величества Сумского. По верным вестям два салтана со многими ордами разделились на три части, едны пошлы в полк Переяславский, другие к Пирятину и Прилущине, а третьи Сулою, не малыми купами, силою великою». Последний отряд по всей вероятности опустошал западный край Сумского полка.

В мае 1681 года Сумы и Сумской полк торжествовали двойную милость Божью. По царской грамоте совершалось торжественное благодарение Господу Богу за перемирие с турками и татарами, несколько лет сряду лившими кровь христианскую в Малороссии и Украйне. И в той же грамоте царь объявлял благодарность свою Сумскому полку за верную службу его. Царское внимание к службе казаков выражалось

64

в грамоте самыми отрадными чертами. Царь называл службу их честью для всего царского имени, славою для всего государства. По этой же грамоте видно, что казаки сумского полка бились с турками и татарами под Чигирином в 1677 и 1768 годах и в продолжении всей турецко-татарской войны, начиная с 1673 года были в разных нарядах и битвах. По фамильным сведениям Григорий Герасимович умер в 1683 году.

В первый Крымский поход (1678 г.) Сумы были одним из сборных мест русского войска, отправлявшегося с князем Голицыным против татар. Отряды Сумского полка участвовали в самом походе, под начальством полковников Герасима и Андрея Кондратьевых, которые по возвращении из похода получили похвальную грамоту. А во второй Крымский поход, в котором под начальством дьяка командовал слободскими войсками Ахтырский полковник Перекрестов, Сумской и Ахтырский полки потерпели страшное истребление. Вероятно в этом походе был и Роман Герасимович, который считался полковником Ахтырского полка и умер в 1700 году.

Петр I грамотой 18 февраля 1700 года на имя полковников Сумского полка Герасима Кондратьевича и Андрея Герасимовича, подтвердив сумским казакам права беспошлинной продажи вина и свободного владения занятыми землями, постановил: «Сумского Черкасского полка быть в конной службе казакам указному числу 1230 человек, которые выбраны и написаны из казаков и мещан в книгах, какие прислал в Разряд из Белгорода боярин и воевода кн. Яков Федорович Долгорукий ген. 16 д. нынешнего 1700 г.».

В следствие такой царской воли Андрей Герасимович в начале шведской войны был с полком своим в Ингерманландии, где пробыл до 1702 года, а между тем старец – отец его, изнуренный летами и боевою жизнью, скончался в 1701 году.

В 1706 году Андрей Герасимович принял от бывших по городам русских воевод все города сумского полка с их артиллериею и службою в полное свое заведывание. И в след за тем должен был отправиться в поход.

[См. Указ от апреля 1706 г. в приложении].

Донской атаман Булавин поднял знамя бунта на Дону; раскольники искали тогда неприкосновенности своей бороде и независимости от всякой власти. Петр I, назначив главным начальником войска кн. Голицына, отрядил в его распоряжение по одному батальону из Сумского и Ахтырского полков. Достойный сын верного слуги царя и церкви, Андрей Герасимо­вич, положил жизнь в деле за веру и отечество, раскольники бунтовщики убили его.

[См. об Ахтырке; Записки о слободских полках. С. 76-78].

Полковником остался набожный сын его Иван Андреевич Кондратьев.

[В актах Сумского Успенского монастыря: а) 1710 г. декабря 12 продан монастырю богатый хутор «за ведомом его милости пана полковника сумскаго Ивана Кондратьева при судье полку сумскаго Андрею Марковичу»; б) актом 1719 г. июня 1 положено за неустойку в сделке «доправить на пана полковника Сумскаго Ивана Андреевича 20 р., на пана сотника Краснопольскаго Димитрия Игнатьевича Кондратьева 10 р.»; в) 1722 г. октября 28 продана монастырю мельница, «за ведомом п. полковника Ивана Андреевича Кондратьева в полковой ратуше при уряде вой­сковом судьи Иване Романове»].

При нем одним из самых достопамятных событий для Сум в церковном и гражданском отношении было пребывание Петра вел. в Сумах. Это было во время славной борьбы Петра с Карлом ХII, когда к последнему уже присоединился Мазепа. По журналу самого Петра, по запискам Крекшина

[Библиотека для чтения за 1849 г.]

и по истории Ригельмана

[История Малороссии 2, 65].

Царь Петр 26 декабря 1708 года прибыл из Лебедина в Сумы. За ним в след прибыла вся гвардия. Первый день нового 1709 года Царь великолепно праздновал в Сумах. Молебствие совершено в Преображенском

65

соборе. «При чем, говорит Крекшин, били из пушек и от гвардии из ружья пальба; генералитет и штаб-офицеры обедали в доме Царского Величества, веселились до двух по полуночи». Царь готовил свое войско к кровавым битвам. 6 января, день Богоявления, Царь праздновал в Сумах. Но в тот же день держал военный совет, вступить ли немедленно всему войску в Малороссию для защиты ее от разорения, которому подвергал ее Карл? Карл манифестами объявил, что пришел защитить Малороссию от насилий царя, и что за каждый фунт хлеба, отпускаемого войску его, будет он платить; а на деле жег города и грабил доверчивых жителей. Сострадание к бедствиям казаков вызывало к немедленной помощи. Но жестокие морозы поставляли в невозможность скоро собрать все войска и весть войну. Потому положено весть войска «в слободские городки», чтобы не допустить неприятеля разорять их или прорваться в самую глубь России к Москве. Самонадеянный Карл в гордых мечтах своих доходил до смешного. Тогда как войска его гибли от морозов и голода, он дал генерал-майору Шпару патент на звание коменданта Москвы и приказал расписать квартиры в Москве. Петр, узнав об этом (18 февраля) в Сумах, сказал: «Уповаю на Бога, что Шведское войско будет в Москве, только не на тех квартирах стоять будет». Здесь же прочтена была депеша Карла, в которой он писал сенату о разбитии войск русского царя под Добрым и Лесным; Царь с улыбкою сказал: «желаю таких счастливых побед и впредь его Королевскому Величеству». От 21 января в Сумах выдан был царем манифест, с объявлением письма Мазепы к Лещинскому, где Мазепа отдавал Малороссию Польской короне. В то же время («в сих числах», прежде 3 февраля) царю доставлен был манифест Карла к казакам (от 16 декабря 1708 года) с клеветами на царя и с ложными обещаниями казакам. Царь от 3 февраля издал в Сумах манифест в ответ манифесту Карла; здесь между прочим царь писал: «что же принадлежит до лживой клеветы его, короля Шведского, где он прикрывая свою ненависть к благочестивой нашей церкви и православной вере, очевидно по злобному и богоотступному совету Мазепы, напоминает, будто мы, Великий Государь, договариваемся с Папою о соединении веры: то это больше достойно смеха, чем какого-либо доверия; да сохранит нас Всевышний от того, чтобы мы, защитник благочестия, когда-нибудь имели в мысли что-нибудь подобное». 3 февраля был последний день пребывания царя в Сумах. Гвардия выступила из Сум 28 января в Ахтырку. Царь удержан был на время в Сумах болезнью сына, царевича Алексея, который прибытием своим с тремя новыми полками в Сумы весьма обрадовал царя, а болезнью своею сильно опечалил отца. Лейб-медик Дупель ослабил действие простудной лихорадки в больном, и царь выехал из Сум, но царевич удержан был болезнью в Сумах еще до 12 февраля.

[Письмо царевича Алексея Петровича. Одесса, 1849. С. 55—57. Дополнения Голикова 8, 179].

По письму Шереметьева от 13 апреля 1709 года видим, что Сумской полковник с полком своим был тогда в Гадяче. Известен и именной список казаков сумского полка, участвовавших в борьбе Петра великого с Карлом.

[Список неполный; здесь показаны: а) сотне вышней Сыроватки — сотник Максим Нерода;

б) сотне нижней Сыроватки — сотник Прокоп Тихонов, он же и обозный;

в) сотне Сумской Ворожбы — сотник Грицко Лобода;

г) города Суджи 1-й сотне — сотник Трофим Яковлев, хорунжий Процик Хфедоров; 2-й сотне — сотник Михайло Яковлев].,

При полковнике Василии Даниловиче Осипове-Перекрестове, внук несчастного Ахтырского полковника Перекрестова?

[Ахтырские купчие № 55, 139].

Сумской полк в составе дивизии Дугласа отправлялся на войну с Турцией, а между тем в Сумах с 1732 года находилась Комиссия учреждения слободских полков; она ввела разные преобразования в быте слобожан, не всегда соображаясь с их духом; лучшее ее было то, что она указала полковым чинам на способы несть тяжести службы военной, но к сожалению не совсем удобные в исполнении.

[Комиссия указала употреблять на прислугу из неслужащих казаков: полковнику — 650 душ, обозному и капитану — 350 душ, судье, старшему есаулу и поручику — по 300 душ, ротмистру — 250, есаулу младшему — 200 душ, писарю и хорунжему — по 150 душ. Эти подпомощники обязаны были доставлять чиновникам деньги в виде жа­лованья, почти равного штатному жалованью армейских чинов, или же выплачивать ту же сумму работами в эко- номиях полковых чинов. Записки Тевяшева].

66

По переписи, произведенной тогда майором гвардии Хрущевым, в Сумах оказалось жителей: старшины с ее родными 46 душ муж. пола, казаков 800, подпомощников 2704 человека, великороссиян 14, пушкарей 26, работников 148, духовных 49, богаделенных 13; а всего в 975 дворах 3818 душ муж. пола, да в дер. Пришибе подпомощников 39.

[Перепись: полковник Василий Данилов Осипов — 35 лет, дети его Григорий — 11, Петр — 4… полковые писари: Семен Якимов Кардашевский, сын его Семен — 3 лет, Осип Антонов Антонов, Никита Карпов Алтухов; полковой хорунжий Василий Иванов Буймер — 30, у него сын Андрей; полковой лекарь Александр Алексеев Перекрестов, подпрапорные: Федор Алексеевич Лесевич, Яков Несторов Подлесный — 50 лет, брат его Василий —12 лет, Никита Лукьянович Войниченко, Дмитрий Ларионов Стеценко].

В 1738 году в Сумах как и в других местах Сумского полка, открывалась моровая язва. По этому случаю вследствие отношения Белгородского губернатора Грекова к Преосвященному Петру указом Консистории 7 сентября 1738 года на имя Сумского игумена Иллариона и Сумского протопопа Антония Словинского предписано было совершать на литургии ектений и после литургии крестные ходы с молитвами об избавлении от губительной заразы.

Внук Герасима Кондратьевича Димитрий Григорьевич Кондратьев в 1743 году имел счастье получить на свое имя жалованную грамоту сумскому полку, c подтверждением всех преимуществ, данных царями Алексеем, Федором и Петром и с отменением тягостей, возложенных правлением Бирона.

[Грамота написана в Записках о слободских полках и у г. Срезневского. Сл. о слободе Шпилевке грамотою, между прочим, распущен был регулярный драгунский полк, в состав которого входили по 200 человек из каждого слободского полка и содержались во всем на счет слобожан. Но по указу 1757 г. вновь сформирован был слободской гусарский полк].

Последние полковники Сумского полка – Михаил Михайлович Захаржевский и Роман Иванович Романов.

В новейших временах Сумских обывателей прежде всего следует заметить необыкновенное событие 1806 года. Каменный Николаевский храм, построенный в 1804 году, неожиданно рушился до основания. Это было в первый день Светлого Воскресения Христова, спустя какой-нибудь час после литургии. Чья сила удержала массивные своды храма, пока падение их не могло быть так ужасно для множества людей и семей? Он Всесильный и Благий отец сохранил детей своих, славивших тогда дивные дела любви и силы Его.

В 1813 году крещены были в Сумской Воскресенской церкви три пленные турка – Али Мустафа, Магмет и Али Гуссейн.

В 1839 – 1840 г. сильные пожары испепелили большую и лучшую половину Сум; к тому же великолепная ярмарка, доставлявшая большие доходы жителям города, тогда же переведена была в Ромны. То и другое обстоятельство имело последствием своим упадок благосостояния жителей Сум. Впрочем на Введенской ярмарке бывает оборотного капитала на 16000000 рублей серебром.

Ныне в числе жителей Сум считается:

Почетных граждан 2 душ муж. 2 жен. пола.

Купцов 2 и 3 гильдий 195 душ муж. 198 жен.

Мещан до 900 душ муж. 750 жен.

Большинство же остается за казенными крестьянами.

67

ПРИЛОЖЕНИЯ

1. МЕЖЕВАЯ ВЫПИСКА

20 октября 1657 года на землю г. Сумы.

[Помещаем сию выписку, как важную не только для истории г. Сум, но и для древней географии края, с опущением слов, подобных следующим: «на дубе граны две, одна указывает назад» и пр.)].

“Лета 7166 октября в 20 день По Государеву Цареву и В.К. Алексея Михайловича, всея в. и м. и б. России Самодержца указу и по грамоте с Приказа большого Дворца за приписью дьяка Игнатья Мокеева и по наказу Окольничего и воеводы князя Семена Петровича Львова за приписью дьяка Ивана Мамалихова капитан Мирон Иванович Золоторев да Хотмышенин сын боярский Алексей Катенин дали с своих межевых книг выпись Сумина города черкасам атаману Герасиму Кондратьеву с товарищами, что им Сумину городу отмеряли вверх и вниз по реке Пслу и по сторонам по десяти верст; а межу учинили Сумскому уезду с Путивльским уездом от г.Сумина вверх р. Пслом по устье Озерка подцерковного, а у Озерка станы Путивльских бортников: черниговца Кондратия Вышневского да Богдана Малушина от р. Псла и от Озерка подцерковного от Кондратьева стану Вышневского, едучи дорогою в лесе возле дороги с левой стороны дуб бортной Путивльца Юрки Пешкова… а что дуб между болотом, от того дуба дорогою едучи через речку Бетицу на полугоре на правой стороне дороги дуб толст… дорогою по большому черному лесу… дубровою через дорогу прямо на Курган, а на Кургане крест, возле кургана яма с угольем; от того кургана прямо к р. Алешенке, а у р. Алешенки над болотом дуб выше устья логу черного… через Алешенку степью к Синякову шляху на Вываренный Курган – а тем шляхом ездят в Рылеск и в Курск и во Обоянской. – а от того кургана Синяковым шляхом спорным гребнем степью меж вершин р. Сумы и р. Виров на вываренной на Синякове Кургане. Едучи от р. Псла и от Озерка подцерковного Кондратьева стану Вишневского межею по гранем через р. Бетицу и через большой черный лес и через р. Алешенку и Синяковым шляхом на вываренный курган и от кургана шляхом к вываренному Синякову кургану на левой стороне земли и сенные покосы и леса и воды и всякие угодья Сумина города, а на правой стороне земля и леса и воды и всякие угодья Путивля города. Да за р. Пслом от г. Сум вниз речка Любань от Бакаева и от Сагайдачного шляху течет устье в р. Псел; а ниже устья той речки в луговом лесу меж вод Стрелица, а против той Стрелицы за р. Пслом на правой стороне вниз в большом черном лесу Курган, – от кургана черным лесом прямо на гору на дуброву, … дубровою в черный лес на Стрелицу, … на боярак, … через боярак прудки на дуброву,… через вершину речки Прудков, – к большой дороге, что ездят из Каменного и из черкасских городов в Русские города, … на вершины р. Сулы, … степью на Курган, а тот курган меж верхов р. Сулы и речки Ильмов на спорном гребени, а на кургане крест, подле кургана яма с угольем, а мимо того кургана из Сумина г. дорога в Путивль и в Недригайлов; – от того кургана Путивльского дорогою меж вершин р. Сулы и р. Ильмов и мимо вершин р. Сумы прямо чрез Синяков шлях на Синяков на вываренный курган. Едучи от реки Псла межею по граням черным лесом и дубровою и степью через шлях к Синякову кургану на правой стороне земля и сенные покосы и леса и воды и всякие угодья Сумина города, а на левой стороне по сказкам Ворожбинских черкас атамана Амеляшки Якимова с товарищами земля и леса и всякие угодья их черкасские Ворожбинские слободы. А по другую сторону Псла луговым лесом на Стрельницу, что меж вод ниже устья реки Любани, от той Стрельницы прямо дубровою проехав дехтярную варницу дуб… дубровою вверх по реке Любани степью прямо на Курган. Едучи от реки Псла межею по граням вверх реки Любани к кургану налево земля и леса и воды и всякие угодья Сумина города, а направо Ворожбинские слободы черкасов. Да от кургана – степью прямо на Частые Курганы, что близко вершины речки Крупца к Бакаеву и Сагайдачному шляху на выварен-

68

ный Курган, … шляхом на верх речки Бобрика, … на верх глубокого лога и вниз глубоким логом к речке Суровице, … через реку Суровицу на устье речки Черторыя, а за рекой Черторыем меж ложков на Стрелице дуб. – Едучи от кургана межею на частые Курганья и от Курганья и от Бакаева и Сагайдачного шляху к вываренному кургану и от кургана шляхом на верховье реки Бобрика и на верх глубокого лога и логом до реки Суровицы и через Суровицу на устье реки Черторыя и вверх по Черторыю налево земля и всякие угодья Сумина города, а направо Путивля города.

[По отказной книге города Суджи 1664 года Сагайдачный шлях идет по хотмыжской, то есть по левой стороне реки Псла, в 15 верстах от города Суджи. Новый город Суджа, сказано здесь, стоит на среднем Татарском шляху, от Залокшанского шляху в 8 верстах «от Солокшанского шляху» в 15 верстах, от Сумина города в 30 верстах. О залокшанской дороге здесь же сказано: «от Сумина вверх река Пороза и ровного леса взялася Татарская сакма, а пошла под Курск и против верховья реки Локни разошлася надвое: одна пошла через город Суджу, а другая через реку Ивицу под Курск, от города Суджи в 8 верстах»].

С верхней стороны города Сум против Кондратьева стана Вышневского, а устья Озерка подцерковного за рекой Пслом и за луговым лесом на дуброве возле лугового леса дуб, – к большому черномуГнилицкому лесу, … большим черным Гнилицким лесом на поляну серед леса,… на верх речки Бездрика, … тем же лесом на Стрелицу, …тем же Гнилицким лесом на верх речки Черторыя, к граням. – Едучи от реки Псла межею через большой Гнилицкий лес и вниз по реке Черторыю и реке Суровице направо земля и леса и всякие угодья Сумина города,  а налево Путивля города. – И по Государеву Цареву и В. К. Алексея Михайловича всея в. и м. и б. Р. Самодержца указу и по сей выписи сумским черкасам атаману Герасиму Кондратьеву с товарищами землею и сенными покосами и лесами и всякими угодьями в своих межах и урочижах владеть и Государеву Цареву В. К. Алексея Михайловича службу служить; а бортные деревья с пчелами и без пчел не сечь и не владеть до Государева указа.

К сей выписи капитан Мирон Иванович Золотарев печать свою приложил.

2. ГРАМОТА

от 28 июня 1668 года.

[Грамота от 16 февраля 1668 г. напечатана г. Срезневским в «Харьковских губернских ведомостях» (1839. № 33) из экстракта о слободских полках, и хотя напечатана не точно, с пропусками и переменами текста, но пока довольно и того. Помещаем здесь те грамоты, которые не были напечатаны, и притом самые любопытные. У Прокоповича в календаре 1809 г. напечатан приговор бояр от 23 апреля 1669 г. выдать трем слободским полкам жалованные грамоты с привилегиями. Отселе ошибка г. Квитки, будто грамоты выданы 23 апреля (Современник. 1840. № 1. С. 75)].

От Царя и В. К.  Алексея Михайловича всея, в. и м. и б., России Самодержца города Сумина полковнику Кондратьеву и сотникам и атаманам и всему казацкому поспольству и мещанам. Ведомо нам В. Г. по отпискам из полков бояр и воевод, что ты полковник и сотники и атаман и казаки и мещане нам В. Г. служите верно и с изменниками черкасами и с Татарами бьетесь, не щадя голов своих, и на их ни на какие воровские затейливые прелести не склоняетесь и для проведывания всяких вестей и про их изменничьи замыслы ты полковник посылаешь товарищей своих по-часту и о тех вестях и о изменничьих замыслах в полки и в города к боярам нашим и воеводам пишешь ты полковник почастуж. И мы В. Г. тебя полковника и сотников и атаманов и всех черкас и мещан за вашу службу жалуем, милостиво похваляем. –  И как к вам ся наша В. Г. грамота придет, и вы б впредь нам В. Г. служили и свыше прежнего, а у нас В. Г. служба ваша неколи забвена не будет; а в Малороссийские города к черкасам, в которые и к кому мочно посылали и с ними писали и словесно приказывали, чтоб они, памятуя Господа Бога и нам В. Г.  обещание от измены обратились и были под нашею В. Г. самодержавною высокою рукою по-прежнему и впредь нынешние их вины воспоминовены не будут, потому что они то учинили поневоле, по прелесным письмам изменника и вора Ивашки Брюховецкого и его советников. – про то нам В. Г. ныне ведомо подлинно; да в малороссийские города в Киев, в Переяславль, в Нежин, в Чернигов и в иные, куда мочно, посылали б проведывать по часту. Что в тех городах делается и нашим В. Г. ратным людям

69

от изменников и от Татар утеснения какого нет ли и про всякие вести; а что у вас от кого каких вестей объявится, –  и ты б полковник писал к нам В. Г. вскоре, а отписку велел подать в Разряд дьякам нашим: думному Дементию Башмакову да Федору Грибоедову да василию Семенову, да и в полки и в города к боярам и воеводам о том для ведома писал же. – Писано на Москве лета 7176 июня в 28 день

(ЧЕРНАЯ ПЕЧАТЬ). 

3. ГРАМОТА

от 5 мая 1669 года в Сумской полк

«Божьею милостию от великого Государя Царя и Великого Князя Алексея Михайловича, всея великой и малой и белой России Самодержца и многих государств и земель, восточных и западных м северных отчича и дедича наследника и Государя и Обладателя нашего величества Белгородского полка города Сумина черкасскому полковнику Герасиму Кондратьеву и всем того полку старшинам и всему поспольству наше Великого Государя милостивое слово.

Ведомо нам, великому Государю и наш. цар. Величеству, что в прошлых годах до измены Ивашки Брюховецкого и после того в нынешнюю черкасскую смуту ты полковник со всем посполством полку своего нам великому Государю, нашему Царск. Вел – ву, служили верно, безо всякой шатости и измены, и на изменничьи никакие прелести не прельщались и к изменникам не приставали, а над ними изменники и над Татарами чинили промыслы и поиски и в полки и в города к боярам нашим и воеводам про неприятелей всякую ведомость чинили и во всем наше великого Государя нашего Цар. Вел-ва повеление исполняли по нашему великого Государя указу, со всяким усердством. Також иныне нам великому Государю, нашему Царск. Вел-ву служите верно. – И мы, великий Государь, наше Цар. Вел-во, за те ваши к нам, велик. Государю, нашему Царскому Величеству, службы тебя полковника Герасима и полку твоего старшину и все поспольство жалуем, милостиво похваляем. И пожаловали мы вел. Государь, наше Цар. Величество, за те ваши прежние и нынешние к нам Великому Государю службы вместо нашего Государева годового денежного жалованья оброчными деньгами, которые были на вас в Белгороде с 173 (1665) года с винных и пивных котлов, и с шинков сумского полку в городах Сумине и в Лебедине и в Судже, а по окладу тех оброков довелось было в нашу вел. Государя казну в Белгороде взять на вас на нынешний 177 (1669) год тысячу четыреста сорок девять рублей с полтиною, да из доимки на прошлые годы по нынешний 177 год тысячу четыреста сорок два рубля, а всего на нынешний 177 и на прошлые годы 6091 рубль. А в иных городах того же сумского полку с таких же промыслов оброки и по се время были не положены, а теми промыслами тех городов жители промышляли безоброчно и по се время. И впредь для нашей Государевой полковой службы пожаловали мы, вел. Государь, наше Царское Вел-во, велели нам вместо нашего Государева годового денежного жалованья такие промыслы в городах Сумского полку промышлять безоброчно, чтоб вам было с чего наши вел. Государя полковые службы служить. А что в прошлом в 176 (1698) году пожаловали мы великий Государь, наше Царское Величество тебя ж полковника Герасима, и всех сумских жителей, не велели с вас иметь половины оброчных денег Путивльского уезду с Биринской волости за медвенный оброк 200 рублей, а другую половину по 200 рублей велено было вам платить в нашу великого Государя казну на Москве в приказе большого Дворца по-прежнему: и ныне пожаловали мы великий Государь наше Царское Вел-во тебя полковника и сумских черкас за ваши к нам великому Государю службы, тех оброчных денег и другую половину 200 рублей иметь с вас не велели.

И тебе полковнику и полку твоего всей старшине и поспольству, которые ныне и впредь в том полку будут, видя к себе нашу великого Государя, нашего Царского Величества премногую и превысокую милость и жалованье, нам великому Государю нашему Царскому Величеству и нашим Государским благородным детям, благоверному царевичу и Великому Князю Алексею Алексеевичу всея

70

великой и малой и белой России, и благоверному царевичу и великому Князю Федору Алексеевичу всея великой и малой и белой России, и благоверному царевичу и великому Князю Симеону Алексеевичу всея великой и малой и белой России, и благоверному царевичу и великому Князю Иоанну Алексеевичу всея великой и малой и белой России, и нашим Государским наследникам впредь потому ж служить верно и над изменниками черкасами и над Татарами промыслы и поиски чинить со всяким усердством и радением, и в полки и в города к боярам нашим и воеводам про неприятельские замыслы и приход и про все чинить ведомости подлинные, и во всем нам великому Государю, нашему царскому Величеству и нашим Государским благородным детям и наследникам всякого добра хотеть и искать лучшего и службу свою соверщать свыше прежнего. А служба ваша у нас, великого Государя у нашего Царского Величества забвенна не будет.

Писано в нашем царствующем великом граде Москве, лета от создания мира 7177 (1669) месяца мая 5 дня.

(Печать).

4. ЦАРСКАЯ ГРАМОТА

полку от 11 мая 1681 года с похвалою полку за службу и с предписанием – совершить благодарное молебствие за перемирие с турками

От Царя и В.К. Феодора Алексеевича всея в. и м. и б. России Самодержца сумским полковникам Герасиму да Григорию Кондратьевым. С прошлого 181 (1673) года при державе отца нашего блаж. памяти В. Г. Ц. и В.К. Алексея Михайловича, всея в. и м. б. Р. Самодержца, Турской султан всчал войну и при нашем В. Г. Ц. и В.К. Федора Алексеевича всея в. и м. и б. Р. Самодержца, державе присылал войною под Чигирин, и к иным тамошним малороссийским городам везиря своего и пашей розных владенья своего земель со многочисленными ратьми и Крымского хана с ордами. – И по вашему В. Г. указу против тех Турского салтана везиря и пашей с войском  и Крымского хана с ордами посыланы с поками бояре наши и воеводы, а в полках с ними наши В.Г. ратные люди московских чинов и городовые и вы полковники полков ваших с урядниками и со всеми казаками. И будучи вы на нашей В. Г. службе в тех годах в полках с боярами нашими и воеводами, исполняя наше Государское повеление и поборая предкам своим и показав природную свою храбрость не устрашась бусурманских многочисленных сил наступления, на боях и на приступах и во отводах с ними бились крепко и мужественно и всякие воинские промыслы и поиски над ними чинили. –  И в нынешнем во 189 (1681) году по нашему В. Г. указу, по присылке Крымского хана, посыланы в Крым посланники: стольник наш и полковник Василий Тяпкин да дьяк Микита Зотов для договора с ним Турским салтаном и с ним Крымским ханом. – И апреля 29 числа писали к нам В. Г. посланники Василий Тяпкин и дьяк Микита, что милостью всещедрого Бога и предстательством и помощью и заступлением христианской Заступницы Пресвятой Богородицы и Московских и Киевопечерских Чудотворцев и всех святых молитвами, а нашим В. Г. Ц. и В.К. Федора Алексеевича счастьем они посланники, будучи в Крыму у Мурата Гирея хана учинили по нашему В. Г. указу с салтаном Турским и с ним ханом Крымским перемирие с генваря м. нынешнего 189 (1681) года впредь на двадцать лет. А в те перемирные годы содержать ему салтану ихану тот договор крепко и нерушимо и на Украинные наши Царского Величества города и земли войною им не ходить и ратей своих не посылать и обещались от сего времени с нами В.Г. с нашим Царским Величеством, салтан Турской и хан Крымской быть в твердом соединении и нашего Царского Величества другу быть и им другом, а недругу недругом и с нами В. Г. с нашим Царским Величеством иметь им любительные пересылки через послов и посланников, а войны и зла никакого никаким образом не мыслить и не чинить; а богоспасаемому граду Киеву нашей Царского Величества прародительской отчине с городами и землями и станами к нему принадлежащими и от Киева до Запорожья и Запорогом быть в нашей В. Г. нашего Царского Величества

71

державе; а которые пустые земли за Днепром во владении Турского  салтана, и на тех землях ему салтану и хану городов и городков не делать; а буде которые Турские и Крымские люди самовольством придут на наши Государевы города войною, и таких людей обещали они сыскивать и, переймав, казнить смертью, а и взятое все назад отдавать; а боярина нашего Василия Борисовича Шереметьева и стольника нашего князя Андрея Ромодановского и их полоняников всех по их посланниковым договором отпустить на откуп и на размену нынешнего года. – И впредь в те перемирные лета розмене быть по-прежнему, как бывало напредь сего. – И на тот договор для крепкого утвержения прислали к нам В. Г. к нашему Царскому Величеству, с теми нашего Царского Величества посланниками салтан Турской и хан Крымской шертные  свои грамоты с золотыми печатьми, на которых грамотах хан Крымской и Калга и Нарадын салтан за салтана Турского и за себя и за весь Крым шертовал и для обновления дружбы с теми нащими Царского Величества посланниками хан Крымской прислал послов своих честного и ближнего человека Кемана Мурзу Сулешова с товарищами. – И мая в 3 числе мы В. Г. наше Царское Величество о той всемирной радости с отцом нашим Государевым и богомольцем с великим Господином Святейшим Иоакимом Патриархом московским и всея Руси и с митрополитом и со все освященным собором в нашем царствующем граде Москве молебствовали и тую всемирную радость, что милостивый Господь Бог кровь христианскую утолил, всем народам объявили. – А вас полковников и старшину и сотников и урядников и полков ваших всех казаков за вышеписанные их храбрые и явные службы и крепкое и мужественное против бусурманских ратей стоянье и над ними промыслы и поиски, которые вы храбростью своею и мужеством нашему В. Г. имени к чести и всему Московскому Государству на хвалу по всем окрестным государствам славно показали, жалуем, милостиво похваляем. – И как к вам ся нашего В. Г. милость, впредь нам В. Г. служили со всяким усердием и полку вашего старшине и сотником  и урядником и казаком сказали и сию вашу В. Г. грамоту велели им вслух вычесть всем чтоб они, видя таковое милосердие Божье, что Его святою милостью христианская кровь утолилась и учинился нынешним перемирием покой, и нашу В. Г. к тебе премногую милость и жалованье, воздали хвалу и благодарение Господу Богу и Его Матери Пресвятой Богородице и Угодникам Его святым; и над В. Г. впредь по тому ж служили и радели со всяким усердием и за те свои службы и за усердное радение ожидали вашей В. Г. милости свыше прежнего. Писана на Москве лета 7189 (1681) мая в 11 день.

5. ЦАРСКАЯ ГРАМОТА

ОТ 21 февраля 1695 С ПОДТВЕРЖДЕНИЕМ

ПРИВИЛЕГИЙ СУМСКОМУ ПОЛКУ.

(После царского титула.)

Наше Царское величество пожаловали белогородскому разряду черкасских полковников сумского полку Герасима Кондратьева да Андрея Герасимовича Кондратьевых и того полку старшину и казаков и все поспольство, велели им дать сию нашу В. Г. нашего Царского Величества грамоту жалованную, что им в Сумах и сумского полку во всех городах мельницами и всякими промыслами, шинками, котлами и кузницами и лавками и рыбными ловлями и всякими заводами владеть и промышлять до нашего В. Государей нашего Царского Величества указу безоброчно. Понеже прошлого 7177 (1669) года апреля в 12 день бил челом отцу нашему В. Г. блаж. памяти В. Г. Ц. и В. К. Алексею Михайловичу, всея в. и м. и б. России Самодержцу, он Герасим и того же сумского полка старшина и все черкасы: в прошлом де в 173 (1665) году велено с их промыслов оброчных дененг иметь на год с винного котла по рублю, с пивного котла по четыре рубля: и на 176 год взято с тех их промыслов двести тридцать один рубль; а на 177 год тех оброчных денег за разорением от воинских людей платить им нечем: и чтоб великий Государь пожаловал их за их службы, с тех их промыслов оброки велел сложить. И того ж 177 года апреля в 23 день отец наш Великих Государей, блаженной памяти Великий Госу-

72

дарь, Его Царское Величество, слушав того их челобитья и выписки, пожаловал его сумского полковника, Герасима Кондратьева, и того ж полку начальных людей, и все поспольство, за их к нему Великому Государю службы, и за разорение, что им учинилось от изменников, и от Крымских и от Нагайских, Татар, после измены Ивашки Брюховецкого, и за осадное сиденье, и что они Ему Великому Государю служили, и над изменниками, и над Татарами чинили воинские промыслы и поиски, и в полки и в города к боярам и воеводам про неприятелей всякую ведомость чинили, и во всем его Великого Государя повеление исполняли, со всяким усердием, велел им вместо Государева годового денежного жалованья отдать оброки, которые на них довелось взять с промыслов их, с котлов, и с шинков, по Белгородскому окладу, 173 году на 177 год тысячу четыреста сорок девять рублей с полтиною, да из доимки на прошлые годы по 177 год четыре тысячи шестьсот сорок два рубля, всего на 177 год и на прошлые годы шесть тысяч девяносто один рубль, и впредь для своей Великого Государя полковые службы велел им вместо своего Государева годового денежного жалованья, такими промыслами в городах сумского полку промышлять безоброчно, чтоб им было с чего Его Великого Государя полковые службы служить. Да он же Великий Государь пожаловал его сумского полковника, и того полку всех черкас, за их службы не велел с них имать оброчных денег Путивльского уезду с Биринской волости, за медовый оброк четырехсот рублей, которые деньги довелись было им платить во все годы в приказе Большого Дворца; и о том о всем дана им Его Величества Государя жалованная грамота, в том же во 177 году мая в 5 числе. Да в прошлом во 187 году били челом брату нашему Великих Государей, блаженной памяти Великому Государю Царю и великому Князю Феодору Алексеевичу всея великой и малой и белой России Самодержцу, города Лебедина черкасы сотник Софрон Васильев:  В прошлом в 177 году, отец наш Государев блаженной памяти великий Государь пожаловал их вместо своего Государева годового денежного жалованья, за их многие службы, с винных и с пивных котлов и с шинков и со всяких их промыслов оброчных денег имать повелел; а велел промышлять всякими промыслами безоброчно; и о том де дана им Его Государева жалованная грамота; а в прошлом в 186 году прислана Его Великого Государя грамота в Лебедин к воеводе, велено в Лебединском уезде, с лавок и с котлов и с кузниц и с мельниц, и с рыбных ловель и со всяких угодий на 186 год собрать оброчные деньги и прислать в разряд: и чтоб Государь пожаловал их службы; за кровь и за раны и за осадное сидение, не велел с лавок, и с котлов, и с кузниц, и с мельниц и с рыбных ловель, и со всяких угодий оброчных денег имать. И октября в 24 день тогож 187 году брат наш Великих Государей блаженныя памяти Великий Государь, пожаловал их, сумского полку, Лебединского сотника Софрона Васильева и рядовых черкас всего города за их многия службы, что они наперед сего отцу нашему Государеву, блаженныя памяти Великому Государю, и Ему брату нашему Великому Государю служили, и служить в сумском полку с полковником Герасимом Кондратьевым верно, и над воинскими людьми промыслы и поиски чинят, велел им по прежнему указу отца нашего Государева, блаженныя памяти великаго Государя, и по жалованной грамоте, какова дана из разряду в 177 году, полковнику их Герасиму Кондратьеву, и им старшине и казакам, вместо своего Государева годового денежного жалованья, те  их мельницы, которые по Белгородскому окладу со 173 года по 187 год в разрядных книгах написаны на оброке, из оклада выложить, и оброчных денег на прошлые годы из доимки, и на 187 год по окладу с шинков и с котлов и со всяких промыслов, оброчных денег, до своего Государева указа, имать с них не велел. А велел им теми вышеписанными заводами владеть, и всякими промыслами промышлять безоброчно, и с тех промыслов служить полковые службы в Сумском полку без жалованья. Да в прошлом в 196 году января в 31 день били челом нам великим Государям, нашему Царскому Величеству: того ж Сумского полка городов, Сумина, да Лебедина казаки, Степан Мартынов с товарищами. В прошлых де годах пришли они на наших Великих Государей имя из разных Заднепровских и малороссийских городов, и по-

73

строили город Сумы и себе дворы. Да они же, надеясь на нащу Великих Государей милость, построили на реке Псле, и по иным речкам мельницы, – и иные многие мельницы со всем строением покупили; и те мельники на боях и на приступах побиты, а иные померли, а они де остались после отцов своих в малых летах; и ныне они служат нам великим Государям в Сумском полку беспрестанно. А в прошлых де годах, по указу отца нашего Великих Государей, блаженной памяти великого Государя, за многие их службы и за кровь, и за раны и за полонное терпение, отцов и родственников их, с тех их мельниц оброку имать не велено; а велено им теми мельницами владеть, и промыслы промышлять вместо нашего великих Государей годового денежного жалованья, безоброчно. В нынешнем де во 196 году прислана наша великих Государей грамота, из приказа великой России, в Сумин и в Лебедин к воеводам, велено с тех их мельниц править оброчные деньги: и по той де нашей Великих Государей грамоте те воеводы оброчные деньги правят, и в тех оброчных деньгах стоят они на праве же: и чтоб мы великие Государи пожаловали их за многие их службы, за кровь и за раны и за полонное терпение не велели с тех их мельниц оброчных денег на них править. И по нашему великих Государей, нашего Царского Величества, указу, и потому их челобитью, велено им сумского полка казакам Степану Мартинову с товарищами, по вышеписанным указам отца нашего великих Государей, блаженной памяти великого Государя и по жалованной грамоте прошлого 177 года, какова дана им из разряда, всякими заводами владеть, и промыслы промышлять безоброчно, вместо нашего Великих Государей годового денежного жалованья, а оброчные деньги с мельниц их, которые по Белгородскому окладу, выложить и тех оброчных денег на прошлые годы и впредь не имать. Да в нынешнем в 203 году, ноября 10 дня, да января в 30 числе били челом нам Великим Государям, нашему Царскому Величеству, сумского полка полковники, Герасим, да Андрей Кондратьевы, и всего того полка полковая старшина, и рядовые казаки. В прошлых де годах пришли они под нашу Царского Величества высокодержавную руку из разных Малороссийских и Заднепровских городов, и надеясь на нашу Великих Государей премногую милость, построились дворами в Сумине и того полка в городах; и по своему черкасскому обыкновению, на реке на Псле, и по иным речкам заняли плотины и построили мельницы; так же и в городах лавки и шинковые дворы и кузнецы и по речкам рыбные ловли; и те де мельницы и кузницы, и шинки и лавки, из Белагорода были оброчены; и в прошлых де годах, по указу отца нашего Великих Государей, блаженной памяти Великого Государя, за их многие и верные службы, и за кровь и за раны, и за полонное терпение, и за осадное сидение, что им учинилось в измену Ивашки Брюховецкого те оброчные деньги из оклада выложены и впредь имать не велено и дана им о том отца нашего Великих Государей блаженной памяти великого Государя жалованная грамота. Да и по нашему де великих Государей нашего Царского Величества указу, те ж оброчные деньги со всяких из промыслов велено им из оклада выложить, и впредь с тех промыслов служить наши Великих Государей годового денежного жалованья. А в нынешнем де 203 году, в разных месяцах и числах присланы наши Великих Государей грамоты из разряда в Сумы, и Сумского полка в города, в Лебедин и в Недригайлов к воеводам, велено на них за прошлые и на нынешний 203 годы, с мельниц, и со всяких оброчных статей оброчные деньги по Белгородскому окладу доправить всё сполна, и вновь, которые построили они полковники, и сумского полка казаки, лавки и анбары, и кузницы; так же и рыбными и иными статьями, кто чем владел безоброчно, велено положить оброк, применяясь к таким же статьям; и те оброчные деньги, с того года, с которого кто чем владеет за все годы велено доправить и прислать к Москве в розряд. И чтоб мы, Великие Государи, пожаловали их, за их многие верные службы, и за кровь, и за раны, и за полонное терпение, и за осадное сидение, не велели б прежнего отца нашего блаженной памяти великого Государя указу и жалованных грамот нарушать, и с тех их мельниц, и со всяких оброчных статей, оброчных

74

денег ныне и впредь имать, и за прошлые годы править, и на новопостроенные лавки, и кузницы и анбары, и рыбные ловли оброк класть, чтоб им от того вечно не разориться, и нашей великих Государей службы не отбыть: и о том дать им нашу Великих Государей жалованную грамоту.

И мы, пресветлейшие, и державнейшие Великие Государи Цари и великие Князья, Иоанн Алексеевич, Пётр Алексеевич, всея великой и малой и белой России Самодержцы, наше Царское Величество, слушать того их челобытья и выписки, пожаловали их, сумского полка полковников, Герасима и Андрея Кондратьевых и того полка начальных людей, и всех казаков, велели им по прежним вышеписанным указам отца нашего, великих Государей, блаженной памяти, великого Государя, Царя и великого Князя Алексея Михайловича, всея великой и малой и белой России Самодержца, и брата нашего, великих Государей, блаженной памяти великого Государя, Царя и великого Князя, Феодора Алексеевича, всея великой и малой и белой России Самодержца, и по нашему великих Государей, нашего Царского Величества указу, и по их челобитью, прошлых 177 и 187 и 196 годов, и по жалованной грамоте, какова им дана из розряду, во 177 году, в Сумах и сумского полка во всех городах, мельницами и всякими промыслами, шинками, и кузницами, и лавками, и рыбными ловлями, и всякими заводами и котлами владеть и промышлять безоброчно, вместо нашего Великих Государей нашего Царского Величества годового денежного жалованья, впредь до нашего Царского Величества указу, и на прошлые годы и на нынешний 203 год, с того со всего, тех вышеписанных оброчных денег с них имать, и править на них, и вновь оброчить не указали, для того, что по указу отца нашего великих Государей блаженной памяти великого Государя и брата нашего великих Государей, блаженной памяти великого Государя, и по нашему великих Государей нашего царского Величества указу, с тех их промыслов и на перед сего оброчных денег имать не велено, и из оклада выложены. А велено им теми вышеписанными заводами владеть, и всякими промыслами промышлять безоброчно, и с тех промыслов служить полковые службы без нашего царского Величества денежного жалованья. А из розряда, так же и из иных ни из которых приказов, о праве же доимок, иных податей, и о делах (кроме полковых служб и скорых воинских походов, на которые службы и посылки в воинские скорые походы наряд бывает из разряда) наших, великих Государей, нашего Царского Величества грамот того Сумского полка в города к воеводам и приказным людям, мы, Великие Государи, наше Царское Величество, посылать не указали, для того, что доимка и всякие с них подати сложены, как о том писано выше сего. А судными и всякими расправными делами они сумского полка полковники и начальные люди и казаки и с пригородки того ж полка ведомы на Москве в Приказе великой России. И они б сумского полка полковники Герасим и Андрей, и того ж полка старшина и казаки, видя к себе сию нашу Великих Государей, нашего Царского Величества премногую и превысокую милость, и жалованье, нам, Великим Государям, нашему Царскому Величеству, и нашим Государским наследникам служили потому ж верно, и над всякими нашими Государскими неприятелями промыслы и поиски, со всяким усердием и радением, и в полки, и в города к боярам нашим и воеводам про их неприятельские замыслы и про приходы, и про всё чинили ведомости скорые подлинно; и во всём нам великим Государям, нашему Царскому величеству, и нашим Государским наследникам всякого добра хотели, и лучшего искали, и службу свою совершали  свыше прежнего; а служба их у нас, Великих Государей, у нашего Царского Величества не забвенна; и милость наша Государская за те их службы и в наших Государских делах верное и усердное радение, отъемлема не будет. В том бы они на нашу Государскую милость были надёжны. А для вящего утверждения нашей Государской милости сию нашу великих Государей, нашего Царского Величества, жалованную грамоту, нашею Государственною большою печатью утвердить повелели. Писано Государствия нашего в Дворе, в Царствующем великом граде Москве, лета от создания мира 7203 месяца февраля 21 дня государствования нашего 13 год».

Великих Государей, их Царского Величества

Дьяк Василий Позняков.

75

6. ЦАРСКАЯ ГРАМОТА

ОТ МАРТА 7200 (1692) г.

СУМСКОМУ СОБОРУ НА ЗЕМЛЮ.

От Великих Государей Царей и Великих Князей Иоанна Алексеевича и Петра Алексеевича, всея великой и малой и белой России Самодержцев в Сумине воеводе нашему Димитрию Васильевичу Родичеву. В прошлом во 7192 году марта в 1-м числе, в нашей Великих Государей грамоте в Курск к боярину нашему и воеводе к Алексею Семёновичу Шеину с товарищами писано: велено дать нашего Великих Государей жалованья, города Сумина соборные церкви Преображения Господня протопопу Тихону с братией и с причетниками денежные годовые руги на 7192 год десять рублей и впредь давать погодно по тому ж на год из Курских оброчных доходов без московской волокиты; да им дать к той соборной церкви вместо нашего Великих Государей годового хлебного жалованья пашенные земли в Сумском уезде ближе к городу из порозжих земель, из диких, по пятьдесят чети в поле, а в двух по тому ж со всеми угодьями; да в том же во 7192 году марта в 10 числе в нашей Великих Государей грамоте в Сумине к воеводе к Фоме Иванову писано: велено той же соборной церкви попу Фёдору купленною мельницею отца его Фёдорова протопопа Мартина в Сумском уезде на речке Суровице, что он купил у Никольского попа Гурия, да у Сумского черкашенина по купчей их, владеть ему Фёдору, а пашенною землёю и сенными покосами и всякими угодьями, что дано отцу его протопопу Мартину с церковными причетниками по выписи Якова Яцына 7169 года владеть ему попу Фёдору с причетниками против того ж, как владел отец его. И ныне били челом на Великих Государей города Сумина соборной церкви Преображения Господня протопоп Тихон с братиею и с причетниками, с прошлого де 7192 года по 7198 год давано им в Курске нашего Великих Государей ружного денежного жалованья по десяти рублей на год, а на 7198 и на 7199 и на нынешнее 7200 годы, того нашего Великих Государей жалованья в Сумском уезде приискивать из порозжих земель пятьдесят четь в пол, а в двух по тому ж, и они де той земли не приискивали для того, что прежнему бывшему Сумскому прототипу Мартину к его купленной мельнице дана земля для нашего Великих Государей богомолья, и тою землёю после его Мартиновой смерти владел той же соборной церкви сын его поп Фёдор с причетниками, и ныне де он Фёдор умре, а землёю и всякими угодьями и людьми владеет его Фёдорова жена, и чтоб мы, Великие Государи, пожаловать их велели по-прежнему, наше Великих Государей ружное денежное годовое жалованье давать в Сумах с кружечных и из таможенных доходов, также и землю, которою владеет попа Фёдора жена, вдова Анна, владеть им по-прежнему. И мы, великие Государи, пожаловали города Сумина соборные церкви Преображения Господня протопопа Тихона с братией и с причетниками, велели им наше Великих Государей ружное годовое денежное жалованье на нынешний 7200 год десять рублей выдавать и впредь давать по все годы потому ж на год без московской волокиты в Сумине, с таможенного сбора и из питейной прибыли чехами, а вместо нашего ж Великих Государей указу владеть им землёю и лесами и сенными покосами и всякими угодьями по отказу Якова Яцына прошлого 7169 года декабря 14 числа, которая земля и леса и сенные покосы и всякие угодья даны к той же церкви при бытности протопопа Мартина с братиею на реке Суровице к его ж протопоповой купленой мельнице, а после смерти его протопопа теми всеми угодьями владел сын его, той же соборной церкви поп Фёдор с причетниками, и ту землю со всеми угодьями к той церкви от иных дачь отмежевать, а бывшего попа Фёдора жене, вдове Анне владеть и довольствоваться купленною мельницею, которую купил в 7169 году марта в 8 числе мужа её попа Фёдора отец вышеименованной соборной церкви протопоп Мартин у Никольского попа Гурия и у казака у Никифора Иванова, а вышеименованною землёю владеть её Анне Мы, Великие Государи,  не указали, для того, что оная земля со всеми принадлежащими угодьями дана к той соборной церкви, как о том выше сего изображено, вместо нашего Великих Государей

76

годового хлебного жалованья протопопу с братиею и тою землёю и со всеми угодьями муж её Фёдор владел, будучи у той церкви попом вместе с причетниками. И как к тебе ся наша Великих Государей грамота принадлежит, и ты бы о том наш Великих Государей указ ведал и о даче нашего Великих Государей денежного годового жалованья на нынешний двусотый год и впредь по вся годы по десяти рублей на год из Сумских таможенных и кабацких доходов соборной церкви Преображения Господня протопопу Тихону с братиею и причетники и впредь по них будущим к той же соборной церкви протопопам с братиею чинить по сему нашему Великих Государей вышеписанному указу, а церковную землю, которая дана вместо нашего Великих Государей хлебного жалованья к той же соборной церкви при бывшем протопопе Мартине с братиею к его протопоповой купленной мельнице, а после того протопопа тою землёю владел сын его той же соборной церкви поп Фёдор с причетниками, взяв с собою тутошних и сторонних людей и при тех людях ту землю измерял во десятины, а десятину велел мерять вдоль по осьмидесяти, а поперёк по тридцать сажень, и, измеряв, положил в чети, а от оных сторонних земель отмежевал вкруг особ статьею и межи и грани учинил с признаками и тою землёю и всякими угодьями велел владеть вышеписанному протопопу с братиею и причетниками, а что по тем мерным и межевым книгам явится пашенной земли и лесов и сенных покосов и всяких угодий и то написать в тех мерных и межевых книгах именно; да о том к нам, Великим Государям, писал, а отпуску межевые книги вышеписанной церковной земле за своею и посторонних людей за руками,  которые в той мере и межеванье будут, прислал, и велел подать в приказ Великой России думному нашему дьяку Емельяну Игнатьевичу Украинцову с товарищами и таковые же межевые книги за руками тех же людей оставил в Сумине в приказной избе, впредь для ведома, а сию нашу Великих Государей грамоту прочесть, и оставя с нею впредь для ведома в приказной избе за своею рукою список, отдал тому протопопу Тихону с братиею и с причетниками с роспискою. Писана на Москве лета 7200-го марта.

7. УКАЗ

АПРЕЛЯ 1706 ГОДА С РАСПОРЯЖЕНИЕМ

О ПОРОХЕ И ЛОШАДЯХ.

От В. Г. Ц. и В. К. Петра Алексеевича, всея в. и м. и б. Р. Самодержца стольнику и сумского полка полковнику Андрею Герасимовичу Кондратьеву. В нынешнем 706 году марта 26 числа к нам В. Г. Писал ты, что по нашему В. Г. указу и по грамоте, какова послана к тебе из розряду февраля 5 числа, велено тебе полка твоего города, в которых русских людей нет, Сумы, Лебедин, Краснополье, Белополье, Межиричи, С. Иену, выдать тебе одному, а воеводам в тех городах не быть; а те города и в тех городах в приказных избах всякие наше В. Г. и челобитчиковы дела и полатные наши Государевы указы, которые посыланы в прошлых годах к воеводам и к приказным людям, и полковой наряд пушечную и зелейную и свинцовую, также и денежную казну и хлебные запасы и всякие полковые припасы принять и во всём росписаться по противням. И по тому нашему В. Г. указу ты вышеписанные города и в тех городах в приказных избах всякие наши В. Г. дела и посланные указы и полковой наряд пушечную и зелейную и свинцовую казну и хлебные запасы и всякие полковые припасы, что в тех городах было, по росписям у воевод принял; а каковы те города крепостьми и что чего полкового наряда пушечной и зелейной и свинцовой казны и хлебных запасов и всяких полковых припасов и в которых числах те города и у кого имяны у воевод приняты, тому всему прислал ты книги.  А по книгам, каковы присланы в розряд написано: сумского полка в городах –  в Сумине зелья пушечного и ручного полчетверти бочки, весом сорок четыре пуда девять гривенок с деревом, да тридцать восемь бочек, весом в них с деревом и с рогожами и с верёвками пять сот семьдесят семь пудов двенадцать гривенок, – 75 пудов 7 гривенок ручного с деревом, 32 пуда 10 гривенок зелья пушечного с деревом, – и того 728 пудов 38 фунтов. В Лебедине зелья 31 пуд; в Краснополье 10 пудов, в Белополье ручного 8 пудов 30 фунтов, пушечного 5 пудов 30 фунтов, в Межиричах 8 пудов 16 фунтов. Всего 793 пуда 14 фунтов. Да полковых подъёмных лошадей в Сумине 11, в Лебедине 14,

77

и того 25 лошадей, а те лошади устарели вельми и к походу впредь не годятся. – А то де зелье в бочках и в рогожках увязано, а к стрельбе то зелье годится ли или нет, того неведомо; а доведётся то зелье перевесить вновь, а которое негодное переделать; а лошадей доведётся продать, а вместо их на те деньги купить иных лошадей для полковых походов. А ныне по вашему В. Г. указу велено тебе с полком и с старшиною и с выборными казаками итить на нашу В. Г. службу, по письмам адмиральтейца нашего Фёдора Матвеевича Опраксина на указное место, на скоро. – И тех подъёмных лошадей с собою в поход под полковые припасы взять и всего того без нашего Государева указа чинить не смеешь. И о том бы тебе наш В. Г. указ учинить. И по нашему В. Г. указу велено тебе тот порох перевесить вновь, а которое негодное переделать и с собою в поход взять, смотря по тамошнему делу, и лошадей, сколько возможно, взять же, а лишнего не имать. И как к тебе ся наша В. Г. грамота придёт; и ты б о том учинил по вышеписанному нашему В. Г. указу; а что того зелья по весу и по досмотру явится и что переделано будет и лошадей сколько в поход взято и сколько где оставлео будет, о том к нам В. Г. писать, а отписку велеть подать в розряд боярину нашему Тихону Никитичу Стрешневу с товарищами. Писан на Москве лета 1706 апреля в день. 

Справил Иван Матвеев.

78

СЫРОВАТСКИЙ ОКРУГ

СЛОБОДА НИЖНЯЯ СЫРОВАТКА

На рекахНижней Сыроватке и Крупце, в 14 верстах от города Сум.

Это одно из замечательнейших мест по памятникам древности.

а) Одна улица в нынешней Сыроватке, расположенная на горе вдоль речки Сыроватки, поныне называется Нагаевкой, что подаёт мысль о бывших здесь кочевьях Нагайских татар.

б) Недавно найдены здесь же памятники старины ещё более глубокой и очень отдалённой.

В 1847 году на правой стороне реки Сыроватки на Сыроватском лугу Сыроватский крестьянин нашел в кувшине, зарытом в земле, 206 монет. Академик Френ, рассматривавший их, признал часть их исключительною собственностью Азии, другая же, по его дознанию, чеканена в северной Африке, а одна монета принадлежит Арабам Андалузии. Немногие из этих монет говорит г. Френ, относятся к VII веку, большая же часть – к VIII и началу IX века. Эти монеты, полагает почтенный академик, перенесены в Россию не с востока, а привезены варягами чрез Балтийское море или с Чёрного моря.

[Записки археологического общества. Т. 2. С. 425]

При всём уважении к обширным познаниям Г. Френа, последнее заключение его позволяем себе признать не только сомнительным, но странным. К чему тут варяги? Несомненная история указывает нам в здешнем краю не варягов, а хазар: их памятников довольно на здешней почве. Торговая промышленность их также очень известна; они имели сношения и с Испаниею и с Африкою и с Азиею. Итак, гораздо проще и ближе к истории будет, если признаем в сыроватских монетах памятник торговой деятельности хазар. Кстати заметим, что г. учёные напрасно так далеко простирают страсть свою к Варягам, что забывают и хазар, половцев и печенегов. Этим они только обличают слабость своей гипотезы о значении Варягов Норманнов в истории России. А между тем народы, которые имели несомненное и обширное значение в истории России, остаются без исследования.

О начальном населении Низшей Сыроватки выходцами из-за Днепра имеем мы несомненный и любопытный документ. Это – инструкция, подписанная сумским городовым атаманом Герасимом Кондратьевым и писарем Иваном Григорьевым 2 декабря 1659 года.«Инструкция из Сумской городовой ратуши Сумскому жителю Матвею Иванову сыну Малишевскому. Приняв сию инструкцию, ехать тебе в Сумскую округу, по ту сторону реки Псла, в хутора сумских жителей на устье речек Сыроватки и Крупца, где велено по указу Его Царского Величества, по Лебединскому пути, новое поселение населять, для учреждения слободского сумского полка войсковой службы казаков; а приехав взять тамошних жителей, или самих хозяев, коих в хуторах застать можешь, для отвода по общему приговору всех ворожбянских и Лебединских казаков, то ж и сумских граждан с товарищами, что единогласно приговорили, при которых по живым урочищам отвесть земли и лесов и сенокосов и во всяких угодьях к тому новому поселению, а село оное назвать по речке Низшою Сыроваткою. А именно начав от города Сум, от двойных плёсов Олдижа и речки Псла, и речкою Пслом от Сумской стороны и от Ворожбянской до устья речки Исторопа, правая сторона реки Псла, земли и леса и всякие угодья Сумских и Ворожбянских жителей с товарищами, а левая сторона

79

новопоселённых села Низшей Сыроватки, земли и леса и всякие угодья, а в речке Псле рыбы ловить с обоих сторон обще невозбранно, только сговищь не городить никому, кроме одних мельниц кто пожелает держать, и тем держателям охотников рыбалок, как выше, так и низшее гребель не изгонять и ни в чем не заборонять».

Затем продолжается обозначение границ земель Сыроватских и потом предписывается выселить для составления слободы низшей Сыроватки – из Ворожбы не меньше 87 семей, а из Сум – не меньше 197 семей.

[Продолжение инструкции: «А от реки Псла, по устье реки Исторопа, тою же речкою Исторопом поворотя в круте налево в гору по Ворожбянского  жителя Игната Барабашева лесной отвершок и по Сагайдачный шлях, а от того места отворотя налево Сагайдачным шляхом по другую вершину реки Бобрка, а от того места, от Сагадачного поворотя в круте налево полем и чрез яр до дороги, что ездят из Сум до Ахтырки, и тою дорогою прошед до четырёх вёрст, а от той дороги прямо полем до большой круглой ямы, что по над тою ямою проложена дорога с Лебедина в город Сумы чрез речку Сыроватку, и тою речкою вниз до устья плёсов Олдижа и тем плёсом от речки Сыроватки в гору, до первочинного урочища двойных плёсов Олдижа ж, где новопоселенных села Низшей Сыроватки и округа кончить. А по окончании той округи ехать тебе в тие ж хутора, и отмерить те хуторские места для поселения под сады и огороды и под выгон для выпуска скотов, и пастьбу с довольным простором, а именно: начав от речки Сыроватки протоком Молочаем и чрез дорогу тем же протоком до Виловатого Ярка, а от Виловатого Ярка, поворотя в круте направо, прямо на Лебединскую дорогу и той дорогой прямо до речки Крупца, вниз речкой Крупцем по великой Луге, по великую сагу, что идёт из речки Сыроватки в речку Крупец, по р. Сыроватку, и р. Сыроваткой в гору, до первоначального урочища – протока Малочая, где и окончить того селения выгона округу, а в одной округе приказать тому же старику Тишку Годаевскому, чтобы он велел чьи ни есть в одной округе, под поселение живые дворы,сады и огороды по ровным частям , луговые и лесные места для прибывших по высылке в оное село Низшую Сыроватку на жилище, а тем людям, чьи на тех местах прежние были хуторы, оставлять те места, где их жилые дворы и хоромное строение находится, против прихожих мерою земли под дворы, сады и огороды в две части, а последнее всё велеть тем, кому по частям достанутся; те ж луга и леса, на огорожу и на строение, рубить и вычищать, сколько кому надобно будет. А по окончании всей округи, и по отдаче Тишку Годаевскому приказа, ехать тебе в село Сумскую Ворожбу, а приехав, сыскать тамошнего атамана  Омеляшка и тамошних самых лучших сторожил человек до десяти ж, истребовав себе двунедельную квартиру, и испросив там самолучше знающих по ту сторону р. Псла; чьё есть заёмочное самовольно владение, пашенные земли и леса и всякие угодья, смежные между Сумскою и Лебединскою округами, от Сумской р. Псла по Сагайдачный шлях, с тем взять людей вместе с собой человек до шести, и объехать с ними и осмотреть, насколько будет семей тех вышеписанных угодий, состоящих в отдалении за водами, селу Ворожбе владеть за неспособность, и за утоплением многих людей и скота в каждую весну, а по осмотру с теми вышеписанными людьми, возвратясь в оное ж село Ворожбу, сискав увесь тамошний народ, и чие по ту сторону владение перекликав там, атаману означить каждого человека; ежели там людей достаточно, то только тех людей выслать на новое поселение в Сумскую округу, по ту сторону реки Псла к их владениям за способность; а ежели ж будет недостаточно, то ещё из самоскуднейших Ворожбянских жителей причислить к тем вышеписанным семьям, чтоб не меньше было людей, как семьдесят шесть семей тобою выслано из оной Ворожбы; а им Ворожбянским отаману Омеляшку, с товарищами по ту сторону реки Псла от владения отказать по устье реки Исторопа по Лебединское владение, а вручить оставшееся от выланных на новое поселение, по сю сторону реки Псла, пашенные земли, и сенные покосы, и леса, и всякие угодья, кроме хоромного строения и огорожей во вечное владение безденежно, а хоромное строение, и огорожу дозволять тем, кто построил, кто пожелает, продать или себе забрать или кому подарить, отдать на их волю. Того ради накрепко тебе сим подтверждается, непременно в самой скорости высилку учинить, чтоб заблаговременно зимней дороги о Ворожбянских исполнение учинено было сего года августа по 1 число, не взирая на их никакие отговорки и невозможности. Сим же образом из города Сум, сумского рядового атамана Стелька Копейку, сискав в Сумскую городскую Ратушу вновь и сумских людей тож число, как в сей инструкции выше написано, чьё владение в Сумской Округе по ту сторону реки Псла и реки Сыроватки есть от речки Сыроватки по Сагайдачный шлях, объехать же и осмотреть, и к тем их владениям за способность выслать же, примечая по пространству угодий, на сколько людей будет, чтоб не меньше, как сто девять десят сем семей из города Сум, тобою на новое поселение в Сыроватку вышеписанную выслано было, сего ж года мая по 20 число неотменно: а сумским Атаману Стецку с товарищами от того владения отказать, а вручить новопоселённым по ту сторону речки Псла и реки Сыроватки по вышеписанным урочищам во вечное владение; а Сумским вручить по Сю сторону реки Псла оставшиеся ж земли и леса и всякие угодья, кроме одних жилых дворов с хоромным строением и огорожею оставить во владение для приезда в город Сумы; а ежели кто оную самовольно пожелает продать, то оным велеть невозбранно продавать, для чего ты и послан. А в другие места о таковом же деле посланы другие, для чего вы от всяких дел, кроме сего, уволены впредь на год. Будучи тебе у сего дела поступать добропорядочно по вышеписанному, а обид и озлоблений никому не чинить, и в непорученные дела ни в чём не касаться; за нескорое тобою исполнение и непорядочные поступки, опасаясь штрафа и жестокого наказания по вине преступления. От сотворения мира 7167 года, декабря 2 дня. От Рождества Христова 1659 года.

«В подлинной подписано так: Сумской Городовой атаман Герасим Кондратьев. Писарь Иван Григорьев»].

Таким образом начальное население Нижней Сыроватки заключало в себе не менее 284 семей. Понятно, что это – такое число жителей, для которого надлежало немедленно построить особый храм, и следовательно первый храм в Низшей Сыроватке во имя Аристратига Михаила построен был не позже 1660 года. В 1741 году прихожане писали: «в прошлых давних годах в селе Низшей Сыроватке при церкви Аристратига Михаила имелось по три попа, а именно Иоанн Каменской, Андрей и сын его Ияков, которые волею Божьею померли; а ныне имеется токмо один поп Иоанн Войчеховский». Потому согласно с их желанием посвящён во священника диакон сумской Воскресенской церкви Иван Карпов. В 1815 году, по разрешению начальства, заложен был вместо обветшавшего деревянного каменный храм в честь Покрова Пресвятой Богородицы с двумя приделами. Главный храм освящён был в 1822 году. – Построение его совершилось преимущественным старанием священника (с 1803 года), потом (с 1820 года) протоиерея Иоанна Томашевского, который для сбора подаяний на храм отправлялся в губернии Курскую, Черниговскую, и Полтавскую. Самое значительное пожертвование сделано было помещиком села Луки Михаилом

80

Косьменком, который на устроение и украшение нового храма пожертвовал до 3425 рублей серебром. С Томашевским разделял заботы о новом храме священник (с 1806 года) и благочинный (с 1818 года) Стефан Македонский. На окончание храма в 1820 году отпущено было из Святого Синода 10000 рублей ассигнациями. Придельный храм во имя Архистратига Михаила освящён в 1826 году. Книги храма: Октоих печатанный Братством Богоявления Господня в Могилёве 1700 года, оправдание поливательного крещения М. п. 1724 года, служебник киевской печати 1737 года, московской 1739 года, требник К. п. 1737 года, Камень веры киев. 1730 года, Деяния церковные и гражданские Кедрина м. 1734 года, минеи служ. в 12 книг. М. п. 1741 г., триодь М. п. 1745 года, триодь цветная М. п. 1746 года, дар монаха Забродского; устав М. п. 1745 года, дар его же; октоих М. п. 1746 года, дар его же; молебные пения М. п. 1749 года, дар протоиерея Самборского.

При храме Нижней Сыроватки многие были священниками Прожанские, из них Яков Прожанский с 1785 до 1810 года был священником и благочинным.

Приход Нижней Сыроватки, по последнему штату, состоит во 2-м классе.

По переписи 1732 года в Нижней Сыроватке школярей 7, два священника, казаков, подпомощников и работников 1447, да в хуторе Босых, которые поселены «лет 70», следовательно в 1662 году 93 душ муж.; по ведомости генерального межевания 1784 года в Сыроватке показано 2315 душ муж., 2247 жен. пола, при 9910 дес. земли, которая почти вся была пахотною. Число прихожан: в 1730 году 1530 муж., 1470 жен.; в 1750 году 1667 муж., 1543 жен.; в 1770 году 2071 муж., 2086 жен.; в 1790 году 2329 душ муж., 2380 жен.; в 1810 году 2338 муж., 2452 жен.; в 1830 году 2440 муж., 2591 жен.; в 1850 году 2502 муж., 2737 жен.

От холеры умерло в 1831 году 100, в 1848 году 160 человек.

Метрические книги прихода начинаются с 1735 года, исповедные – с 1798 года.

СЛОБОДА ВЕРХНЯЯ СЫРОВАТКА

На реке верхней Сыроватке, в 8 верстах от города Сумы.

По преданию верхняя Сыроватка начала населяться в половине XVII столетия выходцами из за Днепра.

Первый храм в верхней Сыроватке построен не позже 1660 года. В 1805 году начат постройкою и в 1812 году освящён каменный храм во имя Успения Божьей Матери. Строителем и попечителем сего храма был подпоручик Николай

81

Власовский, который на собранную от прихожан сумму купил в бывшем Сумском монастыре старой церкви кирпич и иконостас. Сей иконостас существует и поныне, только в 1841 году он поновлён живописью и позолотою.

Ахтырский купец Иоанн Грицаенко пожертвовал плащаницу на малиновом бархате с шитыми золотом изображениями 4-х евангелистов, ценою 200 рублей серебром; слободы Высшей Сыроватки казённый крестьянин Игнатий Грицаенко в 1840 году пожертвовал храмовую икону Успения Божьей Матери под серебряной вызлощенной шатой

Cела Бездрика помещик Николай Альферов в 1848 году построил вокруг церкви каменную ограду на свой кошт. Чего стоит эта ограда, положительно нельзя определить, а сам благотворитель говорит: Богу известно и Пречистой Матери Его. Побуждение к устроению сей ограды было следующее: упомянутый помещик, занимаясь охотою, нечаянно прострелил себе ногу. Пользуясь немалое время пособием земных врачей, и не имея в виду совершенно никакой надежды на излечение тяжкой раны, он обратился в Сыроватку к образу Божьей Матери Ченстоховской, и по чистосердечной молитве, скоро получил исцеление от раны. В благодарность за избавление от сей болезни он соорудил сию ограду.

Благодетельное действие Промысла Божьего по храму было следующее: в 1844 году электрическая сила разразилась на колокольне храма; оттуда прошла во внутренность самого храма, и обожгла всю позолоту на иконостасе; но сила Божья и молитва Царицы небесной сохранили храм от истребления.

Находящаяся в храме Ченстоховская икона Божьей Матери, весьма древняя. Она ныне в киоте, который устроен г. Альферовым, под серебряною и вызлощенной шатой с посадкой разных камней. Откуда эта икона, достоверных сведений нет никаких. Некоторые из старожилов говорят, что она принесена одним польским шляхтичем в бывшую старую деревянную церковь, по имени и фамилии неизвестным, из Ченстохова.

Кроме чудесного действия, произведенного над помещиком Николаем Альферовым, в 1817 г. совершилась милость Божия над помещицею села Великого Бобрика, генерал-майоршею Елисаветою Рахмановою. Будучи одержима жестокою болезнью, она наконец лишилась слуха и языка. В этом положении она просила бывшего в то время священника сей слободы Тимофея Лободовского принести в село Бобрик Ченстоховскую икону Божией Матери; когда при внесении ее в село стали трезвонить, больная услышала звон коло­колов; по принесении иконы в дом сама встала с одра, несколько уже дней по слабости и бессилию не оставляемого, и, став на колена, начала вслух всех, при пении молебствия, читать молитвы.

Книги храма: Литургиарион к. [п.] 1653 г.; Октоих к. [п.] 1699 г. При Успенском Сыроватском храме до 1812 года было три причта, а с того времени определены два; причт 3-го класса.

По переписи 1732 года в слободке Сыроватке 1132 душ муж., в деревне Поповке 153 (последние «поселены на жалованной церковной земле тому лет 70» следовательно в 1662 году), – в хуторе сотника Павла Михайловича Виднева 26 душ муж., в деревне Железнянке 249, а всего 1559 душ муж пола.

По ведомости генерального межевания в Верхней Сыроватке 1237 душ муж., 5205 десятин земли. По исповедным записям прихожан: в 1730 году 1550 муж., 1497 жен., в 1750 году 1600 муж., 1549 жен., в 1770 году 1655 муж., 1625 жен., в 1790 году 1710 муж., 1795 жен., в 1810 году 1763 муж., 1972 жен., в 1830 году 1677 муж., 1788 жен., в 1850 году 1828 муж., 1940 жен. пола.

От холеры 1831 года умерло до 40 человек, а в 1848 году до 120 человек.

Метрики начинаются с 1735 года, а исповедные росписи с 1739 года.

СЛОБОДА БОБРИК

На реке Бобрике в 22 верстах от города Сумы, называемая в отличие от деревни Бобрика Великим Бобриком.

По царской вотчинной грамоте 1701 года февраля 10 видно, что в 1700 году полковник Андрей Герасимович Кондратьев купил у сумского жителя Фёдора Бондаря дикое поле 365 четей, чёрного

82

леса 67 десятин и сенные покосы по речкам Бобрику и Бобричку. В переписи 1732 года сказано, что Бобрик населён на земле жалованной в 1699 году.

По делам видно, что в 1743 году при Бобрицкой Николаевской церкви были уже два священника. В мае 1702 года овдовевшему священнику Бобринской Николаевской церкви выдана была м. Аврамием епитрахильная грамота на право совершать священнослужение в той же церкви. По словам местной памяти, первый Бобринский храм существовал в Бобрике 50 лет, второй 56 лет и по ветхости обращён в кладбищенский, но стоит ещё и поныне, – уже 32 года. По этому народному счислению основание первого Бобрицкого храма падало бы на 1712 год: но известен Бобрицкий священник 1702 года. Итак первый храм построен здесь в 1699 году, когда совершён акт покупки Бобрицкой земли.

Каменный храм в Бобрике с тремя престолами заложен в 1822 году генерал-поручицей Елизаветой и сыном её, тайным советником, Рахмановыми; великолепный храм с массивными колоннами и с дорогими иконами, из которых некоторые писаны в Италии, освящён в 1851 году преосвященным Филаретом.

В храме есть древняя икона Святителя Николая, в народном мнении почитаемая чудотворною. Предание говорит, что она найдена очень давно в дремучем лесу, в 7 верстах от нынешнего села Бобрика, и что к ней народ издав­на ходил на поклонение. Вот несколько дивных происшествий, сохраненных местною памятью, а) Один господин проездом остановился на ночлег близ того места, где стояла икона Святителя. Это было летом; дети его — двое малюток, побежав гулять в лес, незаметно зашли так далеко, что не могли сами возвратиться назад. Между тем уже вечерело. В это время, так рассказывали дети на другой день, встретился им в лесу какой-то добрый старец в светлой одежде, который обласкал их, накормил и дал им покойный ночлег, а наутро привел их к отцу, и сам тотчас неприметно удалился. Когда обрадованный отец начал расспрашивать о старце окрестных жителей, то все они уверяли его, что подобного старца в том месте никогда не было и что это, по всей вероятности, благодеяния Свят. Христова Николая, котрого икона недалеко находится, б) У помещицы Ирины Власовской первый сын 10 месяцев страдал гнойными, по всему телу [разбросанными] нарывами. По совету своей престарелой свекрови скорбная мать пошла к иконе Св. Николая и, возжегши пред нею свечу, на коленях и со слезами помолилась Христову Святителю. На обратном пути все нарывы, покрывавшие тело дитяти, пропали, и дитя сделалось совершенно здоровым, в) Следующий случай особенно обратил сердца народа к иконе Святителя. Дело было в 1787 г. Пятилетний, единственный, сын вдовы, поме­щицы села Бобрика, генерал-поручицы Елисаветы Рахмановой, Григорий (в 1812 г. бывший генерал-интендантом всей действующей армии) был одержим в течение трех лет сильным кровотечением, которое при малейшем наклонении или сотрясении открывалось из ушей, ноздрей и рта в такой степени, что никакие медицинские пособия не могли остановить. Попечительная мать, по совету набожной 90-летней старицы, жившей в ее имении, пригласила приходского священника и отправилась вместе с врачом и больным сыном в Образ (так называлось и ныне называется место, где находилась св. икона), и, когда прибыла туда, то какой-то особенный свет от св. иконы до такой степени поразил ее, что она в благоговейном умилении пала на землю и, залившись слезами, воскликнула: «Угодниче Божий! помилуй и исцели страждущаго моего сына». Священник пел Чудотворцу Николаю молебен, и мать во время чтения акафиста, стоя на коленях, со слезами молилась; по окончании молебна больной малютка, приложившись к св. иконе, побежал к карете, споткнулся и упал, но кровь не текла; не текла и после. Тронутая таким чудесным врачеванием сына мать со слезами благодарила Бога и Чудотворца Николая и соорудила на том месте, где стояла святая икона, каменную часовню. Это случилось накануне Вознесения Господня; потому в сей день и установлен крестный ход со святою иконою из селения в часовню, г) Еще один пример. Помещик села Штеповки Лебединского уезда штабс-капитан Григорий Святогор-Штепин одержим был сильным во всех членах рас­слаблением, до такой степени изнурившим его, что он не мог уже ни ходить, ни стоять. Пособия

83

врачей не оказали никакой помощи страдальцу. Но когда он прибег с усердною молитвою к Чудотворцу Николаю, то чувствовал облегчение и при малом пособии человека начал вставать и ходить.

Книги храма: Апостол л. п. 1666 г.; Евангелия, одно м. [п.] 1697 г., другое в серебряной оправе, с изображением страданий Спасителя на одной стороне и с изображением Свят. Николая на другой, м. [п.] 1757 г.; Триодь цветная м. [п.] 1670 г.; Служебник а. п. 1691 г.; Требник Петра Могилы, но без выходного листа; Лексикон треязычный м. п. 1704 г.

В приходе Бобрицкой церкви, принадлежащей по новому штату к 3 классу, состоит 1781 муж. душ, 1815 жен. Прежде было: в 1730 году 770 муж., 737 жен., в 1750 году 890 муж., 850 жен., в 1770 году 1210 муж., 1135 жен., в 1790 году 1360 муж., 1371 жен., в 1810 году 1429 муж., 1428 жен., в 1830 году 1621 муж., 1642 жен. душ. По переписи 1732 года в селе Бобрике школа и 228 душ муж., в деревне Бобрике 246 душ муж., в деревне Гребенникове (поселённой «лет тому 70», следовательно в 1662 году) – 186 душ муж., в деревне Юсуповке 128 душ муж., а всего 778 душ муж. По ведомости генерального межевания 1785 года в великом Бобрике с его деревнями показано 1421 душ муж., 1345 жен. при 9127 десятинах земли Андрея Андреевича Кондратьева.

CЕЛО СТАРОЕ И НИЗЫ

Одно на правой, другое на левой или лесной стороне реки Псла, ниже Старого по течению Псла в 3 верстах.

Перепись 1732 года говорит, что Старое поселено «назад тому лет 90», следовательно в 1642 году. Таким образом Старое отвечает своему имени. Она самое старое из всех поселений сумского полка, и здесь то впервые жил Герасим Кондратьевич Кондратьев, впоследствии знаменитый сумской полковник. По набожности Кондратьева и по ходу дел не можем сомневаться, что первый храм в Старом построен не позже 1643 года. Ныне существующий здесь каменный храм Святого  Николая построен в 1753 году полковником Степаном Ивановичем Кондратьевым, а существовавший до того времени деревянный храм был посвящён славе Рождества Пресвятой Богородицы.

По переписи 1732 года Низ населён «назад тому лет 70», следовательно в 1662 году, и конечно тогда же основан был первый храм Низа в честь Иоанна Богослова, с молитвою набожного полковника за сына своего Ивана Герасимовича, впоследствии в 1678 году славно павшего в битве с Татарами. Нынешний освящён в 1841 году.

По переписи 1732 года в селе Старом сотника Ивана Ивановича Кондратьева 427 душ муж., в селе Низе 303 душ муж., да в хуторе Дехтярном 32 душ муж.

Царская грамота 1700 года о селе Низе.

«… Наше Царское пресветлое Величество пожаловали белогородского разряда стольника нашего и полковника сумского Андрея Герасимовича Кондратьева за прежние многие и знатные и радетельные службы отца его, полковника же сумского Герасима Кондратьевича Кондратьева, также и за его многие ж, верные и радетельные и знатные, службы, повелели ему дать сию нашу, В. Г. нашего Царского Величества, жалованную вотчинную милостивую грамоту на поступные его и вымененные земли с лесов и дубров и с сенными покосами, и на мельницы и рыбные

По исповедным росписям число прихожан

84

ловли и всякие угодья, что по нашему В. Г. нашего Царского Величества, указу и по грамотам из приказа В. Р. и по отпискам и по наказам бояр наших и воевод Бориса Петровича Шереметьева, князя Якова Фёдоровича Долгорукого и по поступкам и по менам отца его Андреева, полковника нашего, Герасима Кондратьева Краснопольцам и Хотмыжским детям боярским отказаны и отмежеваны ему стольнику нашему и полковнику в 204, 206 и 207 (1696 – 1699) годах и в нынешнем 1700 году. – По тем вышеписанным дачам написано за ним, стольником нашим и полковником, поступных и выменных земель и сенных покосов и всяких угодий: поступное отца его в Сумском уезде в отчину его на реке Псле прозываемое село Нижнее с пашенною землёю и лесом и сенными покосами… да что поступились по менам земли с лесами ж и сенными покосами и всякими угодьями. Краснопольцы дети боярские в Краснопольском уезде в селе Пушкарном… (всего 175 четвертей в поле), … деревни Солдатской 15 четв…. да что поступились хотмыжские дети боярские в деревне Задней (60 четв.), – в селе Теребреном 40 четв…. Всего за ним 460 четв. в поле, а в дву по тому ж. И мы, пресветлейший державнейший В. Г. Царь и В. К. Пётр Алексеевич, всея в. и м. и б. Р. Самодержец… повелели… на память предбудущего рода его те вышеписанные земли… справить ему стольнику нашему и полковнику сумскому Андрею Герасимовичу из поместья… владеть ему стольнику нашему и жене его и детям вечно и в роды их неподвижно, и вольно им ту вотчину продать и заложить и в приданое дать и во всякие крепости укрепить, а в монастыри и в церкви после смерти своей тех… земель и лесов и хуторов и всяких заводов – ему полковнику и жене его и детям и родственникам не отдавать и не заложить… Писана сия… жалованная вотчинная грамота в нашем царствующем граде Москве, в лето от создания мира 7209, а от Р. Х. 1700 октября в 16 день, государствования нашего 19   г.»

Изумительно как много милостей излито было на дом Герасима Кондратьевича!

Сведения об имениях фамилии Кондратьевых по Харьковской губернии доставляют ведомости генерального межевания 1785 года; здесь находим:

а) В имениях полковника Степана Ивановича Кондратьева (потомка Андрея Герасимовича) Низы и Старом – 10033 десятин земли, в Вырах, Ульяновке, Терешкове, Степановке, с деревнею Николаевкой 44385 десятин; в деревне Пушкаревке, Новоселице и пустоше Городнице – 3580 десятин; в селе Толстом – 11047 десятин, в селе Рясном – 3872 десятины итого 73528 десятин.

б) У вахмистра Андрея Кондратьева (потомка Андрея Герасимовича)  в Великом Бобрике с деревней 9383 десятины, в слободе Хотени 7640 десятин, в деревне Песчаной 2242 десятины, в хуторе Иволжине и в двух других 3182 десятины, в Ястребенном 11100 десятин, в деревне Зеленковке и Камышинской 3318 десятин, в хуторе Гнилицком и двух пустошах 300 десятин. А всего 37165 десятин. В слободе Ильмах с 3 хуторами 1411 десятин и Окопе 380 десятин.

г) У потомков Григория Герасимовича, у Романа Ивановича Кондратьева 205 десятин и в Исторопе 3500 десятин, у Василия Ивановича 200 десятин.

Общий итог землям Кондратьевых 119083 десятин, кроме того были и ещё имения, например в уездах Суджанском и Хотмыжском, а другие после Герасима Кондратьевича к 1785 году перешли уже к другим владельцам, например Локня, Беловод и другие.

ТЕРЕШКОВКА

В 20 верстах от города Сумы, на реке Гуске.

Там, где ныне расположено село Терешковка был двор сумского казака Терешки или Терентия Семененка с хуторами и с большим количеством десятин земли, что было дано ему за заслуги сумским полковником Герасимом Кондратьевым. – Это был сосед другого более значительного казака, сотника Василия Подлесного, за которым

85

по распоряжению князя Григория Григорьевича Ромодановского воевода Афанасий Чубаров укрепил земли на реке Гуске, где образовалась Подлесовка. В 1695 году Терентий Семененко продал своё имение полковнику Андрею Кондратьеву, но имя Смышленого Терешки осталось за поселением. Точно также казак Тимофей Загорулька оставил своё имя Тимофеевке, где первый поселился он с семьёю в 1662 году, между тем как Иван Герасимович Кондратьев в то же время населил деревню Глыбень на земле пожалованной царём.

Первый храм в Терешкове построен был, вероятно, полковником Андреем Кондратьевым и следовательно не прежде 1700 года. В 1726 году рукоположен был в священника «к Екатерининской церкви села Терешковки» дьячок Иосиф. Ныне существующий каменный храм, освящённый в честь рождества святого Иоанна Предтечи в 1819 году, построен Иваном Степановичем Кондратьевым. Два стихаря в сём храме замечательны по старому шитью.

Число прихожан: в 1730 году 500 муж., 468 жен., в 1750 году 567 муж., 522 жен., в 1770 году 698 муж., 714 жен., в 1790 году 998 муж., 965 жен., в 1810 году 1147 муж., 1053 жен., в 1830 году 1015 муж., 1065 жен., в 1850 году 962 муж., 1039 жен. душ.

От холеры 1848 года больных было очень довольно, но умерло 19 человек.

В 1849 году прихожанин Терешковского храма, дворянин Даниил Шияновский, своею смертью дал урок, как недалека смерть от каждого из нас: нечаянный выстрел из ружья положил его во гроб, впрочем раб Божий успел исповедоваться и причаститься святой тайне.

ШПИЛЁВКА

В 13 верстах от Сум, на горе, в версте от реки Псла.

По переписи 1732 года Шлилёвка – имение Кондратьевой, населённое в 205 (1697) году. Первый Покровский храм построен здесь в то же время. Нынешний каменный храм освящён в 1850 году. В построении его участвовали приношениями Варвара Михайловна Римская-Корсакова и князь Пётр Оболенский, а священник Александр Сильванский испросил у набожных жителей города Сум до 1704 рублей серебром.

В сём храме есть икона Божьей Матери Корсунская, издавна чтимая всею окрестностью. Эта икона написана искусною рукою на белом железе и украшена серебряною ризою с дорогими камнями.

Книги: Евангелие м.п. 1705 г.; Требник к. [п.] 1681 г.; Акафист Вмч. Варвары к. п. 1741 г.; Ирмологий нотный, писанный 1723 г.

Метрики прихода начинаются с 1735 года.

По переписи 1732 года в Шпилёвке школа и 225 душ муж.; затем было здесь: в 1750 году 280 муж., 261 жен., в 1770 году 316 муж., 290 жен., в 1790 году 346 муж., 345 жен., в 1810 году 380 муж., 375 жен., в 1830 году 500 муж., 546 жен., в 1850 году 574 муж., 605 жен.

Из священников Шпилевки замечателен Иоанн Малишевский, сын Матвея Ивановича, населявшего в 1659 г. Нижнюю Сыроватку; его видим в акте Сумского монастыря 1730 г. В 1745 г. просил он уволить из Коллегиума сына его, Петра Малишевского, и сын посвящен был в священника; но сын скоро овдовел и в 1746 г. отправился в Лифляндский поход с отрядом (560 человек) Сумского полка; в 1748 г. снова по его желанию командирован был в поход с отрядами слободских полков (2333 человека).

86

ЮНОКОВСКИЙ ОКРУГ

ЮНОКОВКА

На реке Локне, на северо-западной границе губернии.

В семи верстах от нынешней Юноковки, по правую сторону большой дороги в город Суджу, в 23 саженях от дороги, стоят 4 высокие кургана, окружённые валом как кольцом. Вал вышиною в 4? сажени. Вход во внутренность пространства, ограждённого валом – в 2 сажени. На площади, окружённой валом, при самом входе, по правую и левую сторону, стоят два кургана, длиною в 45 саженей, шириною в 4 сажени. Не вдали от этих курганов ещё два кургана, один от другого в 10 саженях. Между ними две ямы, по народному отзыву, бывшие погребами. По левую сторону дороги ещё пять курганов, но вышиною только в 3 сажени, шириною в 4 сажени, а в окружности 26 сажень Местные жители знают об этих курганах только то, что на них стояли караулы, наблюдавшие за Татарами. Но самое расположение их показывает, что они первоначально имели другое назначение и происхождением своим одолжены отдалённой древности. Если не ошибаемся, место, окружённое валом, было городом, где жили посадники черниговского князя, собиравшие дань с живших по реке Сейму, и откуда наблюдали они за Половцами и другими подобными неприятелями. Здесь-то, как думаем, посадники Ярополка, овладевшего Посемьем, в 1125 году остановили послов половецких, возвращавшихся от Всеволода черниговского.

[Лаврентьевский список, стр. 130. «Сташа (Половцы) у Ратьмире дубравы за Вырем, послали бо бяхуть послы к Всеволоду и не пропустиша их опять, Ярополчи бо бяхуть посадницы по всей Семи, – и изымаша послы их на Локне»].

О населении и названии черкасской Юноковки по документам юноковского Отчинного Правления и по преданию народному известно, что прежде на этом месте поселился сумского полка сотник Семён Андреевич Юнок; на земли, занятые им, по его приглашению, скоро поселились «вольные черкасы» – выходцы из-за  Днепра. Так составилось поселение, по сотнику Юноку названное Юноковкою. Сотник Семён Андреевич продал Юноковские земли Михаилу Голицыну, знаменитому фельдмаршалу Петра Великого. Молва говорит ещё, что большие пространства земли, смежные с участками Юнока, полковник Кондратьев вынужден был подарить Голицыну, чтобы избавиться от беды за казацкую расправу с каким-то русским чиновником. Как бы то ни было, – при Голицыне совершилось самое сильное население Юноковки. Тогда же населилось соседнее село Битицы на реке Бытице. Роменские казаки, с одной стороны, обманутые Мазепой и Карлом, с другой, подвергаемые царской опале не мягким Меньшиковым, бежали под защиту князя Голицына в Юноковку и Михайловку.

[История Конисского. С. 218]

Ныне в слободе Юноковке две церкви – Богородичная и Преображенская.

В каком году построен был первый храм в Юноковке, – неизвестно. Известно только, что он был во имя святого Николая, однопрестольный. По истории умножения населения Юноковки при Петре несомненно, что около 1709 года уже был храм в Юноковке. По делу 1748 года в Юноковке Суджанского уезда при храме святого Николая два священника, один – Григорий Подольский. Нынешний каменный огромный и великолепный храм разрешено строить в 1793 году. Построение его совершалось попечением священника и благочинного Кирилла Мошлянского и церковного старосты Михаила Уланского на пожертвования благотворительных юноковских жителей, без

87

всяких других пособий. Оно окончено в 1806 году и по благословению блаженной памяти Преосвященного Христофора престол в приделе Святителя и Чудотворца Николая освящён в том же 1806 году, а главный во имя Рождества Богородицы и другой в приделе освящены после.

По смерти священника Мошлянского (1806 год) товарищ его, священник (с 1790 г.) Корнилий Краснокутский, заботясь об устройстве каменной колокольни и ограды, в 1823 году пожертвовал 10000 рублей ассигнациями; колокольня была окончена строением в том же году.

От древней Николаевской Юноковской церкви, при которой до 1798 года было три причта, сохранилось в нынешней: святое евангелие, печатанное в 1735 году в Москве, служба пр. Никандру М. п. 1709 г., апостол М. п. 1748 г., триоди постная М. п. 1745 г., цветная М. п. 1746 г., минеи служебная в 12 книгах М. п. 1747 г.

В Юноковской Рождество-Богородицкой церкви находится с давнего времени прославляемая икона Святителя Христова Николая. По преданию, она существует уже более 150 лет. Икона сия живописи весьма древней и весьма благовидной, в длину 1 аршин 7 вершков, в ширину 14 вершков, в серебряной и вызолоченной ризе. Предание сохраняет в памяти некоторые случаи благодатной помощи, получавшейся верою при сей иконе, еще с 1770 г. И в недавнее время исцеление Елисаветы Андреевой Савичевой совершилось пред глазами многих из княжеской фамилии Голицыных.

В архиве храма хранятся метрические книги с 1774 года, исповедные с 1786 года.

Другой храм в слободе Юноковке посвящён славе Преображения Господня. В 1784 году старый Преображенский храм был продан в село Белку Суджанского уезда. А вместо его построена ныне существующая каменная церковь в честь Преображения Господня. По документам церковного архива видно, что строение сего храма совершалось при священнике Назарии Рыжевском, доброхотным подаянием прихожан, при участии владельца слободы князя Голицына; на построение его употреблено 11429 рублей серебром.

В последующее время юноковским жителем Петром Котенком на местные иконы Спасителя и Божьей Матери сделаны ризы серебряные вызолоченные весом в 19 фунтов 14 золотников ценою в 696 рублей 80 копеек серебром. Другой обыватель Василий Плужников а) устроил серебряную ризу с киотом и крестом серебряным на икону Свят. Николая, на что употреблено серебра 10 фунтов 71 золотник, а денег уплачено 422 рубля 80 копеек серебром; б) пожертвовал евангелие издание московское 1759 года в серебряной оправе весом в 1 пуд и 30 фунтов, ценою 1428 рублей 50 копеек серебром; в) он же пожертвовал св. потир со всем прибором весом 6 фунтов 80 золотников в 185 рублей 14 копеек серебром.

В архиве Преображенской церкви хранятся метрические книги с 1774 года, исповедные с 1790 года. Богослужебные книги: Триодь цветная М. п. 1722 года, служебник М. п. 1723 года, другой 1737 года.

Из прихожан Преображенской церкви, по отзыву старшины, отличались жизнию благочестивою крестьяне Николай Иоакимов Кирпатовский, бывший при сей церкви церковным старостою 30 лет, и крестьянин Иван Данилов. Котькалов.

По праведному суду Божьему холера 1831 года похитила в Богородичном приходе Юноковки около 80 человек, а в Преображенском 50 человек; от холеры 1848 года умерло в первом приходе до 150 человек, во втором – 93 человека; кроме того  в 1834, 1839 и 1840 годах Юноковцы страдали от голода, а в 1811 году в приходе Преображенской церкви сгорело много дворов.

Число прихожан

88

СЕЛО МОГРИЦА

Старожилы говорят, что в давнее время на землях Могрицы, покрытых тогда на большое пространство непроходимыми лесами, жил разбойник Кулик с шайкою товарищей, отчего и место называлось прежде Куликовщиной. Когда Кулик был пойман и по решению суда казнён с женою и другими участниками за богопротивные его дела;  то менее виновные товарищи его, быв освобождены от равного с ним наказания, – собравшись с друзьями и родными в Куликовщине, дали друг другу клятву оставить прежнее своё занятие; они устроили могорич, или; и когда кончили могорич, то бросив в реку посуду, из которой пили, сказали друг другу: «перестанем зваться Куликовцами, будем братами святого Могрица». Так по преданию Могриц стал именем поселения прежних худых людей. В этом предании можем признать за верное то, что место нынешней Могрицы было притоном шайки разбойничьей: но река Могрица с лесами и болотами непроходимыми известна ещё по межевой выписке 1672 года, когда не видно было поселения Могрицы.

[В этой же выписке выше города Мирополья и ниже села Улы (Уланка) на левой стороне реки Псла в верстах 20 от Мокрицы, показаны два городища – Девичье и Большое].

Как бы то ни было, – но и предание со своим основанием поселения Могрицы не поставляет в связи обширного городища и курганов, находящихся в 2 верстах от Могрицы. Этим памятникам древности оно усвояет отдалённую давность, хотя и не выставляет точных сведений о их происхождении. Оно соединяет с их существованием времени набегов татарских, но оставляет при них и более глубокую древность. Могрицкое городище занимает более 100 десятин земли на правом берегу Псла. Курган его вышиною в 36 сажень окружён глубоким рвом; площадь – длиною  в 24 сажени. На юго-восточной стороне кургана, обращенной к реке Пслу и расположенной у самого берега, была, по преданию, дверь с железною решеткою. Площадь городища покрыта значительным числом могилок; в одной из них при разрытии найдены человеческие кости. Крестьяне при распахивании земли городища отыскивали копья и другие военные орудия, – равно черепа и другие части человеческого остова.

В 1738 году прихожане могрицкого храма уже просили открыть при их храме второй причт: «в том селе Могрицах, писали они, при церкви Николая Чудотворца вдовой поп Иосиф за болезнью как в священнослужении, так и в исправлении треб исправиться не может… приходских дворов имеется довольное число, и можно быть двум священникам, которые в пропитании могут быть довольны». Они просили посвятить им в священника Фёдора Прожанского, который в Консистории показал о себе: «родом он польской области, городка Прожжены… был в киевских латинских школах 5 лет, в харьковских 2 года и, окончив философию, уволился, жил потом 8 лет в городе Сумах у полкового судьи Ивана Романова для обучения детей его латинской науке». Таким образом первый храм Святителя Николая в Могрицах основался около 1700 года. По надписи на кресте в 1766 году построен был уже новый храм Святителя.

В 1844 году заложен каменный храм. На построение его владелец села князь Андрей Михайлович Голицын пожертвовал кирпич, известь, дерево и железо, а сумма для уплаты мастеровым собирается прихожанами.

Книги храма: Служебник м. п. 1734 г., ч. [п]. 1747 г.

В архиве Правления исповедные росписи начинаются с 1752 года, а метрические книги с 1758 года.

Число прихожан в 1730 году 740 муж., 710 жен., в 1750 году 780 муж., 751 жен., в 1770 году 830 муж., 840 жен., в 1790 году 880 муж., 896 жен., в 1810 году 929 муж., 979 жен., в 1830 году 1177 муж., 1265 жен., в 1850 году 924 муж., 1019 жен. пола.

От холеры умерло в 1831 году 56, а в 1848 году 67 человек.

СТЕЦКОВКА

На реке Алешенке в 13 верстах от Сум.

По словах столетних стецковских стариков, основание слободе Стецковке положено назад

89

Число прихожан

тому около 200 лет, и основателями местечка были черкасы: Стецко, Переяславец, Рудень, Чайкин и Чугаев; так как между этими казаками Стецко был старше летами и почетнее по службе казацкой: то и основанный им хутор стали называть Стецковым. Этот Стецко, оставивший своё имя Стецковке, без сомнения никто другой, как известный по акту 1659 года сумской атаман Стецко. Набожные казаки, не имея в своём хуторе освящённого человека или священника, вынуждены были относиться с духовными нуждами к священнику, жившему где-то очень далеко от Стецкова хутора. Наконец, утомлённые трудностями сношения с чужим священником и скукою жить без храма Божьего, они соорудили, как говорит то же предание, небольшую деревянную церковь во имя святого великомученика Димитрия Мироточивого. В каком это было году, неизвестно. В 1738 году уже писали: « в давних годах сумского полка в селе Алешне, Стецковка тож, при церкви великомученика Димитрия имелось всегда два священника. В 1729 году священники Семён Заводовский и Иван Замятич померли». В 1835 году по благословению Преосвященного Иннокентия заложен был каменный Димитриевский храм заботливостью священника Афанасия Василевского; храм окончен и освящён в сентябре 1846 года.

Библиотека храма: Псалтырь толкованная к. [п.] 1697 г.; Служебник м. [п.] 1737 г.; Апостол 1745 г.; Минеи служебные, 12 книг м. [п.] 1747 г.; Триоди цветная м. [п.] 1752., постная 1751 г.

Метрические книги храма начинаются с 1735 года, а исповедные с 1798 года.

Другой каменный храм в Стецковке заложен по благословению Аполлоса, епископа харьковского, в 1818 году и окончен в 1822 году. Придельный престол его на хорах освящён во имя Пророка Ильи в 1822 году, а главный во имя Вознесения Господня в 1829 году.

Попечителями сего храма были священник Димитрий Замятин, дворянин Игнатий Шранский и крестьянин Василий Иваненков. При­хожанин Иван Михайлов Линтварев по благочестию своему снабдил храм многими вещами; пожертвования его простирались до 510 р. серебром. Некоторые вещи взяты были по разрешению начальства из древней Димитриевской церкви. Таким образом, в сем храме имеются Служебник м. п. 1754 г. и Часослов м. п. 1756 г.

По переписи 1732 года в Стецкове 200 казаков, 733 подпомощника, 17 работников, 60 подданых сотника Андрея Васильевича Савича, 88 подданных полкового писаря Евстафия Кияницына и 40 других подданных, в школе два школяра – учителя, всего 1124 душ мужских.

ХОТЕНЬ И НИКОЛАЕВКА

Прежде всего заметим географические памятники древности.

В 3 верстах от Хотении идёт из Суджи старинная дорога Ромодань. Менее чем в пол версте от неё круглая земляная насыпь в 3 сажени вышиною, 15 шириною и 65 саженей в окружности. В версте от этой насыпи ещё 6 насыпей, называемых в народе могилами. Эти другого вида, продолговатые, в 30 сажень ширины, в 4 ширины и 123 сажени в окружности. О чем говорят эти памятники? Князь Ромодановский оставил своё имя на дороге, конечно, с того времени, как в 1658 году шёл в Малороссию против Виговского, и потом не раз ходил усмирять волне-

90

ния Брюховецкого и Дорошенко. Ромодановский не был человеком мягким; он заставил помнить шаги его, а дорогу готовили ему, без сомнения, черкасы. Насыпи же, конечно, помнят ещё Половцев, которые, обыкновенно, когда решались вторгнуться в Россию, кочевали в этих местах. Видные теперь могилы самою громадностью своею показывают, что они служили памятниками над погребёнными здесь князьями, над такими князьями, которые заставляли лить слёзы наших предков и препроводили во гроб очень многих исповедников Христова имени. Известно, как мир грешный приобретает себе славу. Только вера Христова, без оружия, одною кротостью и благодеяниями своими умеет побеждать мир.

По тому самому, что сказали мы о дороге Ромодан, уже, вероятно, что полковник Кондратьев не рано стал населять Хотынь и Кровное с деревнею Николаевкой. А что эти земли заняты были полковником Герасимом Кондратьевым, показывают документы.

В царской отчиной грамоте 24 апреля 1703 года, данной полковнику Андрею Герасимовичу, слобода Хотень с храмом Апостолов Петра и Павла упоминается между имениями. Полученными в наследство после полковника Герасима Кондратьевича Кондратьева. Грамота говорит: «на кринице Хочуне село Новая слобода, а в нём церковь верховных Апостолов Петра и Павла, да двор его полковников, да мельница, черкас вольных людей 50 человек, а земля по урочищам».

В ревизской сказке 1732 года показано, что черкасы «слободы Хочуна поселены во 197 (1689) году», и здесь же при храме Хотенском показана школа.

По таким памятникам нет сомнения, что первый храм в слободе «на крынице Хочуне» построен в 1689 году. Ныне в Хотении каменный храм Успения Богоматери с приделом верховных Апостолов; он построен Андреем Андреевичем Кондратьевым и освящён в 1786 году.

Книги храма: Апостол к. [п.] 1722 г.; Часослов л. [п.] 1735 г.; Октоих л. [п.] 1739 г.; Минеи служебные м. [п.] 1741 г.; Евангелие м. [п.] 1745 г.; Требник л. [п.] 1748 г.

Метрические книги хранятся с 1735 года, исповедные с 1797 года.

До построения храма в Николаевке жители Николаевки были прихожанами Благовещенской церкви села Кровного, которой метрики начинаются с 1735 года и которая упоминается уже в приведенной нами грамоте 1703 года.

[Царская вотчинная грамота 24 апреля 1703 года «на реке Алешенке, на устье речки Кровной, село Кровное, а в нём церковь Благовещение Пресвятой Богородицы, двор его полковников (Андрея Герасимовича Кондратьева), подле двора мельница, да черкас 38 человек, да к тому ж селу земли 302 десятины в поле, а в двух по тому ж, сенных покосов 305 десятин. На реке Алешенке его полковникова купленная земля и мельница, что куплена у сумского черкашенина у Игнатья Рудня, деревня Рудневка, в ней двор его полковника, земли 20 четьи в поле, а в двух по тому ж, вольных Черкасов 28 человек. На Татариновой Луке, на реке Псле, на устье речки Алешенки, пасека и мельница, – а ныне деревня Песчаная, да вольных Черкасов 10 человек; да к той же деревне на дороге из Сум в Стецковку, пахатная земля и сенные покосы; на вершине реки Рогозной кыпленый рыбный став и хутор и борной ухожей, что куплен у Козмы Сенецкого; на реке Лосятине, что впала в реку Вир, да на кринице Бакине пасечные места и сенные покосы по урочищам 100 десятин в поле, а в двух по тому ж»].

Первый храм в Кровном построен, конечно, в одно время с хотенским, в 1689 году.

[По переписи 1732 г., в с. Кровном школа с 4 дьячками. В 1742 г. дьячок Иван Григорьев, поставлявшийся в священника на место отца своего, в с. Кровное, показывал: «Русскаго письма чтению и пению обучен он Иван тойже церкви дьячком Василием; а по изучении русской граматы отдан был в Харьковские славенолатинския школы и трактовал до поэтики под учителя иеромон. Варлаама Тищин- скаго и из показанных латинских школ, по прошению отца его Григория, а по определению Преосвященнаго Досифея архиепископа из домовой Канцелярии его, что ныне Консистория, указом уволен и определён тойже церкви действи­тельным дьячком»].

Но так как к 1820 году храм Кровного весьма обветшал: то он по распоряжению Духовного начальства упразднён, а на место его разрешено строить каменную церковь в Николаевке во имя Рождества Богородицы. Церковь эта окончена постройкою в 1824 году, храмоздательницей была Варвара Николаевна Тимченкова, она же снабдила храм и всеми принадлежностями.

Здесь есть ещё весьма красивый кладбищенский каменный храм, который построен был в 1837 году, но по случаю оказавшихся трещин в 1849 году с разрешения епархиального начальства перестроен по прежнему плану и фасаду генерал-лейтенантшей Софиею Ивановною Купри-

91

Число прихожан [Хотень и Николаевна]

яновой. Церковь сия устроена над прахом родителей Куприяновой с разрешения Святейшего Синода; на содержание её положено владелицею села в приказ Общественного Призрения 500 рублей ассигнациями для приращения.

От холеры умерло в Хотени в 1831 году 68, в 1848 году 282 человека.

ЛОКНЯ И БЕЛОВОДА

Первая на реке Локне в 38 верстах от Сум, Беловода на реке Беловоде в 42 верстах. Первая населена Кондратьевыми и Беловод отчасти ими же.

[Купчею записью Катерина Михайловна, урожденная Кондратьева, а жена Ивана Семеновича Лизогубова, генваря 30 1753 г. продала село Локню с дер. Басовкою и хуторами за 5000 р. царскому духовнику протоиерею Феодору Яковлевичу Дубянскому. «Заимочныя земли в урочищах от р. Локни, 200 чет. в поле, а в дву по томуж, да на усадьбы и выгон и сенные покосы 90 дес.» отведены Андрею Герасимовичу Кондр. стольником Иваном Тевяшевым с 1696 г., а утверждены вместе с бобрицкими землями царскою грамотою от 10 февраля 1701 г. Прежде того, царскою грамотою от 29 октября 1688 г. утверждены в вотчинное владение за полковником Андреем Кондратьевым: а) «в селе Беловоде поместье», купленное в 1686 г. у суджанского казака Исаева; б) поместье на р. Закобылье, частию заимочное полковника Герасима Кондратьева, частию купленное в 1682 г., всего 200 четвертей в поле, а в дву потомуж; в) земля на р. Теленке и Коровьей, между Краснопольем и Хотмыжским рубежом (с. Рясное) всего 100 четвертей в поле].

В 1739 году по просьбе обозного Михаила Андреевича Кондратьева рукоположен был священник в село Локню ко храму Похвалы Пресвятой Богородицы. Первый храм в Локне построен около 1662 года, так как в этом году населены Локня и Басовка. И по тому преданию Юноковцев, что прежде построения своего храма обращались они для молитв в храм Локнянский (Локня от Юноковки в 4 верстах) видно, что в Локне был храм уже около 1685 года. Нынешний деревянный храм Успения Богоматери освящён в 1842 году.

Метрические книги и исповедные тетради начинаются с 1740 года.

В Беловоде первый храм построен не позже 1680 года. В грамоте 1688 года Беловода называется селом. В 1743 году Богодуховский священник Григорий Волкевич писал, что его принимает к Георгиевской церкви села Беловода на вакантное место сотник Василий Савич. А архипастырская грамота 1746 года показывает, что прежде Георгиевского храма в Беловоде был храм святых чудотворцев Космы и Дамиана. Два напрестольные памятника также свидетели двух былых храмов давнего времени.

Нынешний каменный храм заложен в 1774 году и освящён во имя Великомученика Георгия января 22 дня 1794 года.

Построение храма совершалось иждевением помещика Василия Яковлевича Савича,

92

Число прихожан [Хотень и Николаевна]

и после смерти его усердием сыновей его, поручика Ильи и капитана Василия Васильевичей; они, окончив храм, украсили его благовидным иконостасом и снабдили приличною утварью.

Помещик Николай Савич, бывший церковным старостою, кроме других пожертвований, покрыл храм новым железом, а главы и крест – золотом.

Метрические книги начинаются с 1735 года.

Библиотека: Триодь постная 1684 г., другая 1686 г., обе м. п.; Апостол к. п. 1695 г.; Служебник к. [п.] 1736, 1750 гг.

Минеи служебные на весь год в 6 книгах 1750 г.; Молебные пения м. [п.] 1752 г.; Четьи Минеи к. [п.] 1759 г.; Камень веры к. [п.] 1730 г.; Псалтырь с толкованием к. [п.] 1742 г.; православное Исповедание веры м. п. 1744 г.

Помещик Иван Семенович Савич оставил после себя приятные воспоминания и назидательный пример жизни. Он был усердным посетителем храма Божиего, сам нередко читал и пел на клиросе; чтение же апостола всегда оставалось за ним. В домашнем быту жизнь его отличалась также христианскими качествами. А главным отличием его души было то, что он был более отцом своих крестьян, нежели владельцем; бедные постоянно находили в нем помощь своим нуждам. Он мирно окончил жизнь свою 75 лет в 1827 г.

Умерших от холеры было в Локне в 1831 году – 80 человек, в 1848 году 33 человека, в Беловоде – в 1848 году умерло до 300 человек.

ПИСАРЕВКА

На реке Алешенке, в 22 верстах от города Сум.

В ревизской сказке 1732 года сказано, что «черкасы деревни Писаровки», поселены «тому лет 70», следовательно в 1662 году. В отчинное владение земли на реке Алешенке пожалованы были писарю Сумского полка Андрею Мартынову царскою грамотою от 3 октября 1688 года. Это была награда полковому писарю за службы его царям Алексею Михайловичу и Феодору Алексеевичу. Существующая ныне в селе Писаревке однопрестольная каменная церковь во имя Покрова Пресвятой Богородицы заложена по благословению епископа Луки Белоградского в 1756 году, построена на иждивение помещика Андрея Савича и освящена в 1775 году. Она заменила собою деревянную церковь во имя святого великомученика Иоанна Воина, которая освящена была в 1735 году.

Утварь храма значительно ценная. Потир в 760 р. серебром, чаша золотая, а подножие и дискос серебряные — дар помещика, майора Алексея Савича; им же пожертвованы евангелие в серебряном окладе в 486 р. серебром и гробница в 200 р. серебром. Серебряные ризы на местных иконах в 600 р. серебром — дар крестьянина Василия Коваленка.

Библиотека: Евангелие к. [п.] 1697 г.; Апостол к. [п.] 1738 г.; Служба Иоанну Воину м.[п.] 1737 г.; Служебник ч. п. 1747 г.; Триодь цветная м. [п.] 1747 г.; Минеи служебные 12 книг м. [п.] 1750 г.; Устав м. [п.] 1752 г..

Метрические тетради хранятся с 1735 года.

От холеры умерло в 1831 году 42, а в 1848 году 108 человек.

Приход по штату 2 класса. По переписи 1732 года в деревне Писаревке 457 душ мужских. По ведомости генерального межевания здесь показано с деревнею Александровкою 5625 десятин земли, при 1450 душах мужских, 1485 женских. По ведомостям церковным число прихожан: в 1750 году 818 душ мужских, 780 женских, в 1770 году 1295 мужских, 1243 женских, в 1790 1480 мужских, 1535 женских, в 1810 году 1589 мужских, 1601 женская, в 1830 году 1868 мужских, 1873 женских, в 1850 году 2173 мужских, 2157 женских.

93

БЕЛОПОЛЬСКИЙ ОКРУГ

БЕЛОПОЛЬЕ

Заштатный город в 224 верстах от города Харькова.

В царской грамоте 25 января 1704 года читаем: «в 180 (1672) году по указу Царя и В.К. Алексея Михайловича боярин и воевода князь Григорий Ромодановский в Путивльском уезде, в 30 верстах от Путивля, на реке на Виру да на устье реки Крыги в угодьях Путивльцов построил город Белополье на старом Вирском городище, а в том городе поселились из-за Днепра сотник с черкасами – на Татарской сакме». Итак там, где ныне расположен заштатный город Белополье, прежде 1670 года была татарская сакма – кочевье татар, и здесь же было старое городище – памятник городу Выря, тем более дорогой для нас, что вызывает собою воспоминание о других городах, бывших вблизи его и о русской жизни до татарского времени. 

Вырь – известен ещё в 1111 году по подвигу славного Мономаха против Половцев.

[Мономах в завещании, говоря о походе на реку Дон, пишет: «и к Выреви бяху пришли Аепа и Боняк, хотеша взятии и, к Ромну идох с Олегом и с детьми нань и они очутивше бежали». Сл. Воскр. Л. 1, 254].

Посемье, Вырь и всё пространство за Вырем до Донца принадлежало Черниговскому княжеству. Только на короткое время, 1125 – 1148 годы, эта страна переходила к Мономаховичам.

[Лаврентьевский список, стр. 130. «Сташа (Половцы) у Ратьмире дубравы за Вырем; послали бо бяхуть послы ко Всеволоду (Черниговскому) и не пропустиша их опять (на возвратном пути), Ярополчи бо бяхуть посадницы по всей Семи и Мстиславича Изяслава посадил Курске, и изымаша послы их на Локне». Киев. Лет. стр. 13, под 1136 год. «И пакы Ольговичи начаша просити у Ярополка: что ны отец держал при вашем отце, того же и мы хощем». Стр. 45 под 1145 год. «Святослав Ольгович нача ему (Владимиру Черниговскому, двоюродному брату) молвити: держиши отчину мою, и тогда взя Куреск с Посемьем и Словскую тысячу у Изяслава». Еще Киев. Л. стр. 17. Новгор. 1. стр. 7. С 1136 г. Курск без Посемья был у Святослава].

В это то время Вырь и соседние города Въехань и Папаш должны были страдать от борьбы властолюбивого Георгия Суздальского с великим князем Изяславом: но с честью прожили это тяжёлое время. В 1147 году Глеб, сын Георгия, соединясь с Половцами, посадил посадников своих в Курске и в Посемье и велел сказать Вырянам: «отдадим вас Половцам, если не покоритесь». Выряне отвечали, что у них князь Изяслав, и не сдались.

Глеб обратился к Въеханю, но и тут не имел успеха: подступил под Папаш. Папашцы вступили в бой, но принуждены были уступить силе.

[Киевская летопись. С. 35; Арцыбашев 2, 107].

Новые историки не знают места этих городов. Место города Выря после слов Терентовского надобно считать несомненным.

[Карамзин (2 пр. 393) указывает на старые Выри, что на границе Курской и Харьковской губерний. Въехань и Папаш, говорит Арцыбышев (1, 61), нам не известны, а относительно Вырей указывает он на село Выри и на посад Вырь (Белополье) Сумского уезда, не решая, впрочем, где было место древнего города Выря. Не более сказали Погодин и Надеждин (Исслед. о русс. ист. 4, 276, 277).О селе Вырях нечего и думать: там нет никаких признаков древнего города. Старые и новые Выри расположены на южном берегу реки Сейма и разделяются меж собою большими могилами, а не вдали от них на той же реке Сейм есть городище. – Это городище показывает собою, что старые Выри, несмотря на то, что они старые, не есть старый город Вырь, или Вырь  летописей, так как старше их городище. Какой же город был на месте этого городища? Не здесь ли был город Зарытый, который по летописям находился не вдали от Выря (Киевская Летопись 87), а не в Смоленской губернии, где Карамзин указывает на село Разрытое (Карамзин 2, пр. 393))?]

По летописи Въехан и Папаш представляются в недальнем расстоя-

94

нии от Выря и от реки Сулы.

[«Како бы нам (в. к. Изяславу) переняти их (Глеба) к Суле, идеже стояху» (Воскресенская летопись 1, 298; Киевская летопись 35)].

В 30 верстах от Белополья на юго-востоке, в 5 верстах от слободы Тернов есть городище на берегу речки Терна; в акте 1638 года называется оно то Лехановским, то Дехановским городищем; а в другом памятнике – просто городищем.

[См. о слоб. Тернах. В деле о границах Польши 1642 г. называется оно Лехановским городищем. (Дворц. разр. 2, 885)].

Разность наименования в акте 1638 года указывает на неуверенность в точном старинном имени старинного города, оставившего после себя городище; близость же названий 1638 года (Лехановское, Дехановское) к летописному имени: Въехань, при местной близости городища к Белополью – Вырю, даёт право признавать за несомненное, что Терновское городище есть остаток горда Въеханя. На место древнего Попаша могут указывать две речки, одна Попадь, другая Попадья; первая в 7 верстах от Белополья (на восток) впадает в реку Вырь, а в 9 верстах, на дороге от Белополья к Тернам, вблизи Попади, есть степное место Попас, и тут же находится местность, похожая на городище: валы вышиною в сажень, а длиною до 20 сажень, окаймляют пространство шириною в 8 саженей; за четверть версты – два кургана, называемые близнецы. Говорим, что это место похоже на городище, но оно не называется городищем, да и по внешнему виду скорее можно принять его за временный редут, какие делали казаки в своих схватках с Татарами, чем за городище. Речка Попадья впадает в Сулу с левой стороны, в 4 верстах выше Недригайлова и в версте ниже Ольшаной, от Белополья – Выря в 40 верстах и от Терновского городища в 10 верстах. В акте 1647 года видим Острог и слободу Ольшаную.

[См. о слоб. Олыианой Лебединского уезда].

Не скажем, что Ольшанский острог есть летописный Попаш: но признаем более, чем за вероятное, что летописный Попаш находился на речке Попадье, протекающей близ нынешней Ольшаной. Это место на дороге от Белополья и Терновского городища для Половцев, бывших в войске князя Глеба и оно же  не далеко от Выря – Белополья. И если Лехановское городище есть город Въехань: то летопись потребует для Папаша местности на реке Попадье, а не той , что на реке Попади: иначе князю Глебу надлежало бы от Въеханя опять идти назад, чтобы быть на речке Попади.

Взглянем на последующую судьбу летописного Выря. Изяслав Давидович, один из князей Черниговского княжества, и не на долгое время великий князь киевский (1157 – 1159), лишась Киева, в 1159 году обратился с местью против Вятичской земли – удела брата своего, князя Святослава, которого считал он виновным против себя. В 1160 году Изяслав осаждал Путивль целые три дня; но без успеха. И затем, когда пришёл к Вырю, «Выревци затворишася от него» и не пустили его к себе, опасаясь Святослава. Он пошёл в Зарытый, и, там пробыв некоторое время, «опять возвратися у Вырь». Здесь явилось к нему множество Половцев;  с ними пошёл он к Чернигову против Святослава Ольговича и остановился у Десны; Черниговцы не пустили его переправиться через Десну; зато Половцы беспощадно жгли сёла черниговские и хватали людей в плен. Великий князь Ростислав прислал сильную помощь князю черниговскому; Изяслав с Половцами отступил. Когда же союзники удалились, а Святослав лежал больной: Изяслав снова подступил к Чернигову. К Святославу снова явились сильные союзники; они живо преследовали Изяслава, сожгли Острог города Выря, где князь Иван Ростиславич заперся с супругою Изяслава, и точно также поступили с Зарытым, оставив Изяслава скитаться в степи.

[Киевская летопись. С. 86, 87; Воскресенская летопись 12, 50, 52; Карамзин 2, пр. 393, 396; Погодина исслед. 4, 243, 244, сл. пр. 6].

В следующем году Изяславу удалось взять Киев: но с Ростиславом соединилось так много князей против Изяслава, что Святослав советовал брату возвратиться за Днепр и ожидать всего от любви и справедливости. Изяслав отвечал послам брата: «Князья, союзники мои, отступив, пойдут каждый в волость свою; мне же куда возвратиться? В половецкую землю не могу идти, а в Выре не хочу умирать с голоду; хочу лучше здесь окончить жизнь свою».

[Киевская летопись. С. 89, 90; Воскресенская лето­пись 2, 59. 60].

95

Этот отзыв Изяслава относительно Выря говорит нам, что Вырь не был богатым городом, и особенно для князя Изяслава после Киева, а, находясь вблизи кочевьев половецких, не был безопасным местом, так, что по той и другой причине Изяславу трудно было жить в нём, ещё труднее содержать в нём дружину, столько необходимую для него. В последующее время Вырь уже не встречается по летописям.

О Черкасском Выре – Белополье вот что писал в 1774 году комиссар его Терентовский

1) «Белополье – город слободской Украинской губернии, Сумской провинции. По указу Великого Государя Царя и Великого Князя Алексея Михайловича построен над речками Выром и Крыгою, по рассмотрению боярина и воеводы, князя Григория Григорьевича Ромодановского в 180 (1672) году фигурою квадратною, с четырьмя баштами (башнями), кои от долговременного стояния развалились, а ныне уже и основания оных не приметно.

2) «Город же осыпан валом, окружностью в 1730 саженей, вышиною со рвом в 4 сажени, на диких землях, на старом Вырском городище, которые земли заняты были Татарами, и называлось оное место Татарскою сакмою или кочевьем, на которых землях поселились вышедшие из заднепровских мест с сотником Степаном Фоменком из Польши разного звания черкасы и селились под смотрением сумского полковника Герасима Кондратьева. От вышедших разного звания с Польского Варшавского повету, называемого Белополья, людей назван сей город Белопольем, а с начала построения оный город, по текущей мимо его реки Крыги именовался Крыгою; в 180 (1672) году для лучшего оного города устроения поручен был сей город вышеписанному сотнику Фоменку, и потом сотнику, вышедшему с Волосского города Ясс, Степану Куколю, которые в 182 (1674) году великого Государя Царя и Великого Князя Феодора Алексеевича просили с Белопольцами о обмежевании сего города с уездом от Путивля, почему присланным от Великого Государя стольником и полковником, князем Михаилом Жировым Засекиным в 191 (1683) году и обмежеван Афанасием Остафьевым. Мера окружной межи в 1700 году переосвидетельствована и утверждён сей город с уездом данною в 1704 году от Великого Государя Царя и Великого Князя Петра Алексеевича грамотою».

3) «В нём большой артиллерии нет, а только пушка одна, мелкого ружья 12, патронов с пулями 3224, пороху 2 пуда 22 фунта, сабли, копья и ладунки».

4) «Вышепрописанное городище состоит внутри сего города к северной стороне, с которой досягает валом в самую речку Крыгу, и называется оное ныне Замком, окопано прежде глубоким рвом и осыпано большим земляным валом; оно было с четырьмя бастионами и одною въездною башнею, а сверх вала укреплено было палисадником. Окружностью оно в 210 сажень, а ров оного с валом вышины имеет 6 сажень. В оном же Замке или Городище с 185 (1677) года имелось 6 пушек, казённый погреб, в котором содержались пули, порох и прочие припасы, и в оном же выстроен был дом деревянный, в котором тогда жил воевода Бахтеев лет до 20, которому определена была в Белопольском округе, за селом войсковым Ворожбою, над рекой Вырем, сенокосная лука на скос: оная и поныне именуется Воеводскою. В 1737 году, во время нападения Турецкой войны, с упомянутого городища пушки с разными припасами взяты в поход… В 1766 и 1769 годах в прописанном городище построены соляной и для содержания общенародного хлеба магазейны».

5) «Возле оного городища или называемого Замка старинная редута или батарея, состоящая к западу; оная окружена рвом двусаженным; длиннику на оном месте 75, поперечнику 30 саженей. В оной с 1772 года старанием комиссара с приговором Белопольского общества построен комиссарский деревянный дом, лицом на южную сторону, со всею к нему принадлежностью».

[За несколько лет пред сим казённые крестьяне города Белополья, исправляя ров с тем, чтобы скот не подходил к магазейнам, отрыли небольшую чугунную пушку. Вероятно она тогда, как ров от времени обрушивался, сама упала и засыпалась землёю. Эта пушка и поныне стоит на городище. «Памятная выпись, составленная Белопольским комиссаром Андреем Терентовским в 1774 году о построении города Белополья» хранится в Белопольской градской полиции].

Присоединим к сему, что по грамоте 1704 года при основании черкасского Белополья

96

(в 1681 году) приписаны к Белополью «село Крига в Белопольском посаде, село Ворожба от Белополья 2 версты, деревня Павловка в 5 верстах», но «Путивльцы из тех сёл и деревень высланы и дворы их снесены и крестьяне выведены на реку Снагость».

Как по записке Терентовского, так и по другим памятникам видно, что Белополье и округ его по духовным делам приняты были в ведение патриаршего правления, почему впоследствии они состояли в заведывании московской канцелярии Синодального Правления, а потом севского епископа, к которому перешла часть церквей патриаршей епархии.

В 1702 году по распоряжению Стефана, митрополита рязанского, управлявшего делами патриаршими, учреждено было Белопольское управление духовных дел. Кроме церквей города Белополья подчинены были сему последнему церкви а) Белопольского округа: аа) войсковых свободных поселений – Ворожбы, Климовки, Проруба и Речек, бб) помещичьих сёл черкасских – Искрисковщины, Павловки, Вырей, Ульяновки, Куяновки, б) Путивльского уезда 32 церкви в 25 сёлах, в том числе в Тернах.

По записке Терентовского в Белополье показаны церкви: внутри крепости соборная Рождества Богородицы, Покровская, Архидиакона Стефана и Николаевская; «да на предместье оного города» – Преображенская, Ильинская, Михайловская и Петропавловская, – всего восемь церквей и «все восемь деревянные», но «устроены изрядным манером».

Ныне в Белополье 6 церквей. – Первый соборный храм Рождества Богородицы построен в Белопольской крепости без сомнения никак не позже построения крепости, то есть не позже 1672 года. Церковная опись 1818 года, показывая построение соборной церкви в 1733 году, без сомнения показывает построение той, которая тогда ещё существовала; существование же соборного храма с 1672 года оправдывается уже и тем, что с 1702 года в Белополье существовало духовное Правление, где первым членом был протопоп соборной Белопольской церкви.

Каменный соборный храм основан в 1817 году, а окончен в 1827 году; в нём три престола: главный в честь рождества Пресвятой Богородицы, южный в честь Святителя Николая, а северный в честь Богоявления Господня. На построение сего храма отпущено было, по воле Императора Александра Благословенного, 20000 рублей ассигнациями из городовых доходов; попечителями были о построении его: купец Михаил Кононенков и протоиерей Александр Виноградский. Храм освящён был Преосвященным Виталием, епископом харьковским. При устроении иконостаса и ризницы Кононенков пожертвовал 532 рубля серебром, украсил серебряными ризами иконы – Спасителя и Богоматери, одну на свой счет, употребив до 1000 рублей серебром, другую на счет собранных им пожертвований. Кроме того, устроил на свой счёт чугунный пол во храме. Таким образом ныне соборный Белопольский храм есть один из великолепных и по богатству, и по наружному виду его.

В недавнее время, 19 апреля 1849 года, в Белополье был страшный пожар: целый ураган огня несся прямо с запада на храм; волны огня окружали потом храм с трёх сторон: но храм уцелел; даже сторожка его, покрытая деревом и бывшая от горевших зданий менее чем в 4 саженях, осталась нетронутою огнём. Это было чудо милости Божьей.

В храме есть дорогие вещи по древности, а частию и по святости:

а)        Кипарисный крест, в серебряной оправе, устроенный, как показывает надпись, в 1646 г. В нем хранятся мощи вмч. Варвары, муч. Антипы и вмч. Пантелеймона. Он поступил в 1797 г. из упраздненной Стефановской церкви.

б)        Евангелие, печатанное в Киеве 1697 г., и другое, печатанное в Москве 1717 г., оба поступили из Стефановской церкви. Евангелие м. п. 1758 г., Евангелие страстное м. п. 1745 г.

в)        Требник митрополита Петра Могилы, печатанный в Киеве 1646 г., поступивший из упраздненной Николаевской церкви; Общая Минея м. п. 1661 г.; Триодь цветная к. п. 1724 г., обе из Стефановской церкви; Служебник, печатанный в Чернигове 1747 г., из Николаевской церкви, куда пожертвован был в 1750 г. префектом Харьковского коллегиума иеромонахом Сильвестром Новопольским; Молебствия, печати 1747 г.

97

г) Из икон многие древнего письма.

По ревизии 1732 года при соборном Белопольском храме показаны школа с двумя учителями и братерский двор.

Метрики Рождество-Богородицкой церкви в Правлении начинаются с 1751 года, а исповедные росписи с 1753 года.

Показанные в записке Терентовского церкви Стефановская и Николаевская упразднены, первая в 1797 году, а вторая 1827 года Стефановская церковь была домовою церковью сотника Степана Куколя.

[Этому белопольскому сотнику немало скорбей было за сына его Феодора [401]. Тот служил в канцелярии Мазепы писарем и был при Мазепе под Полтавою, но во время Полтавской битвы с Бороздною и Лизогубом явился к Апостолу и потом к Скоропадскому. Это было причиною того, что о нем несколько раз, даже и в 1720 г., были делаемы розыски (Материалы Судиенка 2, 490—492)].

Она стояла близ его дома, целого и теперь, и недавно находившегося во владении внуков его Куколь-Яснопольских, помещиков села Искрисковщины. Утварь и все вещи обеих церквей перенесены в соборный храм. Метрические книги Николаевской церкви в архиве Правления начинаются с 1750 года, а исповедные росписи с 1755 года.

Покровский храм показан в ревизской переписи 1732 года, а с 1750 года начинаются метрики его. В 1819 году она сгорела. – Ныне существующая каменная церковь освящена в 1827 году протоиереем сумского уезда Иоанном Цитовичем. Попечителями при её построении были купцы  Григорий Сердюков и Стефан Балаценков. Сердюков много употребил своего при построении иконостаса, который стоил 2800 рублей и на утварь пожертвовал 1500 рублей.

В 1849 году Покровский храм был в большой опасности во время пожара: но под покровом Богоматери остался цел.

В архиве метрические книги начинаются с 1823 года, а исповедные росписи с 1821 года.

При сём храме есть сельское училище, содержимое обществом крестьян.

Первый Преображенский храм на посаде Белополья существовал до 1746 года. Памятник его уже обветшал. Ныне существующая церковь построена, как показывает надпись на южной двери, в 1747 году, а иконостас, по показанию надписи на нём, устроен 1752 года.

В храме есть Евангелие, печатанное во Львове 1636 г. Оно куплено для церкви старостою и братиею богадельни, которая закрыта лет за 40 назад и на месте которой построена сторожка.

В переписи 1732 года видим при Преображенском храме двор церковный, школу и двух священников.

Колокол по надписи вылит в городе Глухове в 1619 году; по описи, он куплен прихожанами, но когда, – неизвестно.

Метрические книги начинаются с 1751 года, а исповедные с 1752 года.

Храм Пророка Илии на посаде, построенный в 1767 году, без сомнения не первый местный храм, потому что метрики Ильинской белопольской церкви начинаются с 1751 года, а исповедные росписи с 1752 года.

Храм 1767 года построен усердием сотника Куколь-Яснопольского. В 1814 году старанием и иждивением церковного старосты Желтобрюхова он поставлен на каменный фундамент и покрыт железом.

Терентовский в 1774 году показывает при Ильинской церкви «школу», где учились грамматике, читать и писать и церковному пению. Эта школа показана и в переписи 1732 года и здесь показаны в ней два учителя.

Ныне существующая церковь Архангела Михаила, деревянная, построена в 1779 году по благословению Кирилла, епископа севского. Место, где стоит эта церковь, и где живут прихожане, называется в народе Старосельем, потому что преимущественно на этом месте селились первые выходцы из-за Днепра; а это показывает, что прежде ныне существующего храма существовал здесь другой. Тоже самое видно и потому, что метрические книги Белопольской Михайловской церкви начинаются с 1750 года, а исповедные с 1753 года.

Петропавловский храм стоит за рекою Крыгою. Первый черкасский храм сего имени построен здесь около 1672 года. Это храм села Крыги, с 1681 года ставшего посадом города Белополья. Так как и тогда, как жили здесь путивльские боярские дети, Крыга называлась селом: то очевидно, что в Крыге был храм и прежде 1670 года. В ревизской

98

переписи 1732 года на место Петропавловского храма поставлен храм святой Троицы. Первый храм во имя Апостолов Петра и Павла построен Иваном Зарецким, атаманом Зарецких поселенцев Крыги. Память сего строителя почтена памятником, сделанным из дикого камня, который и доселе цел. Нынешний храм построен на новом месте в 1798 году и возобновлён с 1834 года. На возобновление его староста Осип Зарецкий от себя пожертвовал до 300 рублей серебром и собрал подаяний до 2438 рублей серебром.

Метрики храма начинаются с 1751 года, а исповедные росписи – с 1754 года.

По грамоте 1672 года в Белополье при самом основании его было 1352 человека, выходцев из-за Днепра; а в 1686 году по причислению к Белополью сел Крыги и Ворожбы и деревни Павловки считалось 1931 человек – лиц духовных, сотников, казаков и мещан и 3304 свойственников, подпомощников и работников, а всего 5255 человек

[Грамота 25 января 1704 года].

В этом числе, без сомнения, разумеются и прихожане Троицкой церкви Проруба, – слободы, расположенной в 2 верстах от Белополья и получившей своё название от того, что выходцы из-за Днепра должны были для поселения своего прорубать густой лес; здесь ещё и ныне в огородах слободы много есть толстых строевых деревьев.

В царской грамоте 1704 года описывается довольно грозное возмущение, происходившее в Белополье и его окрестностях в 1696 – 1697 годах. В мае 1696 года черкасы сёл Глушца, Карижа, Глушкова, Теткина и Кобылок жаловались Белгородскому воеводе, что тогда, как служили и служат они казаками в сумском полку, Путивльские помещики заключили их в число крестьян своих и обременяют их работами и насилиями. По справке с сумскою полковою канцеляриею оказалось, что действительно 403 человека из тех сёл записаны в реестры казаков и бывали на службе в полку Белгородском. Воевода Борис Петрович определил оставаться им в числе казаков. Путивльские помещики бросились в Москву и там принесли жалобу, что крестьяне их взбунтовались и, перейдя к казакам, производят разные беспорядки. Разряд, не вытребовав сведений от белгородского воеводы, предписал Путивльскому воеводе привести крестьян в повиновение и заводчиков возмущения, одного из 20, наказать плетьми, а остальных – батогами. Путивльский воевода Клокачев, хотя дело шло о черкасах, – считавших себя в числе сумских казаков, не сообщив царского указа сумскому полковнику или Белопольским сотникам, с громадою слуг и помещиков, в 1697 году явился в помянутые сёла и начал производить бессмысленные своеволия и жестокости. Черкасы бросились в Белополье, или кто куда мог уйти: их ловили и били без пощады. Весь край пришёл в грозное волнение. Целые сёла поднялись против сёл; в схватках убито несколько человек. Сумской полковник Кондратьев не знал, как остановить тревогу; он донёс о происходившем белгородскому воеводе и просил наставлений, что ему делать? Борис Петрович Шереметьев приказал, чтобы сам полковник с старшинами и казаками поспешил в Белополье, и, если помещики, явясь в Белополье и его уезды, не предъявят воли царской, то схватить их и представить в Белгород. Клокачев и тогда не объявил указа сотнику Степану Куколю. По жалобам обеих сторон послан был из Москвы Сукачев с наказом для исследования дела на месте; а новый воевода, князь Яков Фёдорович Долгорукий отправил Чугуевского воеводу Астафьева для разбора прав помещиков и казаков и дело кончилось в том виде, в каком признавал его справедливым Долгорукий. Черкасов причислили к сумским казакам, а земли, на которые представлены были документы, отданы были помещикам.

По переписи 1732 года в Белополье: казаков с сотником 497, подпомощников 2122 человека, шинкарей, мельников и работников 154 человека, духовных 29; а всего 2802 души мужских, кроме того в Кухновке, где тогда ещё не было храма, 261 подданый сотника Куколя.

По записке комиссара Терентовского 1714 года показано в Белополье 787 дворов, где «платящих войсковой оклад 3700 душ».

99

По исповедным росписям Белополья числится прихожан

Ныне в числе прихожан: купцов 3 гильдии – 54 мужчины, 43 женщины, мещан и цеховых – 1165 мужчин, 1195 женщин.

Главные предметы торговли: хлеб, соль и лес.

Ярмарки: крещенская, ивановская, воздвиженская и на 4-й неделе великого поста; самая значительная – ивановская. – Оборотного капитала бывает на них 38500 рублей серебром.

По записке Терентовского в 1748 году зима в Белопольском округе была необыкновенно снежна: снег заносил жилья, и на дорогах людей с обозами и скот. Вслед за такою зимою налетели тучи саранчи: «пешая» съедала разный хлеб на корне, а «летучая» пожирала на деревьях листья и в садах овощи. Вследствие того был «не малый голод».

В 1774 году подобное бедствие угрожало для плодовых деревьев: на них весною напали хрущи и ели цвет. Но по распоряжению комиссара хрущи по ночам собраны были народом в кучи и зарыты в глубокие ямы; массы их были так велики, что, по словам комиссара, собрано было более 50 четвертей.

От холеры 1831 года в Белополье умерло всего 112 человек, а в 1848 году – 256 человек. Но страшное бедствие поразило жителей Белополья в 1849 году, когда 19 апреля истреблено пожаром 204 двора и 89 лавок.

ВОРОЖБА

Ворожба, принадлежащая к Белопольскому округу, находится в 2 верстах от Белополья; почему и называется подгородней слободой, а в отличие от другой Ворожбы, Ворожбой Белопольской. Мы уже видели, что черкасская Ворожба образовалась на месте русской в одно время с Белопольем, то есть в 1672 году. Русские, при своём переселении из Ворожбы на устье реки Скагости, конечно вместе с домами перевезли и храм свой. По грамотам 1691 и 1696 годов Ворожба называется селом, и здесь же видим её атамана Фёдора Чернявского. 

[Любопытен универсал сумского полковника Кондратьева о предоставлении Феодору Чернявскому земли с лесом. Помещаем его как образчик тому, как приобретались и закреплялись земли в те времена.

«Их Царского Пресветлого Величества стольник и полковник сумской Андрей Герасимов.

Всем в обещ и каждому зособна, кому ведать о том належить, а особливе старшине Белопольской, знайдущимся, яко впредь будучим, ознаймуим. Иж за просьбою ворожбянского жителя Фёдора Чернявского, поволили есми владеть ему гайком, о котором в него был спор с сотником белопольским, потому ж сотник упирался в то не належно, хотячи его оттоль витиснуть з злости, который в Белопольском уезде в урочищах, едучи от гребли Григорьевой, на горе против луки Роспустнова, по правой стороне, до Човпилова леса и по лес же Лазаров до Костьева и Хрущова лесков и до Роспустнова луки. А тот гайок он, Чернявский, занял за ведомом нашим, по своей черкасской обычности; а що сотник упирался в том гайок, и в розыске объявилось, же – он упирался напрасно. По его просьбе и, по прислуге его войсковой, наибарзей же яко никому то не в даче, ему, Чернявскому, тем гайком владеть и к пожитку своему уписать поволилисма. В чем для певности письмо се наше с притеснением печати нашей войсковой ему Чернявскому видать рассказали смо. В року ниженастоящем 1691. Августа в 8 день

Вышеписанный стольник и

Полковник сумский»].

100

Таким образом надобно положить, что и первый храм в Белопольской Ворожбе построен около 1676 года.

В церковном архиве сохраняется следующий документ 1739 года.

«Указ Её Императорского Величества Самодержицы Всероссийской из московской Синодального Правления Канцелярии города Белополья духовных дел управителям. По Её Императорского Величества указу и по определению Московского Синодального Правления Канцелярии, а по челобитью сумского полка Белопольской десятины села Ворожбы Покровской церкви попов Петра да Ивана Степановых с приходскими людьми, которые просили о позволении, чтоб в построенной ими на место той Покровской церкви  часовне, до построения настоящей церкви, для служения литургии сделать престол и по положению на оный выдать священный антиминс, а о строении настоящей вместо сгоревшей дать указ, велено вам духовным управителем, справясь: ежели в оном селе означенная церковь до сего имелась и сгорела, то вместо той сгоревшей во имя Покрова Пресвятой Богородицы, церковь построить позволить и святыми иконами и прочим подобающим благолепием убрать, как святые правила и уставы позволяют, против других церквей исправно, а в алтаре престол устроить в вышину 6 вершков и с доскою, в длину 1 аршин 8 вершков, в ширину 1 аршин 4 вершка. – Когда же построено и ко освящению изготовлено будет, то о освящении оной церкви и о даче священного антиминса бить челом в Московскую Синодального Правления Канцелярию особливо. А дондеже настоящая церковь построится, велеть оной часовне быть и для обстоящей нужды часы, утрени и вечерни и молебны, кроме литургии, в ней исправлять позволить. А за то, что тую часовню означенные попы допустили построить без благословения и указа, собою, хотя они и немалому штрафу и наказанию достойны, но оное им за невежество, по снисхождению Синодальной Канцелярии, оставляется. И о том города Белополья духовных дел управителем послать указ, о чем се и посылается; города Белополья духовным управителем о вышеписанном чинить по сему Её Императорского Величества указу.

Герасим, Архимандрит Богоявленский,

Секретарь Алексей Васильев».

Октября 8 1739 года.

По сему указу видно, что

а) в Ворожбе существовала Покровская церковь, но сгорела в 1739 году, причем видно и то, что в 1739 году ворожбянский приход был уже так велик, что при ворожбянской церкви были два священника.

б) Вместо сгоревшего храма священники и прихожане поспешили сами собою построить часовню и просили разрешения, как на построение нового храма, так и на совершение богослужения на престоле часовни с антиминсом. Храм разрешено построить, дозволено совершать до времени и богослужение в часовне, кроме святой литургии. Самовольное же построение часовни в виде церкви  прощено «по снисхождению к невежеству». Памятником сей часовни служит каплица, построенная на каменном фундаменте.

В 1769 году согласно с просьбою прихожан разрешено было Севским архипастырем Кириллом обветшавший деревянный храм, перестроить и поставить на каменном фундаменте. Но вместо того, чтобы перестраивать обветшавший храм, прихожане построили каменный храм, который и освящён в 1778 году.

В сем храме имеются:

а)        Старинный серебряный крест с святыми мощами 11 угодников Божиих: св. вмч. Варвары, княжны Иульянии, преп. Моисея Угрина и Евстратия, свят. митр. Михаила, препод. Печерских: Феодора, Иоанна Многострадального, Пимена, Макария, Григория и Ефрема.

б)        Св. потир с прибором дорогой отделки и весьма величественный на вид.

в)        Книги: Последование молебствий м. [п.] 1743 г.; Триодь цветная м. [п.] 1742 г. с надписью: «1743 г. сия книга куплена сумскаго полку полковым судьею Андреем Васильевым, куплена в сл. Ворожбу Белопольскую до храма Покрова Пресв. Богородицы за 3 руб.»; Триодь

101

постная м. [п.] 1751 г. с надписью: «Отдана до храму Покрова Пресв. Богородицы в сл. Во­рожбу белопол. сотником Данилом Ивановым»; Анфологион м. [п.] 1748 г.; Трефологион к. [п.] 1754 г. с надписью: «Пустынно-Молчанскаго мон. игумен Ювеналий с. Ворожбы в Покровскую церковь пожаловал ради поминовения родителей своих и сродников 1754 г.»; Октоих м. [п.] 1756 г. с надписью: «Куплен в Москве Григорием Лукьяновым Мартыненком за 2 р. 1756 г. с. Ворожбы, в Покровскую церковь дан на вечное время»; Евангелие страстное м. [п.] 1755 г., дар того же Мартыненка.

По последнему штату причт получает жалованье третьего класса 366 рублей серебром.

По переписи 1732 года а) в слободе Ворожбе два священника и школа, старшины и казаков 223, подпомощников 436, работников 48, подданых сотника Куколя 106, сотника Скрыцкого 47, сотника Алексея Даценка 17, священника Петра Степанова 9, а всего 896 душ мужских; б) в слободах ворожбянской сотни – в Климовке, где при храме школа, 421 душа мужская, в Прорубе, где при храме гошпиталь, казаков 122, подпомощников и работников 508, подданых Куколя 49, священника Данилова 12, итого 691 душа мужская пприхожан.

За тем число прихожан ворожбянского храма по ведомостям: в 1750 году 1488 душ мужских, 1403 женских, в 1770 году 1629 мужских, 1440 женских, в 1790 году – 1279 мужских, 1292 женских, в 1810 году 1599 мужских, 1623 женских, в 1830 году – 1702 мужских, 1697 женских, в 1850 году 1714 мужских, 1839 женских прихожан.

От холеры 1831 года умерло 15 человек, а в 1848 году до 95 человек. Кроме того в 1845 году в приходе сгорело до 200 дворов, а в 1849 году было три пожара, причинившие также довольно ущерба и бедности прихожанам.

Ворожбянскому храму весьма долго служили священники Степановы. Священник Петр Степанов свидетельствовал завещание Феодора Чернявского в 1722 г., и он же с Иваном Степановым упоминаются в 1739 г.; священник Григорий Степанов показан владельцем земли в Ворожбянском округе по ведомости 1802 г. Итак, вот уже и целое столетие.

Метрики и исповедные росписи Ворожбянской Покровской церкви в архиве Правления начинаются с 1751 года.

CЕЛО ВЫРИ

На речке Вире в 32 верстах от Сум и в 16 от Белополья.

Земли села Вырей принадлежали стольнику и полковнику Герасиму Кондратьеву, а по нем наследникам той же фамилии; в недавние же времена по родству перешли во владение полковника Николая Зборомирского.

По памятникам прежних храмов прежде ныне существующего храма были в Вырях два храма. Первый был посвящён славе Трёх Святителей – и построен был, по всей вероятности, около 1672 года. Вторый храм – во имя Иоакима и Анны с приделом трёх Святителей сгорел ноября 13, 1732 года. Настоящий храм с тремя престолами, из которых главный во имя всех Святых, южный – во имя Архистратига Михаила, северный – во имя Иоакима и Анны, начал строить в 1738 году полковник Степан Иванов Кондратьев, но окончил помещик Михаил Кондратьев. Иконостах, ризница и утварь – дар храмоздателя Михаила Кондратьева.

Помещик Михаил Кондратьев и в последующее время, по усердию к храму Божьему и к благолепию его, не преставал благотворить храму. Благотворения его, кроме окончания постройки храма и украшения его иконостасом, простираются до 1500 рублей серебром.

Книги храма: Евангелие м. [п.] 1735 г.; Апостол м. [п.] 1694 г. с надписью: «Сия книга Андрея Герасимовича стольника и полковника»; Октоих м. [п.] 1735 г. с надписью: «Куплена в церковь Богоотец Иоакима и Анны, да никтоже дерзнет отдалити книги сея от храма онаго; а ще же кто дерзнет насильством отняти, да имать Судию Праведнаго Иисуса Христа, Сына Божия, и да разсудится пред судом Его страшным, аминь. Дан 7 р. 25 к. року 1735. Подписал поп Федор Никифоров»; Служебник к. [п.] 1746 г. с надписью: «Куплена 1772 г. за 3 р. В

102

село Вири ко храму Богоотец за деньги прихожанина тояже церкви Христолюбиваго Тимофея Харитонова Баенка»; Служебник ч. [п.] 1754 г.; Служба с акафистом Свят. Николаю ч. [п.] 1759 г. с надписью: «Отменил с. Вирей атаман Данил Антонов Кулак, как жена его Феодосия 1776 г. была в Киеве на поклонение, за 1 р. по прошению Выровскаго священника Феодора Вырославского за владение оным селом господина полковника Степана Ивановича Кондратьева. Подписал десятоначальник села Вирей Иоакимо-Анновской церкви священник Феодор Вырославский. В то время были сель­ские начальники: управитель Иван Александрович Кирилов, приказчик Степан Иванов Опареев, атаман Тимофей Харитонов Харьченко, он же и Баенко, да той Даниил Антонов Кулак»; Пролог, 2 части, м. [п.] 1735 г. с надписью: «Отменили сию первую книгу виревские жители, Демьян Якубенко, Тимофей Белой с товарищи в храме Богоотец, ради проповедания слова Божия за отпущение грехов. Подписал поп Федор Никифоров грешною рукою року 1746»; Учительное евангелие м. [п.] 1749 г. с прекрас­ною надписью: «1750 г. куплена в Москве за 2 р. 40 к., купил и дал в церковь Богоотец в село Полковничье иеромонах Геннадий Забродский, постриженец и уставщик св. обители Пустынно-Молчанской Софрониевой, дабы яко в живых, тако и по смерти и впредь будущие священники в молитвах не оставляли, також с ним и монаха Макария, тогож монастыря пострыженца, который к сей книге прикладчиком, неоставлять же. Дана сия книга во пресвитерство благоговейного иерея Иакова Федорова. Понеже вижду превеликое тщание о спасении людей онаго иерея Иакова, егоже имя толкуется запинатель, дабы своим неленостным тщанием, сия же книги поучении запинал людем не делати дел сатанинских, богомерзких и благовению христианскому противных, дабы размножением сего таланта себе и мене Геннадия купно с Макарием искупил во время исхода нашего от мытарей воздушных неврежденными. Понеже тамо не токмо святые мужи и угодницы Божии, но и ангелы трепещут, егда оныя страшныя мытарства с душами преходят, идеже души, неимущия искупа, мытарем оным страшных оставляют в поругание и мучение, сами же со скоростью отлетают на небо, якоже о том мес. мар. 25 д. в жизни препод. Василия Новаго предложено. Во время же отдания книги в с. Вири был управителем благоговейный христианин, г. Александр Кирилов, зять предпомянутаго священника, сродник Геннадию, давшему сию книгу. Мне же паки к тебе слово предлежит, о пресвитере, пастуше словесных овец, да поборасши зело по Богоданней тебе пастве на адскаго амалика-диявола; якоже ныне, тако и до конца да неугасает в тебе огнь божественнаго пламене. Веси честный господине, речение св. Иоанна Златоустого: яко аще едина душа на оный свет без причащения за иерейским небрежением отъидет, то иерей все свое спасение превратил есть, аще и благоговейного жития будет. Но и о сем еще вашу святыню молю, да не зело огорчаешися к согрешающим, да не уподобишися оному пресвитеру Хариклию, повествуемому в книзе кормчей, его же Никон Черногорский и протчии укоряху за немилосердие и зельное огорченное безчеловечие к согрешающим. Но паче всего да имееши в уме оное апостольское слово: вы духовнии исправляйтеся духом кротости, да не и ты искушен будеши. Елико кто болий исповесть грех, толико более к нему милосердие, да не когда зван быв второе или многажды, зельнаго ради запрещения и потязания, усрамится, паче же убоится исповести своя грехопадения и за твое суровство паче погибнет, неже исправится».

Метрики начинаются с 1735 года, а исповедные росписи – с 1739 года. В последних прихожане – подданые черкасы полкового эсаула Ивана Ивановича Кондратьева.

По последнему штату причт Вырейской церкви состоит во 2 классе, с жалованьем 402 рубля серебром.

По переписи 1732 года в селе Вырах сотника Ивана Кондратьева 891 душа мужская, затем было: в 1750 году 1165 мужских, 1075 женских, в 1770 году

103

1560 мужских, 1555 женских, в 1790 году 1630 мужских, 1620 женских, в 1810 году 1785 мужских, 1762 женские, в 1830 году 2031 мужская, 2145 женских, в 1850 году в двух приходах 2112 душ мужских, 2332 женских души.

СЛОБОДА РЕЧКИ

Получила своё название от трёх речек (Крыги, Мороча и Безъимянной), протекающих посредине её.

В отписке князя Ромодановского можно видеть, что в 1663 году в Речках уже существовал храм, так как сей Белгородский воевода называет Речки селом. Поелику же Речки были тогда разграблены Татарами: то едва ли уцелел тогда и храм их. В 1761 году Речанский храм сгорел со всем имуществом – от молнии. Ныне существующий каменный храм основан в 1821 году и освящён в 1832 году. Строителем сего храма был протоиерей Пётр Назарьев, поступивший на место отца своего в 1806 году и ныне ещё служащий храму. Получив доверенность от общества как на ходатайство и построение храма, так и на заготовление материалов и заключение контрактов с мастеровыми, он совершил постройку его с совестью чистою, достойною служителя храма Божьего.

Книги храма: Евангелие м. п. 1685 г., другое – м. п. 1697 г.; Шестоднев м. п. 1678 г.; цветная Триодь м. п. 1702 г.

Метрики и исповедные росписи начинаются с 1751 года.

Приход – 2 класса. По переписи 1732 года в Речках старшины и казаков 158, подпомощников 708 душ мужских, школа и сотник Афанасий Иванов Высоцкий. Затем было: в 1750 году 1070 мужских, 1025 женских, в 1770 году 1461 мужская душа, 1447 женских; в 1790 году 1645 мужских, 1672 женских; в 1810 году 2475 мужских, 2563 женских; в 1830 году 2220 мужских, 2303 женских; в 1850 году 2422 мужских, 2589 женских душ.

О древних событиях с черкасами Речек нашлось одно известие. Белгородский воевода писал в Чугуев: «в нынешнем 171 (1663) году марта 4 писал к вам в Белгород из Ахтырки Яков Шишков: писал к нему в Грунь из Гадяча кошевой атаман Иван Ореховский, что около Гадяча Татары села и деревни повоевали и людей побили и в полон поимали, а села Речки совсем взяли и под Гадяч подгоняют; а под Плотавою Татарове стояли многие люди, а в Кременчуке стоит полк Чигиринский; а приход их чают под Государевы Украйны. Белгородского, Яблоновского, Карновского полков солдат выслать к нам в Белгород без мотчания. – А марта 7 писали к нам из городов воеводы и черкасских городов полковники, что однолично Татар 6000 и изменники черкасы с заднепровскими полками пошли под Государевы украинские города войною».

От холеры умерло в Речках в 1831 году 120 человек, а в 1848 году – 65 человек.

104

ЛЕБЕДИНСКИЙ УЕЗД

104

I Округ

ГОРОД ЛЕБЕДИН

При речках Ольшанке и Труханке, в 153 вер. от Харькова.

В инструкции сумской городовой ратуши от 2 дек. 1659 г. видим уже не только город Лебедин, но и Лебединский округ. Население его происходило, по всей вероятности, в одно время с населением гор. Сум, т.е. ок.1652 г. Черкасам города Лебедина отведены были весьма обширные дачи земли, так что на этих дачах в последствии образовались не только хутора, но и целые слободы — Бишкин, Бережки, Рябушки, Будняка. Это указывает на то, что первые поселенцы Лебедина явились на берега оз. Лебедина в больших массах. С самого начала своего Лебедин был укрепленным сотенным местечком сумского полка; с 1765 г. был он комисарским городом, а с 1782 г. остается уездным городом. Вот как описывали крепость Лебедина в 1785 г.: “город имеет укрепление: с 3 сторон окружен земляным валом, вышиною от горизонта от 2 до 3 сажень, шириною также от 2 до 3 сажень; по углам 4 батареи; для закрытия же их насыпной земляной вал, вышиною в 1 сажень; въезд в крепость с 4 сторон; от востока и запада протекает речка Ольшанка, которой берег вместе с валом возвышается до 4 сажень; в крепости соборный храм Успения Богородицы еще недостроенный,  и храм Преображения Господня”. 

В 1785 г. в Лебедине было 13 церквей и духовное Правление; ныне остаются церкви: соборная Успенская, Николаевская, Троицкая, Ильинская, Покровская, Георгиевская, Трехсвятительская и Воскресенская.

Первый Успенский храм в крепости построен без сомнения в то самое время, как Лебедин стал городом т.е. около 1652 г. По червленскому акту 1667 г. известен “Лебединской Успенской церкви протопоп Иван”. Один из актов, хранящихся в нынешнем соборном храме, данных собору, дан в 1678 году. Кроме того в нынешнем храме сохраняются древние св. вещи, принадлежавшие древнему соборному Успенскому храму: а.) св. крест серебряный, на котором вырезана следующая надпись: «лета 7205(1697г.) февраля в 1 день сей животворящий крест выменян в город Лебедин в соборную церковь Успения Пресв. Богородицы; а промену стал и с позолотою 26 рублей, 15 алтын, весу в нем без подножия 2 фунта и 7 золотников».

Ныне существующая каменная соборная Успенская церковь начата постройкою в 1774 г., и главный престол ее освящен 7 ноября 1797 г. Кроме главного престола в ней два придельные: на правой стороне во имя Рождества Христова, заменивший собою существовавшую до того времени Рождественскую церковь, которой метрики в Ахтырском правлении начинаются с 1742 г. и которая в 1808 г. перенесена на кладбище; а другим придельным престолом заменен Преображенский храм, которого священник Алексей известен по червленскому акту 1667 г., а метрики начинаются с 1742 г.; и который в 1800 г. перенесен в с. Марковку.

107

Главным храмоздателем нынешнего собора был майор Иван Игнатьевич Варавкин, бывший тогда городничим в Аебедине. Построение храма стоило 50 ООО р. ассигнациями.

Прекрасная плащаница пожертвована в 1815 г. дворянкою Устиною Олещенковою, употребившею на сие 200 р. серебром, и та же бла­готворительница подала напрестольный крест в 110 р. серебром.

Более же других делал для украшения и поддержки церкви протоиерей Михаил Залесский. Он поступил в собор священником в 1810 г. В это время храм был весьма беден, он покрыт был гонтом, но гонт до того худо защищал церковь, что в дожди вода протекала в храм на иконостасы, полы пришли в ветхость; придельные иконостасы стояли неосвященными, не было ни ограды, ни колокольни. Первым делом священника Залесского было ходатайствовать у высшего начальства о вспомоществовании соборному храму, и в 1812 г. высочайше назначено пособие собору в 30000 руб. ассигнациями, каковую сумму велено отпускать из городского сбора. При этом пособии и при других пожертвованиях: а.) храм покрыт железом, и в окна вставлены железные решетки; б.) вокруг церкви сделана каменная ограда; в.) построена каменная колокольня и при ней каменные лавки. Все это окончено до 1842 г.

Более же других делал для украшения и поддержки церкви протоиерей Михаил Залесский. Он поступил в собор священником в 1810 г. В это время храм был весьма беден, он покрыт был гонтом, но гонт до того худо защищал церковь, что в дожди вода протекала в храм на иконостасы, полы пришли в ветхость; придельные иконостасы стояли неосвященными, не было ни ограды, ни колокольни. Первым делом священника Залесского было ходатайствовать у высшего начальства о вспомоществовании соборному храму, и в 1812 г. высочайше назначено пособие собору в 30 000 р. ассигнациями, каковую сумму велено отпускать из городского сбора. При этом пособии и при других по­жертвованиях: а) храм покрыт железом и в окна вставлены железные решетки; б) вокруг церкви сделана каменная ограда; в) построена каменная колокольня и при ней каменные лавки. Все это окончено до 1842 г.

Кроме помянутых древних утварей, достойны внимания: а) книги: Евангелие в серебряных деках м. п. 1707 г. с надписью: «Надал Федор (Татаринов) сотник Лебединский ко храму Преображения Господня»; Евангелие м. п. 1735 г. в серебряных деках с надписью: «1736 г. мес. августа 28 куплено сие евангелие, листы, в Москве, ценою 4 р. 10 алтын, а деньги такия даны от цехмистра мужицкаго Ивана Петрова Пернякова и ключника Якова Трофимова и со всею братиею мужицкою; по своему обещанию отдали в соборную церковь Успения Девы Богородицы вечными часы; а сие писание писал соборной церкви поп Симеон Марков»; Минеи служебные 11 книг, м. п. 1741 г., на март м. п. 1747 г.; Триодь постная м. п. 1748 г.; Триодь цветная м. п. 1749 г.; Устав м. п. 1700 г.; Служебник к. п. 1746 г.; Анфологион м. п. 1748 г.; б) Акты на бишкинскую мельницу, которые сообщаем здесь как достойные внимания по многим отношениям.

а) Завещание 1678 г.

«Во имя Отца и Сына и св. Духа, аминь. Я раб Божий Алексей Иванович, обиватель Лебединский, чиню ведомо сим моим добровольным тестаментом, не от кого не намовленным, але с самой воли моей, видячи ближше к смерти, ниж к животу, а хотячи того, аби убозство свое распорядил, аби до того жадный с кровных моих не втручался, як близких, так и далеких, а ни дети родние, але все убозство мое отказую церкви Божой Успению Пресв. Богородицы в гор. Лебедине стоячий семи сот шесть грошей в Бешкинской гребле млин, а в том млине камений два и ступи да полставидлы с Карныхою жителькою Лебединскою, комора на рынку, двор в Перекопе, да с атаманом Ольховиком лука пополам. И все от мала до велика, що есть убозьства моего, церкви вышереченной Успения Пресв. Богородицы. А мел бы в чем кто перешкоду чинить сему моему тестаменту, остатней воле моей, тое убозьство от церкви Божой отлучать, таковый буде проклят св. отцами 318, иже в Никеи. Писано в Лебедине при отцу моем духовном о. Павлу, да при пану сотнику Лебединскому Софронию Васильевичу да при Каленику Панасовичу Крамару Лебединском да при Андрею Гутнику да при Мирону Крамару Лебединском и иных многих людех зацных и вере годних. Деялося в Лебедине р. 1678 мес. января 22 д. А сей мой тестамент даю при памяти своей Крамаром лебединским в руки, пану Каленику Панасовичу да пану Мирону Тимофеевичу.

К сему тестаменту вместо Софрона Васильевича сотника лебединскаго Иван Ильин писарь, на тот час будучи, по его велению руку приложил и печать притиснул городовую. К сему добровольному тестаменту Лебедина гор. соборной церкви Успения Пресв. Богородици протопоп Степан Михайлович вместо лебединскаго жителя Алексея Ивановича, по его велению руку приложил. К сему листу добровольному тестаменту Леон­тий церкви Покровской поп вместо лебединска-

108

го жителя Алексея Ивановича, по его велению, руку приложил. И еще подписался Мирон Тимофеевич Крамарь, житель лебединский».

Завещание записано в Сумах у крепостных дел 1735 г. февраля 6 дня.

б) Завещание 7 сентября 1710 г.

«Во имя Пресв. Живоначальния Троицы… Я Тимофей Андреев сын Крамарь, житель лебединский, любо естем на сей час хоробою от Господа Бога на теле зариженный, але естем при доброй памяти и з полного разуму будучи, а ведаючи о том добре, иж кождый человек здоровый хоробы не уходит, а у хоробе смерти ближний зостает и оной сподеватися мает, за чим постирегаючи я того, абы по смерти моей межи женою и инными кревними моими убогую, позосталую по мне, маетность и субстанцию мою жадной турбации и заводых кривих и неправных не було, теди ведомо чиню и ознаймую сим моим тестаментом остатной воле моей каждому, зособне кому бы о том ведати належало теперь и на потом. Завше, им зде мене Господь Бог в той хоробе моей до хвали святой своей поволити будет рачил, — теди на продь душу мою в руки Пресв. милосердия Божего полецивши, тело мое грешное, от земли взятое, знову отдано и поховано быти мает при храму соборной церкви Успения Пресв. Богородицы з убожества моего позостаючого коштом; ащо ся тянет, распоряжаю и порядок чиню таковым способом: напрод по смерти моей за душу, яко то по христианску, на три церкви сорокоуст отправите и всегда Бога молить, грошей готових сто золотих. На церковь Божию Успения Пресв. Богородици в Лебединском уезде в с. Бишкине на р. Пеле на ходу задний камень да под млинами в селе двор со всем строением; там же под селом луговой рощи половина; в городе на ряду камора з двома окни, серебра ломанаго ложек три, чарка да кубок и которая ни есть цень, все церкви Божой половина; грошей готовых добрих девядесять рублей вручаю честному отцу протопопи Ивану Кириловичу до рук его, где он похощет на доброе дело, тамо и подает. Жоне теж моей Марьи отказую двор мой, в котором я и на сей час мешкаю, со всем строением, — в селе Бишкине на Пеле на ходу передний камень, теж в селе Гутницкий двор со всем строением, да под селом луговой рощи половина, як же выши реклося в роспоряженю, и на церковь Божю с тех же нажитков все по полам; а за Будылкою байрак с сенними покосы, медных казаков виничных три в городе на ряду, в каморе окно, якое похощет взяти, з серебра чарок две, ложок две, кубок, цени половина, грошей золотих сто; из быдка котори коне и свине и що ни есть в господарстве особливе неименованний посуд и рухледь, поле па­хотное и не пахотное и долги, которие на людех за що не будь залежат, жоне моей справыти и владеть всем тем вышеписанным. А сестре моей Анне особливе отказано готовых грошей десять рублев. Аби ся чим кождое 3 них кон- тептовалы, що есть описане в сем тестаменте моем. А хто бы кольск важился той мой тестамент в чем кольск нарушити и турбацию, якую-же кольск жени собой поднимовати: овож таковою на страшний суд Божой позываю и там ся зо мною пред Судиею справедливым, которий придет судити живих и мертвых, расправитися повинен будет. А при сем тестаменте моем були соборной Успенской церкви протопоп Иван Кирилов, да тойже церкви поп Григорий Павлов, да городовий атаман Тишка Котляр, да на тот час будучий сотник наказний лебедин­ский Степан ключник, да Влас ключник, Илья Цехмистр Козорезский и много людей зацних и вере годних. А сей тестамент писал с позволения Тимофея Андреевича Вознесенский поп Прокоп Васильев 1701 р. сент. 7 д.»

Под завещанием подписались помянутые протоиереи и священник соборные, Федор Тихонов вместо отца своего лебединского город, атамана Тихона Данилова, Троицкий священник Андрей вместо наказного сотника, Преображенский священник Алексей вместо духовного сына своего Илии Дмитриева.

Известные протоиереи — управители духовных дел: а) Иоанн по акту 1667 г.; б) Стефан Михайлович 1678 г.; в) Иван Кирилович 1710 г.; г) Семен Степанович Джунковский, известный по делам 1718—1741 гг.; д) Стефан

109

Еремеев с 1742 г.

[В ноябре 1742 г. он был выбран «быть в Лебедин. ведомстве у духовнаго Правления и у сбору денежной казны». Под выбором подписались: а) лебединские священники — два соборные, два Преображенские, два Никольские, два Покровские, Трехсвятительский, Архангельский, Вознесенский, Георгиевский; б) сельские Лебединского ведомства — с. Селищ Воздвиженский, с. Влезек Никольский, г. Алешни Преображенский и Покровский, с. Журавного Архангельский, г. Каменного Преображенский и Покров­ский, с. Буймера Николаевский].

В 1743 г. он доносил консистории, что в доме лебединского учителя Евфима Гарбара учинено было поругание ико­не Богоматери, которую приносили из Николаевской церкви. Чем окончилось судопроизводство по сему делу, неизвестно. Но Еремеев был духовным управителем — протоиереем и в 1750 г. В октябре 1751 г. произведен в протоиерея и духовного управителя Воскресенский священник Иоанн Иванович Шкурский, но который остался при Воскресенской церкви. В 1799 Г. видим протоиереем Семена Семено­вича Джунковского.

К древним храмам Лебедина относят существующий храм Свят. Николая. Он построен из колотого, а не распиленного, леса, как видно еще и ныне на стенах храма, хотя он в 1761 г. был перестроен. Первые прихожане его привезли с собою из за Днепра священника Чижевского, который в последствии оканчивал жизнь иноком в Предтеченской пустыни, находившейся между Михайловкою и Межиричом. Колокол Николаевский лит в 1660 г.

Икона Святителя Николая — с давних времен предмет особенного благоговения для прихожан, едва ли также не перенесена из-за Днепра первыми поселенцами Лебедина. Иконопись ее очень древняя и серебряная риза старинной отделки.

Книги храма: Евангелие м. п. 1657 г.; Триодь цветная м. п. 1746 г.

В архиве хранится акт пожертвования одного мельничного постава вдовою Анною Юрчихою в пользу Николаевского храма, написан­ный в 1707 г.

Метрики начинаются с 1742 г.

Каменный храм живоначальной Троицы с такою же колокольнею окончен постройкою и освящен в 1831 году.

Эта каменная, довольно величественная, римского стиля, церковь, тремя престолами своими заменила собою три храма, издавна существовавшие в Лебедине: Троицкий, Михайловский и Петропавловский.

Первый Троицкий храм построен был прежде 1667 г., в котором по акту Червленской церкви известен священник ее Андрей.

По тому же акту 1667 г. известен Григорий священник церкви Архангела Михаила.

Первый Петро-Павловский храм вероятно основался ок. 1701 г. во время Петра 1. Метрическая книга Петропавловской церкви 1742 г. ведена была священником Герасимом Ромнецким. Об этом священнике и об отце его была любопытная переписка Сумской полковой канцелярии с Консисториею.

«Промемория из сумской полковой канцелярии в Консисторию Уго Преосвященства Антония митропол. белгород. и обоянского. Минувшого мая 4 д. сего 1744 г. в донесении из лебединской сотенной ратуши в сумскую полковую канцелярию объявлено: с прошлого 1732 г. написан в лебединской сотне казаком лебединской житель Роман Горелчаник, с которого году и поныне платил казачий оклад. – И оный казак Горелчаник, укрываясь от полковой службы, в прошлом 738 (1746 г.) сына своего Герасима послал в Белгород тайно и происком его тот бывшим Преосвящ. Петром архиепископом в городе Лебедине к Петропавловской церкви посвящен в попа, о чем из сумской полковой канцелярии в Консисторию было сообщено, точию тот казачий сын невзирая на то пострижен в попы. – А по ревизии прошлого 741 г. он Горелчаник написан же казаком и казачий оклад платил с прочими казаками в ряду. А ныне Горелчаник, убегая ее Императорского Величества службы казачей, поехал в Белгород и в Консисторию подал прошение, чтоб ему Горелчанику быть под духовною протекциею надзирателем, чтобы при

110

церквах никто не говорил, или в другое какое церковное послушание, а в светской команде не быть. А по имянному блаж. памяти Государыни Императрицы Анны Иоанновны указу, состоявшемуся 1734 г. июля 31 д. за подписанием ее Величества собственной руки церковных ктиторов определять с свидетельства от полков; а кто, нежелая в службе быть, в священнический и монашеский чин пойдет тайно, у таковых отобрав грунты, отдавать служащим, ежели у них детей в казацкой службе не останется, и оным ктиторам службу и городовую повинность отправлять и судимым быть с причими при полках. Да по всемилостивейшему ее Величества указу, состоявшемуся 1743 г. сент. 28 д. в Высочайшее ее присутствие в Сенате за подписанием ее Величества повелено в слободских полках казаков содержать 5000 человек и по равномерному с прочими слободскими полками росписанию положено в сумском полку 1300 человек, которых за недостатком достойных к тому людей набрать трудно. А Горелчаник имеет довольные казачьи грунта, которые при поселении полка по жалованным грамотам даны для службы, а не для довольствия состоящих в духовном Правлении; да и кроме того имеет достаточные пожитки и торговыя лавки и убегая от службы ее Императорского Величества ищет случая быть в духовном Правлении. Того ради по указу ее Импер. Величества в сумской полковой канцелярии определено: в Консисторию Его Преосвященства послать промеморию и требовать, чтоб оная благоволила помянутое поданное от казака Горелчаника прошение по силе Именного указа 734 г. июля 31 д. отменить и в действие не производить и для правления ее Императ. Величества казачей службы прислать в сумскую полковую канцелярию: ибо ежели Горелчаник, по его намерениям может исполнить желание свое, то и прочие сумского полка казаки ко отбывательству от службы могут изыскивать таковые же способы, от  чего в казачей службе может последовать умаление. Консистория Его Преосвящ. Антония митр. белгор. и обоян. да благоволить сообщить в сумскую полковую канцелярию, что учинено будет. Июн. 6 1744 г.

Полковник Андрей Кондратьев. 

Полковой писарь Василий Протопопов».

Заметим при сем, что Герасим Ромнецкий пред посвящением своим в показании своем назвал себя незаписанным ни в какой оклад. После сего просьбы о посвящении избранного прихожанами в священника стали подписывать сотники и по иным просьбам делались сношения с полковою канцеляриею. Между тем до какой степени были разборчивы при посвящении кого-либо во священника, показывает между прочим пример диакона Троицкой церкви Якова Иванова, зятя протоиерея Семена Стефанова. Ему велено было непременно выучить наизусть катехизис и тогда чрез год явиться к посвящению во священника. А он в декабре 737 г. показывал о себе: “родом он Яков малороссиянин, родился Вольновского уезду в с. Семеренках; отец его Иоанн с. Семеренек при Николаевской церкви попом. Чтению и пению изучен он в с. Семеренках при Николаевской церкви в школе дьячком Иваном Алексеевым; взят был по указу в славенолатинския школы и учен в аналогии и инфиме профессором Петром Венсовичем, в грамматике Пелчинским, в синтаксиме, и поэтике Корабановичем, в Харькове в риторике Тапольским два года и по окончании реторики дан ему отпускной патент за рукою префекта помянутого Афанасия Тапольскаго; в учении был семь лет”. В священника посвящен он уже в 1741 г.

Церковь св. Пророка Илии первою своею постройкою принадлежит ХYII стол. По акту 1724 г. известен лебединский Ильинский священник Андрей. В ней стоит икона св. Николая — издавна предмет особенного благоговения прихо­жан. Иконопись ее древняя; старожилы, по преданию, говорят, что она внесена в храм каким-то прихожанином андреевским по особенному случаю около 1700 г.; серебренная риза устроена в недавнее время.

Книги храма: Требник «за благоволением в Бозе ясне превелебнаго г. Иннокентия Гизеля архимандрита лавры» к. [п.] 1677 г.; Служебник к. п. 1738 г. с надписью: «Куплен Лебединским жителем Дмитрием Пушкаренком 1738 г.»; Трефологий к. п. 1734 г.

Метрики Ильинской церкви за 1742 г. надписаны так: “книга гор. Лебедина церкви

111

Пр. Илии попов Андрея Андреева, да Прокопия Андреева.”

Два же священника сей церкви давали сказку о причетниках в 1748 г., когда писали: “по указу против прежнего быть надлежало священникам двом, дьячку единому и пономарю единому; – а действительных дьячков и пономаря не имеется и не бывало, отправляют должность черкашены по найму прихожан”.

По переписи 1732 г. при Ильинском храме школа.

К сей церкви приписана деревянная Вознесенская церковь, по ветхости уничтоженная. Она построена, как видно из описи, в 1692 году. Священник ее Прокопий известен по акту 1701 г. Сей церкви принадлежит свят. Евангелие в серебр. окладе, напечатанное в Киеве 1712 г. На место ветхой церкви в 1747 г. разрешено построить каменную церковь. Метрики Вознесенской церкви начинаются с 1742 г.

В духовном завещании 1678 г. видим уже священника Покровской церкви Леонтия. Следовательно, нет сомнения, что первый Покровский храм в Лебедине построен прежде 1678 г.

Книги храма: Служебник к. п. 1743 г.; Акафист вмч. Варваре к. п. 1746 г.

Метрика за 1742 г. “гор. Лебедина посадской церкви Покрова Пр. Богородицы” самая старая из уцелевших; ведена была двумя священниками.

Храм вмуч. Георгия в первый раз построен в Лебедине вероятно около 1700 г. В 1765 году построена ныне существующая деревянная церковь. В библиотеке храма: октоих М. п. 1727 г. и служебник 1734 г. Метрики начинаются с 1742 года.

Благотворителями храма были священник сей церкви Яков из дворянской фамилии Джунковских,

[Из этой фамилии очень многие были священниками в Лебедине. По ведомости об имениях 1784 г. в дачах Лебедина показаны: лес (30 дес.) священников Семена Семеновича, Семена Яковлевича, вдовы протопопицы Марфы Ивановны и вдовы попадьи Мелании Евстафьевны Джунковских; две пустоши (44 дес.) попадьи Меланьи Джунковской. При Троицкой церкви были священниками с 1751 г. Яков Джунковский, сын протоиерея Семена Семеновича Джунковского; с 1759 г. другой сын его — Степан Джунковский. По ведомости 1799 г. у священника Григория Яковлевича Джунковского 3 души муж., 2 жен. пола подданных].

который в 1819 г. внес в храм до 300 р. серебром, и церковный староста Прохор Губский, пожертвовавший на поддержание храма 280 р. серебром.

По одному делу 1740 г. видно, что Трехсвятительский храм существовал в Лебедине на посаде еще в 1709 г.

[Дело 1740 г. о посвящении к Бишкинской церкви во священника певчего Сергея Осипова, который «родился в г. Лебедине на посаде в приходе Трехсвятительской церк­ви и от роду имеет 31 год»].

Метрики сей церкви начинаются с 1742 года. Иконостас нынешнего храма, построенного в 1795 г., обновлен в 1828 г.

Книги храма: Апостол к. п. 1738 г.; Октоих к. п. 1739 г.; православное Исповедание веры ч. п. 1752 г.; Часослов л. [п.] 1751 г.; Псалтырь л. [п.] 1753 г.

Воскресенская деревянная церковь построена старанием священника Григория Шкурского в 1789 г. Но это не первый храм сего имени в Лебедине. Метрики Воскресенской церкви начинаются с 1742 г., и самая первая из уцелевших писана священником Иваном Ивановым Шкуркою; в 1725 г. Воскресенский священник Иоанн писал, что он посвящен в 1701 г.; а по другому делу видно, что в 1709 г. умер священник Лебединской Воскресенской церкви Стефан.

Книги богослужебные: Псалтырь м. п. 1739 г.; Акафист вмч. Варваре ч. п. 1737 г.; Служебник ч. п. 1747 г.

Замечателен благочестивый обычай, исстари соблюдающийся Лебединскими церквами: — на озеро Лебедино за 2 версты от города, из храмов с иконами и хоругвями, а граждане с цеховыми значками, выходят для общественного моления, особенно во время бездождия и других бед.

По переписи 1732 г. в г. Лебедине старшины и казаков 672,

[Первой сотни сотник Тимофей Михайлов Красовский, второй сотни сотник Петр Михайло Штепа, его дети Иван — 11, Павел — 8, Григорий — 6 лет, подпрапорные Василий Сафонов, Моисей, Иван и Петр Федоровичи Татариновы, Федор Степанов].

подпомощников 3022, работников и подданных 308, духовных 135, а всего 1087 душ муж. пола.

В сказках, поданных Лебединскими священниками в 1748 г. приходские дворы де-

112

лились на два класса — на дворы казачьи и на дворы посполитые; число же показано следующее: при Георгиевской 18 казачьих, 54 посполитых, при Ильинской – 12 и 52, при Николаевской – 11 и 50, при Воскресенской 120 дворов.

В последующее время видим такое число прихожан:

Ныне к приходу Воскресенской Лебединской церкви принадлежит сельцо Кудиновка, где был храм  св. Троицы, при котором было прихожан в 1750 году 150 муж.,141 жен., в 1770 г. 163 муж. 162 жен., в 1790 г. 172 муж. 202 жен., в 1810 г. 189 муж. 194 жен.

Если бы прихожане лебединских храмов не переходили из Лебедина в другие места, то после 1790 г. по естественному ходу размножения людей, число жителей Лебедина чрез 60 л. возросло бы по крайней мере до 18000 душ обоего пола.

По давнему обычаю в г. бывают четыре ярмарки в году: 1 января, в Вербную неделю, в десятую пятницу по пасхе и 20 сентября: но торг их не обогащает жителей; оборотного капитала бывает на них до 25000 руб. сер.; кроме того бывают торги два раза в неделю.

На пяти красильных заводах красятся шерстяные вязаные кушаки, на сумму 5720 руб. серебром. Кушаки продаются преимущественно в Ромнах и на Коренной ярмарке.

Существующая богадельня содержится на проценты капитала, положенного в банк майором Джунковским; в городской больнице пользуются больные на счет города.

Бедствия недавнего времени открывались в Лебедине в следующем виде: от холеры 1848 года умерло в Успенском приходе – 80 человек; в Николаевском из 728 – 18; в Троицком 103; в Ильинском и Вознесенском из числа 1843 человек – 65; в Георгиевском, где 1287 лиц, 63 человек; в Трехсвятительском из числа 883 – 32; в Покровском из числа 774 – 27; в Воскресенском из 1099 – 80 человек. А всего в Лебедине умерших от холеры было 468 человек. В 1831 г. смертность была  менее значительна; тогда во всех приходах умерло от холеры до 240 человек.

Из царской грамоты февраля 21 1695 г. видно, что Лебединские черкасы во время бунта Брюховецкого (в 1666 г.) много пострадали за верность свою царю, вытерпели сильную осаду, во время которой многие умерли от ран, другие лишились всего, быв ограблены на пасеках и хуторах; потому царь жаловал их вместе с прочими казаками сумского полка привилегиями.

[См. с. о г. Сумах].

113

В Чугуевской переписке сохранилось следующее любопытное донесение лебединского сотника от 26 сент. 1681 г. “с табора под Бишкиным” (Змиевским) к генералу Касогову.

“По указу великого Государя и по вашему милостливому приказу о построеньи надолоб под Бишкиным (Змиевским) от озера до болота надолобы годно построили и еще звыше того. Една же, добротью нам милостивый и то ознайменуем, же теперь товариство наше, казаки наши сумского полка в запасах оскудали дуже, же на силу в которых есть що и исти. И от такого голода з табора уходят, же не могут и запинати их. В приходе мало казаков. Наступает время зимнее. А они бедные наги и больны и исти нечого и конем корму нет. А из домов прислати нечого за убожством. В прошлом году в нас в Лебедине гневом Божиим посад выгорел и в том пожаре хлебом оскудали дуже. И теперь ту ж стояти на заставе нам стало неможно”.

[Имена сотников, писавших донесение, не означены в донесении, но по Червленской межевой книге 1681 г. видно, что в этом году был Лебединским сотником Иван Бирло].

Самым замечательным временем для Лебедина был конец 1708 и начало 1709 г. Около 20 ноября прибыл в Лебедин Великий Петр с войском. Здесь он пробыл до 26 декабря, временно отлучаясь для обозрения войска и мест. По местной памяти, Петр квартировал в доме сотника Татарчука, предка по женскому колену нынешней дворянской фамилии Джунковских; этот двор находился в средине города, на берегу Боровка, вблизи соборной Успенской церкви и бывшей Преображенской церкви; в сей последней, на стене южной, была вырезана и надпись: “1708 г. ноября был в сей церкви Царь Петр и читал апостол”.

[См. о Марковке].

В Лебедине вместе  с Петром были полководцы его – Меньшиков и другие. Отсюда гетман Скоропадский разсылал тогда универсалы свои в опровержение универсалов изменника Мазепы. В универсале от 8 декабря, писанном в Лебедине, говорил он между прочим казакам о Карле: “Саксония, Шлионско (Силезия) с ним единоверны суть: однакож целиком от него порабованы (приведены в рабство) и вольности их нарушены, костелы зась римские в Шлионскую на Лютерские обернены и всякия им утиски и неволя учинена.Чегож мы, православные христиане, от него, яко иноверного и иноязычного, з которым а не народ наш, а не границы и малой близкости и склонности немают, ожидати себе может… З того и инного всего может каждый верный сын отчизны Малороссийской видети, иж целый помянутый универсал, альбо пашквиль, Мазепин, наполнен неправды и яду смертоносного,… побуждаючи за згубу нашу, и ж бы – поддались в неволю тяжкую, иноверную, еретницкую, шведскую, альбо теж Лядскую”.

[Ригельман. Кн. 3. С. 57-65. Маркевич 4. С. 246-260. Судиенка материалы 2. С. 317, 318].

Петр объявлял в Лебедине прощение раскаявшимся пред ним во временном увлечении на сторону Мазепы. Прежде всех явился к царю Даниил Апостол, полковник Миргородский. Петр оставил за ним чин, полк и имения его. За ним явился генеральный хорунжий Иван Сулима, – потом компанейский полковник Игнатий Галаган и оба приняты были Петром милостиво.

[Ригельман. Там же. С 65. Летопись о войсках Хмельницкого. Маркевич. История Малор. 4. С. 270—273].

Так как Апостолу и Галагану Мазепа, закрывая свои намерения, не раз объявлял условия, на которых он Мазепа готов покорится Царю: то по воле Царя Апостол и гр. Головкин писали из Лебедина к Мазепе о согласии Царя на эти условия, приглашая его и главных его товарищей в Веприк или Лебедин. Мазепа был хитр, чтобы дать поймать себя в сети: но те, которых он дотоле обманывал мнимыми заботами своими о благе Малороссии, также увидели, что не отчизна на душе у него. Конисский в число прощенных Петром включает еще Ивана Максимовича, Дмитрия Горленка, Михайлу Ломиковского, Кандибу. Но вместе с тем указывает в Лебедине на обширную могилу Гетьманцев, как на памятник безчеловечной жестокости кн. Меньшикова. Он говорит, что Меньшиков разными пытками, – батожьями, кнутом, раскаленным железом допытывался у несчастных

114

жертв Мазепина обмана сознания в участии их в деле Мазепы, что кто не выдерживал второй или третьей пытки пытки, того, как виновного, приказывал казнить. Число погребенных Гетьманцев простиралось, по словам его, до 900; впрочем число это, прибавляет он, может быть преувеличено.

[Конисский. Ист. руссов. С. 212,213. См. Летопись о войсках Хмельницкого. С. 94].

По местным сведениям, могила Гетьманцев ныне находится в саду одного из прихожан Вознесенской церкви, в 300 саженях от бывшего городского вала; возвышенная насыпь простирается более, чем на 10 саженей в длину и ширину; местами на этой насыпи оказываются провалины и по временам во время построек выкапывались человеческие кости. Нынешнее городское кладбище отведено, как и в других местах, не прежде 1771 года. С 1808 г. стоит  на новом кладбище деревянная Христорождественская церковь, перенесенная сюда из города, на возобновление которой Алексей Демьянович и Петр Алексеевич Добросельские, отец и сын, употребили 2500 руб. серебром. Храм на новом месте освящен во имя св. жен Мироносиц. Могила же Гетманцев, по прежнему, стоит вдали от храма.

СЛОБОДА БИШКИН

В 12 верстах от Лебедина, по ведомости 1786 г.– в дачах Лебединских черкасов.

В духовном завещании 1678 г. видим уже местечко Бишкин, а в завещании 1710 г. Бишкин не раз прямо называется селом.

[См. о Лебединском соборе].

Посему надпись, сохранившаяся на старом жертвеннике, которая говорит об устроении жертвенника в 1735 г., должна быть принята за указание на то, что в 1735 г. построен был уже второй храм в Бишкине.

[Надпись на жертвеннике, который теперь служит шкапом для книг, говорит: «Твоя от Твоих Тебе приносят великодарственный царю Христе Боже наш в жертву благоухания духовнаго рабы твои недостойные Герасим с подружней и чады, еже приимши в пренебесный свой жертвенник низпосли нам благодать и дар Св. Духа; во оставление грехов устройся рабом Божиим Герасимом Тимофеевым сыном Надаржинским, сумским полковником (наказ­ным?) 1736 г.». В 1740 г. прихожане писали: «В прошлом 734 г. с. Бешкиня поп Василий постригся в иноческий чин в Сумском монастыре… з ведома нашей старшины и с согласием Лебединскаго протопопа приговорили мы в попи к оной Бешкинской Димитриевой церкве, бывшаго дому В. Преосвященства певчаго, лебединскаго обивателя Сергея Осипова… В приходе оной церкви, Архипастырь Бо­жий, имеется дворов сто; а подцерковной земле и сенних покосов не имеется; а будет удовольствоватись по нашему черкасскому обикновению с церковних доходов и мирских треб». К просьбе подписался, кроме прихожан, «Лебединский сотник Тимофей Красовский»].

Ныне существующая церковь великомученика Димитрия построена в 1753 г.

В 1805 г. устроены новый иконостас и два киота на клиросах. Эту работу производил сумского уезда сл. Низшей Сыроватки житель Андрей Яковлев частью безмездно.

Книги храма: Трефологий, печатанный 1745 г. в Чернигове, с надписью: «1746 г. мес. мая отменила раба божия Мария Андреева Романова жена Акименкова в с. Бишкинь, в церковь вмч. Димитрия за отпущение грехов своих, ценою за 10 руб.»; Служебник ч. п. 1747 г.

Священник Стефан Луценко, как происходивший из дворян, в 1802 г. признан владельцем населенной земли, что видно по печатной ведомости того года об уездах. И он употреблял, как видим, данное Богом в славу имени Его, на украшение храма Его.

Причт владеет 33 десятин пахатной земли и 12 десятин сенокосной.

По переписи 1732 г. в Бишкине 560 душ муж. 534 жен., школа и богадельня. За тем было: в 1750 г. 628 муж. 582 жен., в 1770 г. 776 муж. 770 жен., в 1790 г. 818 муж. 909 жен., в 1810 г. 910 муж. 960 жен., в 1830 г. 991 муж. 1008 жен., в 1850 г. 957 муж. 1034 жен.

В старшей метрике (1742 г.) показано родившихся 28 муж. 21 жен., умерших 17 муж. 11 жен. пола.

В 1831 г. холера унесла во гроб из прихода 12 душ обоего пола.

В 1848 г. таже болезнь с большею силою обнаружилась в Бишкине: тогда умерло от неё до 128 человек.

115

БОЛЬШОЙ ИСТОРОП

В 26 верстах от Лебедина, при р. Исторопе и при дороге из Лебедина в Сумы.

Ныне существующий храм св. великомученицы Параскевы, нареченной Пятницы, построен в 1780 г. иждивением помещика Кондратьева. Но храм в Великом Исторопе существовал уже в ХVII столетии. В межевой выписке 1675 г. данной полковнику Герасиму Кондратьеву сказано: “на р. Истороп – двор его полковника Герасима Кондратьева со всяким заводом, да к тому двору село, а в том  селе церковь пр. матере нашея Параскевии”.

[Здесь же сказано: «Едучи до верховья р. Исторопа Сагайдачным шляхом на леве земля и леса и всякие угодьи гор. Боромли». Эта межевая опись помещена в выписке из отказных книг 1695 г., где сказано, что исторопское име­ние духовным завещанием полковника Герасима Кондра­тьева отдано вдове и детям сына его полковника Григория Кондратьева].

Сотник Григорий Кондратьев и ктитор Исторопского храма Петр Кондратьев в мае 1733 г. испрашивали дозволение, соответственно обещанию их, починить обветшавший Пятницкий храм с тем, чтобы устроить в нем придел во имя свят. Николая, и это им дозволено.

Книги храма: Служебник к. п. 1629 г. [409], другой — в 8 д. к. п. 1660 г., тре­тий — к. [п.] 1747 г.; Устав м. [п.] 1745 г.; Служба с акафистом великомученице Варваре к. [п.] 1749 г.; Тестамент ч. п. 1759 г.; Служебник 1629 г. весьма замечателен. Содержание его: после посвящения Богу от арх. Петра Могилы а) соборное деяние по делу об исправлении служебника, подписанное м. Иовом Борецким, смоленским архиепископом Исаиею Копинским, луцким епископом Исакием Боринсковичем, холмским епископом Паисием Ипполитовичем; б) предисловие Тарасия Земки с рассуждением о литургии; в) последование диаконства; г) устав бденья и вел. вечерни, последование полунощницы; д) чин благословити вино; е) проскомидия; ж) три литургии; з) отпусты и молитва над коливом; и) послесловие Земки.

Приход страдал от холеры: в 1831 г. похитила она до 40 чел., в 1848 г. до 70 чел.

По переписи 1732 г. в Исторопе 735 душ муж., за тем было в 1750 г. 781 муж. 754 жен., в 1770 г. 878 муж. 841 жен., в 1790 г. 938 муж. 1015 жен., в 1810 г. 1053 муж. 1141 жен., в 1830 г. 977 муж. 1070 жен., в 1850 г. 942 муж. 1064 жен. пола.

В ведомости о владениях 1784 г. показаны между дачами вел. Исторопа владения: хутор Кондратовский (104дес.) вдовой попадьи Мелании Евстафьевой и священника Семена Яковлевича Джунковских; попова долина (41 десятин) – владение священнической жены Елены Ефимовой Антоновой; хутор Головщина (74 десятин населен.) протопопа Ивана, священников Федора и Ивана Ивановых Прокоповичей; хутор Груньской (87 десятин) священников Матвея Александрова Леницкого и Ивана Иванова Прокоповича; хутор Ключинский (20 десятин) попадьи Татьяны Васильевой Крамаренковой.

СЛОБОДА РЯБУШКИ

В 5 верстах от Лебедина.

Первый храм в честь рождества св. славного Пророка Предтечи и Крестителя Господня Иоанна построен здесь в 1770 г. помещиком Иваном Тимофеевичем Красовским. На месте, где ныне стоит слобода Рябушки и самая церковь, так рассказывают старожилы, жил когда-то хутором один только крестьянин по фамилии Рябушка и на всем пространстве, где стоят ныне слобода и церковь, рос огромный дубовый и березовый лес, а внизу по течению реки Ольшаной был луг. Остатки всего этого видны еще и ныне.

[Так рассказывала умершая в 1840 г. жена Ивана Тимофеевича и другие старики; вокруг церкви и теперь еще растет дубовый лес].

Иван Тимофеевич Красовский, живший до 1770 г. в Лебединском уезде в деревне Тимофеевке полюбил местоположение Рябушек, где большая часть леса и земли принадлежала ему, и движимый благочестием, по благословению Преосвященного Самуила, епископа Белгород-

116

ского и Обоянского, в 1770 г. прежде нежели построил для себя дом, заложил дом Божий, и с того времени постоянно уже жил в Рябушках, куда переселил и часть людей своих. В 1771 г. сентября 11 д. церковь освящена Лебединским протопопом Иоанном Шкурским. Первым священником в ней был Афанасий Яковлев, рукоположенный Преосвященным Самуилом в 1771 г. 4 декабря. Он по освящении церкви в течение целого года ни одного дня не опустил без слу­жения: так говорят старожилы. На место его поступил священник Стефан Лаврентиев Чижевский, который в 1785 г. на пожертвования прихожан купил серебряную вызлащенную отличной работы гробницу, в 1000 р. ассигнациями. В товарищи ему, когда приход распространился, в 1789 г. рукоположен Матфей Дмитриев, который собственно от себя в 1810 г., по случаю жестокой болезни сыновей своих, пожертвовал в церковь Казанскую икону Божией Матери в серебряной и вызлащенной ризе ценою в 190 р. ассигнациями. После смерти священника Стефана Чижевского поступил священник Михаил Залесский, который в 1810 г. переведен в г. Лебедин, а на место его преосвященным Христофором в 1810 г. рукоположен Лука Степанов Чижевский, который, бывши еще в коллегиуме, был регентом архиерейской певческой; почему и во время прохождения должности священника, в часы, свободные от занятий по церкви и приходу, занимался вокальною музыкою. Он положил на ноты в четыре голоса канон в девяти песнях на праздник воскресения Христова, со святыми упокой, милость мира, Тебе поем, херувим­скую песнь, Отче наш и другие, которые долго употреблялись в харьковской архиерейской певческой. С 1826 г. по 1830 г., в котором он умер, состоял в должности благочинного и в 1826 г. награжден был синодальною скуфьею.

В храме есть список с Печерской иконы Богоматери с частицами мощей преподобных Онуфрия, Макария, Феофана и Сильвестра — дар Ивана Тимофеевича.

Подцерковная земля 33 десятины, пять колоколов, весь круг церковных книг, в том числе минея за январь месяц издания 1710 г., потир с дискосом, плащаница, подсвечники, лампады, большая часть риз и разных других вещей поступили от Ивана Тимофеевича Красовского. Он так усерден был к св. храму, что ни одного служения не опускал, сам читал и пел на клиросе и подавал кадило; так говорят об нем все старожилы.

За такую благочестивую жизнь, за такое усердное служение св. храму Бог благословил его еще в этой жизни, что особенно видно на детях его. Шесть сыновей его, были воспитаны в страхе Божием, были добрыми слугами Государя и отечества и примерными христианами; преимущественно же благословение Божие почило на среднем из них.   

Пять сыновей Ивана Тимофеевича воспитывались в кадетских корпусах, а средний Афанасий Иванович учился читать и писать в Рябушках у пономарки Февронии Ивановой Ушинской, и прямо от неё, 16 лет, поступил в военную службу, где заслугами своими стяжал себе славу героя, Почти 50 лет он украшал собою воинское звание и ровно 30 лет носил и украшал звание генерала; в 23 сражениях он посредственно или непосредственно был предводителем к победам и славе. Смерть его постигла в г. Киеве 1843 г. командиром 1-го пехотного корпуса в чине генерал-адъютанта и генерала от инфантерии. Св. храм сей, построенный отцом его, неоднократно видел его смиренно молящегося  Богу всемогущему. В 1813 г. в чине генерал-майора, он прислал в церковь серебряные ризы для местных образов, в коих весу двадцать два фунта, а в 1818 г. сам привез на белом атласе плащаницу.

В 1849 г. умер меньший сын Ивана Тимофеевича Красовского артиллерии штабс-капитан и кавалер Александр. Жизнь его замечательна как ревностного и примерного христианина. Оставив службу за болезнью глаз, он в течение многих лет не мог смотреть на свет; все искусные медики призваны были ему на помощь, и ни один из них не облегчил его болезни; сидя всегда в темной комнате, он по нескольку стихов учил из псалтыри и св. евангелия, которые читали ему родные. В это время он дал Богу обещание, что если угодно будет Святому Его милосердию даровать ему когда-либо зрение, то он всегда будет читать книги одного только духовного содержания. Некогда отверзший очи

117

слепорожденному, внял сердечной и искренней молитве и сего своего раба, и вскоре он получил облегчение, а наконец и совершенное выздоровление. С сего времени он в течение более 15 лет читал свободно и даже при свече св. евангелие, псалтырь и послания св. апостолов. Все это, включая сюда еще канон Андрея Критского и все акафисты, он знал наизусть. Библиотека его состояла из творений св. отцов, Тихона Задонского, толкований св. Златоустого на евангелие и послания, житий святых и многих других; но более всего он любил читать творения Златоустого и Ефрема Сирина. В храме Божием он как бы предстоял лицу Божиему, ничем не развлекался; тайная, непрестанная молитва невольно выражалась в его взорах и слезах. Нередко целые ночи он проводил в молитве и слезах; во все посты он исповедывался и приобщался св. тайн; ни один бедный не отходил от него тощ, но он любил благотворить так, чтобы не ведала шуйца, что творит десница; почему благотворил большею частью тайно, чрез своих духовных отцов. Умирая, он завещал все оставшиеся деньги, за исключением издержек на его смиренное простое погребение, отдать неимущим; у этого владельца почти 100 душ осталось, немного больше 1000 р. ассигнациями; не одну тысячу он в течение своей жизни предпослал в лице бедных Господу, который воздаст ему сторицею.

В приходе, состоящем по штату в 3 классе, было: в 1770 г. 1065 муж., 1075 жен., в 1790 г. 1106 муж., 1125 жен., в 1800 г. 1292 муж., 1350 жен., в 1810 г. 1431 муж., 1600 жен., в 1830 г., 1685 муж., 1738 жен., в 1840 г. 1763 муж., 1774 жен. 

В 1831 г. карающая десница Вышнего посещала слободу Рябушки: но из числа 3423 лиц умерло только 33 человека; замечательнее всего было то, что в деревне Ольшаной сего прихода, где жили тогда во всяком довольстве и изобилии, из числа 133 душ умерло 15 человек. В 1848 г. умерло от холеры 170 человек.

118

II Округ

АЛЕШЕНСКИЙ

Заключает в себе частью старые казацкие, частью новые черкасские поселения. К первым относятся Алешня, Бобрик, Будылка, Боровенька, где после 1646 г. поселены были и русские.

ГОРОД АЛЕШНЯ

В 25 верстах от Лебедина и в 14 от Ахтырки.

В архиве алешинской Преображенской церкви сохранился список со строенной грамоты от 20 ноября 1649 года. Помещаем ее прежде всего.

«Лета 1758 ноября в 20 день по Государеву Цареву и Великого Князя Алексея  Михайловича всея Руси указу, стольник и воевода князь Роман Никитич Борятинский дал выпись с строенных книг соборному Преображенскому Алешенскому попу Феодору Борисову и диакону и всем церковным причетникам, на дворы и огородные и гуменные места и в поле на пашню и на степные покосы и на всякие угодья. Ниже городового моста, – подле реки Олешни, по левую сторону с огородом литовского строения попа Феодора Борисова, диакона Семена Иванова, по дворовому месту, пустых земель церковным причетником дьячку и пономарю и просфорнице. Смежна с сынами боярскими с Григорием Кузьминым, да с казаком Гаврилком Головачевым. Длина тем их дворовым местом по осьми сажень, поперек по шести сажень. За рекою Олешнею, ниже города от Олешни вверх по колодезю по Буймеру по левую сторону, от устья колодезя Буймера на гору по Олешне до устья крутого верха, с устья верха от реки от Олешни на гору прямо к лесу через большую Буймерскую дорогу; под лесом на дубу грань; от того дуба к реке Олешне на дубу грань же. К колодезю Буймеру церковная соборная земля пахотной пашни доброй земли, попу Феодору Борисову – двадцать четвертей в поле, да в дву по тому ж, диакону пятнадцать четвертей, дьячку и пономарю и просфирнице по осьми четвертей в поле, да в дву по тому ж. Степных покосов попу и диакону и всем церковным причетникам в тех же урочищах вверх по колодезю Буймеру по левой стороне и берег колодезя Буймера и реки Олешни против земляной дачи в полы. Да соборному ж попу  Феодору и диакону и всем церковным причетникам для дровяного и хоромного леса и всякого угодья въезжать в большой Буймерский лес. Против церковной земляной соборной дачи, ниже города, подле речки Олеши, смежно с прудником с Иваном Миргородом под огороды и под гумянники порожние места попу и диакону и причетникам церковным; длину попу Феодору гумяннику двадцать сажень, поперек пятнадцать сажень; диакону двадцать же сажень, поперек пятнадцать сажень; дьячку и пономарю и просфирнице длины пятнадцать сажень, поперек по десяти сажень. И попу Феодору и диакону Семену и всем причетникам церковными дворами и усадебными пустыми местами и огородами и гумянники и пашнею и степокосные покосы и берегом и лесом и всякими угодьями, по сей выписи владеть. К сей выписи стольник и воевода князь

119

Роман Никитич Борятинский печать и руку свою приложил».

На обороте столбца: “к сей выписи князь Роман Борятинский руку приложил”.

Сперва остановимся на словах грамоты, указывающих на поселение Алешни. Боярские дети – несомненный знак, что в 1649 г. в Алешне жили люди московской службы и московского происхождения. Но слова “ниже городового моста подле р. Олешни, по левую сторону с огородом литовского строения”, во всяком случае указывают на литовскую власть, на литовские распоряжения, предшествовавшие в Алешне московской власти. И точно, не далее, как за 4 года до 1649 г., Алешня была еще литовским городом. По отпискам Хотмыжского воеводы князя Белосельского в Белгород 8 января 1645 года Ольшанской – порубежный литовский городок – литовскими людьми выдерживает бой против татарской партии.

[См. отписку в ст. о Бобрике].

По его же отписке от 28 января послан был нарочный “в Литовскую сторону в порубежный город Алешню для подлинного ведома о татарах, и января 27 от алешенского урядника Яна Козловского подан лист”. В начале мая “в Лосицкий острог из литовской стороны из Ольшанского городка” тот же урядник Ян Козловский опять прислал письменное известие о татарах.

[См. Слово в ст. о Чугуеве].

В июне тот же воевода князь Белосельский писал в Белгород: “июня 22 прибыл с вольной из литовской стороны казак Федька Гнилокоз и сказал, что “сказывал ему в литовском городке Алешне мещанин Ивашка, что князь Еремей Вишневецкий хочет идти войною под Путивль большим собраньем и хочет прийти изгоном, а с ним Вишневецким многие люди и в Новгороде Северском гайдуки в сборе”. А тот мещанин убоялся литовских людей, ему прозвища своего не сказал; а он де, Ивашка, подлинно ведает, что князю Вишневецкому идти под Путивль большим собраньем и взять Путивль изгоном и засесть. А межевые литовские судьи его Вишневецкого трижды ворочали, чтоб под Путивль не ходил. И он им сказал: “Хотя горлом орать, а на своем поставить, Путивль взять и засесть”. А сказывал тот мещанин ему Федьке, “помнячи православную христианскую веру, потому что он христианин, взять мал в полон; а слышал он про то у самих панов”. По отписке от 3 октября сотник лосицкого острога посылал казаков для вестей в Ольшанской и 2 октября узнали они от слуги державца Яна Козловского, что князь Вишневецкий с 15000 войска и с пушками отправился 30 сентября под Путивль и на возвратном пути оттуда намерен выгнать русских из Литовского острога.

[См. ст. о Бакировке]/

Таким образом, нет сомнения, что Ольшанской, Алешня, в 1645 году был литовским городом, и слова московской грамоты “огородь литовского строенья” – сами по себе не совсем ясные, при чугуевской переписке получают точный смысл, – означая городовое укрепление литовской постройки. В постановлении о границах 1647 года читаем: возвратить России “Городище Олешанское на речке Ольшане, а на нем два острога, с землями и с лесами, и с водами, и с мельницами, и со всякими угодьями”.

[См. ст. о Недригайлове].

Царскою грамотою от 2 июня 1652 года починить “в Олешне острог, – а башни перевесть из черкасского острожку”.

[Собр. законов. Т. 1 Грамота 1652 г. № 207].

Принимая после сего во внимание, что Алешня стоит на границе Полтавской губернии, или, что тоже, на границе поселения казаков левой стороны Днепра, не можем сомневаться, что Алешня литовская была населена казаками и державец Ян Козловский, представитель польской власти в Алешне, был такой же поляк, как и князь Вишневецкий – недостойный потомок равноапостольного Владимира. В уплату Вишневецкому за нападение его на Путивль Царь велел взять на себя Алешню с Бобриком и каменным пригородом. И Польша должна была уступить. Царь Алексей,  для большей безопасности московской власти, прислал в Алешню и в Каменный боярских детей, которым за службу царю раздавались земли в округах Алешенском и

120

Каменном.

[Ахтырской протопопии войсковой слободы Алешни Покровской церкви протопоп Евстафий Эннацкий», прося в 1769 г. причислить его церковь к Лебединскому правлению, писал: «Оная церковь и прочие великороссийских городов Алешанскаго и Камянскаго уездов священники с давних времен были под ведомством Лебединскаго духов. Правления». См. о Лебедине примеч. 1].

Естественно, что масса черкасов, как оставшихся после литовской власти, так и вновь прибывших в уезды Алешенский и Каменский, в последствии превозмогла здесь русское поселение, особенно когда многие алешанские боярские дети продали свои земли сперва полковнику Перекрестову, потом и другим, а затем разошлись, кто куда хотел.

[См. ст. об Ахтырке].

Царь Алексей Михайлович построил для поселенных в Алешне боярских детей соборный Преображенский храм. Грамота 1649 года ясно говорит, что в этом году были уже священник и дьякон, но другие причетники еще не названы по имени. Видно также, что как состоящим на лицо священнику и дьякону, так и другим членам, только теперь отводится земля пахотная, сенокосная и огородная. Священник и дьякон имеют, как видно, дворовые места, но для дворовых мест прочим членам отводится земля дикая. Но все это относится только к московскому алешанскому собору: в литовское же время, без сомнения, был храм в Алешне еще прежде 1638 года.

Ныне существующая Преображенская церковь построена в 1780 году старанием священника Иосифа Бобина и избранных на то лиц от прихода. Ахтырское духовное Правление в 1776 году выдавало “книгу на постройку новой церкви пригородка Алешни соборной Преображенской” и именно на имя священника и “старост Осипа Роспопина и Семена Бакранева”.

Старанием того же священника Иосифа Бобина, который по наследству владел населенными землями, храм покрыт железом.

[По ведомости 1802 г. священникам Иоанну и Иосифу и дьячку Якову Бовиным принадлежали земли в Алешне и в с. Ясеновом. По ведомости 1786 г. те же земли, в том числе деревня Поповка с 130 дес. земли и с 60 душами муж. пола крестьян, показаны во владении вдовы протоиерея Эннатского Настасьи Федоровой и детей ее, священника гусарского полка Иоанна и Покровского священника Василия, и еще священника Михаила Брайловского].

Древние книги храма: Триоди постная и цветная м. [п.] 1707 г.; Поучения Кирилла Транквилиона, печатанные в Унев. обители 1696 г.; Апостол к. п. 1722 г.; Евангелие м. [п.] 1748 г.

Причт храма владеет 137 десятинами земли.

Другой храм в Алешне посвящен Покрову Пресвятой Богородицы. Первоначально он был основан черкасами. В Ахтырских крепостных актах к одной духовной записи 1706 года “Алешанский Покровский викарий поп Иван Федоров руку приложил”; в акте 1712 года “гор. Алешни Покровский поп Василий Петров” подписался “вместо алешанских казаков”; по акту 1715 года “я, поп Василий Петров,… долину свою сенокосную, а на долине распашное поле, которая долина зостает за рекою Грунькою, что прозывается Лавренева Медведка, – продалем сотникови алешанскому Степану Ефимовичу”.

[Ахтырские купчие № 106, 28,13. В двух последних актах свидетель — «Алешанской соборной Преображенской церкви поп Федот Семенов»].

В нынешнем Покровском храме имеются следующие древние книги: напрестольное Евангелие м. [п.] 1717 г.; Апостол к. п. 1738 г.; Правильник в 4 д. к. [п.] 1731 г.; Осьмогласник к. п. 1739 г.; Служебник к. п. 1746 г. В Ахтырском Духовном правлении метрические книги Покровской Алешенской церкви начинаются с 1742 г.

Нынешний Покровский храм деревянный  построен в 1771 году. При построении его более всех оказали усердие и заботливость протоиерей Евстафий Эннатский и староста Феодор Кузьменко.

В сем храме есть Рудинская икона Божией Матери. Она писана на холсте, наклеенном на доску, рукою малорусского художника. Народная память относительно сей иконы говорит, что она принесена из польской стороны, из местечка Браилова священником Петром Ан­дреевым, удалившимся в Алешню от гонения униятского. В 1692 г. Петр Андреев, алешанский священник, известен по пожертвованию креста в Вольновский монастырь. Следовательно, икона, принесенная в Алешню священником Петром, принесена сюда около 1692 г. Вдова

121

протоиерея Эинатского Анастасия, по усердию своему, устроила на сию икону серебряную и вызлащенную ризу, в коей весу 3 фунта 10 золотников; икона и поныне находится без всякого повреждения живописи, и притекающие к ней с верою получают испрашиваемое верою.

Сын протоиерея Эннатского, священник Иоанн Эннатский, оставил по себе память сво­ею благочестивою жизнью и усердием к храму. В 1785 г. он устроил на свой счет напрестольный крест серебряный, потир и ризу.

Каждый год февраля 10 Алешанцы собираются на площади с крестным ходом их двух нынешних храмов своих. Здесь совершается панихида за убитых на сем самом месте во время осады шведов в 1709 году. Здесь была некогда Алешанская крепость, следы коей видны ещё поныне. Февраля 10 было днём осады и разорения крепости, а вместе днем славной смерти защитников её. Каждый согласится, что панихида Алешенцев – лучший памятник великому подвигу предков, лучшая дань благодарных сердец христолюбивым воинам, побитым на брани. Алешенская битва происходила на другой день, после городненского сражения, в котором шведы разбиты были на голову, и сам король едва не попал в плен. Без сомнения против Алешни действовали отряды 2 корпуса, оставленного Карлом у Ахтырки, чтобы обмануть Меньшикова на счет своих намерений. Сам король не мог из Городны на другой день поспеть в Алешню. Ригельман говорит, что после городненской битвы «король сжег многие места, сёла и деревни». По другим сведениям сожжены были: Опошня, Котельва, Алешня и несколько других мест. 1722 года января 1 дня Алешенец Григорий Михайлов Звятик, с ведома отца своего, закладывая своё поместье под г. Алешнею Алешенцу Савве Харитонову в обеспечение занятых в 1710 году денег, одного рубля, пишет: «в прошлом 1710 году занял я, Григорий, у него денег рубль, ради скудости своей и построения сожжённого нашего дома от разорения Шведского».

В недавнее время в Преображенском приходе жил крестьянин Яков Шабаев. В молодых летах вел он жизнь очень укоризненную, был груб и дерзок, корыстолюбив и мало помнил о Боге. В старости же коснулась его сердца благодать Божия: он стал кроток и сострадателен. Пред кончиною своею он передал храму Божиему все, что собрал во время скупости своей: пожертво­вал евангелие ценою в 80 р. серебром, накрест престольный в 38 р. серебром, священническую ризу в 58 р. серебром.

Прихожанин Покровского храма отставной солдат Петр Месечко пожертвовал в церковь потир серебряный, в коем веса 2 фунта 87 золотников, и евангелие с серебряной вызлащенной декою.

Холера похитила в Алешне в 1831 году 124 человека, в 1847 году 80 человек и в 1848 году до 220 человек.

По межевой ведомомости 1786 года в Алешне показано 1166 муж., 1265 жен. Войсковых обывателей, при 5956 десятинах земли; в Преображенском приходе 789 душ муж., 622 жен. однодворцев, 66 муж., 61жен однодворческих крестьян и 47 муж., 40 жен. подданых черкасов, всего 902 души муж, 723 жен.; за однодворцами показывалось 996 десятин земли: так было вследствие того, что многие боярские дети алешенской службы продали свои участки панам и казакам и сами разошлись в разные стороны.

По ведомости 1719 года в городе Алешне показано 204 двора. Остаток давности – три ярмарки: июля 27, сентября 6 и декабря 4.

Число прихожан

122

В 4 верстах от Алешни находится местечко Комаровка, чрез которое прежде шла большая дорога из Ахтырки в Лебедин. Здесь был Богородичный храм, при котором было прихожан в 1770 году 144 муж., 127 жен. пола, в 1790 270 муж, 244 жен., в 1800 году 226 муж., 227 жен. пола. Храм закрыт и прихожане причислены к Преображенской церкви города Алешни. Ещё был храм в Ландратовке, – храм Богородичный, при котором в 1770 году было прихожан 211 муж., 216 жен.

СЕЛО ЧУПАХОВКА

На правом берегу реки Груньки и образуемого ею озера.

На левом берегу реки Груньки, насупротив черкасской Чупаховки, поныне живут, но не в большом числе, и уже много потерявшие из своего характера, вольные крестьяне. Это потомки боярских детей, которые высланы были сюда для царской службы на границе литовской. Их храмом был храм Воздвижения Креста Господня, почему и слобода их называлась Воздвиженской.

В 1712 году черкасы Феодор Кашеба и Тимофей Ермоленко с товарищами писали в своей просьбе к Преосвященному: «пришли мы, и в слободе Воздвиженской вновь построились, всего дворов с 200, а церкви Божьей и священника у нас нет. И ныне обещались мы построить церковь во имя Казанской Богородицы». На благое предприятие просили и получили они архипастырское благословение.

Ныне существующий Казанский храм построен 1762 года генералом Александром Неплюевым, а храм Креста пред тем закрыт был по ветхости.

О храмовой Казанской иконе Божьей Матери, на которую помещица Неплюева устроила серебряную вызлащенную ризу, сохраняется предание, будто тогда, как в Москве устоялась на неё шата, что было во время моровой язвы, в том доме, где стояла икона, и в соседних местах, язва не оказывала губительного своего действия.

В библиотеке нынешнего храма имеются книги: Апостол м. п. 1658 г.; Триодь постная м. п. 1724 г.; Служебник к. п. 1746 г. Эти три книги принадлежали храму Креста. Кроме их есть еще Триодь постная м. п. 1684 г., цветная м. п. 1699 г.; обе присланы из Ахтырской протопопии в 1717 г.; Евангелие м. п. 1711 г.; Минея праздничная м. п. 1706 г.

По описанию чудес Ахтырской иконы Божией Матери, «мая 1 1741 г. села Чупаховки жителя Козьмы Биридина дочь девица Екатерина, будучи слепа на один глаз целый год, пришедши к Ахтырской Божия Матери иконе получила по прежнему свободное зрение». В описании чудес 1743 г. показываются два другие исцеления слепых «села Чупаховки».

Приход страдал от холеры, которая в 1831 году похитила 76 человек, в 1848 году 53 человека.

В 1802 году умер прихожанин Даниил Олейник 110 лет.

Об уменьшении прихожан Чупаховки вот что писала Ахтырская полковница Наталья Лесевицкая в просьбе своей от 10 сентября 1738 года к архиепископу Петру:

«Алешенского уезда слободы Чупаховки подданства сумского полкового обозного Герасима Надаржинского поп Иоанн в 1724 году посвя-

Число прихожан

123

щён к церкви Воздвижения честного Креста; по сей 1738 священствовал и доходами с той парохии користовался обще с тестем своим тамошним попом Никифором Емельяновым. А сего 1738 года той слободы Чупаховки подданые многим числом разошлись в рознь и за расходом токмо осталось партикулярных 18 дворов… Потому поп Иоанн являлся в Ахтырке, просил мене, чтоб его, яко нечим ему кормиться, принять в крестовые, почему на учинённом контракте и принять». За тем просить утвердить священника Иоанна в звании крестового, с тем, чтобы он по распоряжению Ахтырского протоиерея помогал и прочим Ахтырским священникам, особенно же в Успенском соборе. Это и утверждено.

БОБРИК

На реке Бобрике, в 18 верстах от Лебедина.

По Чугуевской переписке 1645 года называется литовским местечком, также как Алешня. Хотмыжанин, возвратившийся «из литовского городка Олешанского» (Алешни) доносит своему воеводе: «был он в порубежном литовском городке Ольшанском, и при нём января 8 приходили под Олешанский город и под Бобрик Татарове человек 250 и у Литовских людей с теми Татарами был бой». По выписке о размежевании границ между Россиею и Польшею 1647 года видно, что Бобрик был тогда очень значительным местечком, так что в нём было два острога или крепости: «против каменной слободы на речке на Бобрику два острога». В акте размежевания границ 1647 года сказано: «а город Бобрик в стороне Царского Величества», то есть вследствие последнего договора передаётся московскому царю.

Нет сомнения, что и тогда, как Бобрик был литовским городом, в нём был православный храм, если только не два: здесь посреди казаков не так удобно было распоряжаться иезуитам, как это было, например, в Белоруссии и около Вильны. По передаче Бобрика царю, Бобрик с его обывателями поступил в заведывание русского Каменского начальника. Самая старая Бобрицкая метрика, какая только дошла до нас, именно 1742 года, надписана так: «Лебединской протопопии Каменского уезда села Бобрика церкви Святой Троицы попа Гаврила Миронова». По делу 1748 года видно, что сей Бобрицкий священник посвящён в 1711 году. Впрочем, заметно, что число жителей уменьшилось в Бобрике против литовского времени. По ведомостям видно следующее число прихожан Бобрицкой церкви: в 1730 году 394 муж., 390 жен., в 1750 году 418 муж., 402 жен., в 1770 году 426 муж., 415 жен., в 1790 году 451 муж., 481 жен., в 1810 году 475 муж., 490 жен., в 1830 году 535 муж., 573 жен., в 1850 году 514 муж., 562 жен. души.

БУДЫЛКА и БОРОВЕНЬКА

Первая на ручье Будилке, в 10 верстах от Лебедина, вторая в 13 верстах на речке Боровеньке.

«Деревня Буделовка» принята в ведение московского царя от Польши по мирному постановлению в 1647 году.

[См. ст. о Недригайлове].

Итак это старинное черкасское поселение: но до 1647 года ещё без храма. Первый храм Рождества Богородицы в Будылке освящён вероятно около 1660 года.

В 1686 году полковник Перекрестов купил у боярских детей Каменской службы землю «села Боровеньки в гору от Кукуева городища вверх по Боровому колодезю.

[Так говорит межевая выписка 1691 г. В царской грамоте Перекрестову от 10 марта 1700 г. сказано: «В урочище в тридцатой даче от Кукуева городища вверх по Боровому Колодезю с урочища Максим Васильев Борзого с товарищи (продал) 759 четвертей; в той же тридцатой даче Михайло Кузмин — 350 четвертей… в селе Боровеньки (продано) 445 четвертей»].

Следовательно, в 1686 году был уже здесь храм, который по метрикам 1742 года называется храмом Святого Николая. Замечательно, что Консистория, предписывая в 1781 году освятить поныне существующий храм в

124

Будылке, предписывала употребить дерево старого храма на построение школы, за исключением алтарного леса, который предписывалось сжечь на берегу реки и пепел бросить в воду.

В 5 верстах от Боровеньки находится местечко Селище, где был храм Креста Господня, которого метрики начинаются с 1742 года; храм недавно закрыт и прихожане его причислены частью к Боровеньской, частью к Будыльской церкви.

Нет сомнения, что это – то самое место, которое по старинным бумагам называется Кукуевым городищем, то есть местом, где жили некогда ковуи Черниговского княжества, о которых скажем в другом месте.

Боровеньский причт владеет 68 десятинами земли, а Будыльский – 49? десятин.

Метрики Боровеньского и Будыльского приходов начинаются с 1742 года.

[«Книга Каменского уезда с. Боровеньки Николаевской церкви попа Ильи» 1742 г.]

По переписи 1732 года в Будыльках 342 души казаков и подпомощников, подданных 206 душ муж., в Селище 88 душ муж., в Боровеньках 76 душ муж. пола.

По ведомостям число прихожан

СЕЛО МАРТЫНОВКА

При реке Алешне, в 18 верстах от Лебедина.

Большая часть земель Мартыновки, как и села Ясенового, приобретена была покупкой у боярских детей алешанской службы полковником Перекрестовым в 1685 году и им же заселена, тогда как остальная часть занята была казаками черкасами Ахтырского полка.

[По царской грамоте 10 марта 1700 г. «урочище под Ясеновым лесом от Зиньковской дороги вниз по сухой черкасской р. Груньке с урочищи» куплено полковником 1685 г. у боярского сына алешанской службы Алексея Борзого].

Но в 1704 году у несчастного Перекрестова отобраны были имения, и Мартыновка вместе с Ясеновым отдана была князю Меньшикову, а потом князю Юсупову.

Николаевский храм села Мартыновки, известный по надписи 1708 года, по всей вероятности, был первым храмом Мартыновки. Ныне существующий храм построен был в 1817 году, но очень неудачно; – года через два уже открылись в нём порча и течь; священник Александр Попов (с 1819 года) два раза просил письмами князя Юсупова, проживавшего в Москве, просил и прихожан подать пособия для починки храма. По второму письму помещик Юсупов в 1831 году подарил экономического хлеба 200 четвертей с тем, чтобы продать хлеб и деньги употребить на починку храма. Хлеб был продан за 2200 рублей ассигнациями, и деньги употреблены по назначению их; сверх того по просьбе священника приказчик князя Юсупова Николай Скляренко по усердию своему к храму пожертвовал 400 рублей ассигнациями. Таким образом в 1832 году храм подкреплён каменным фундаментом, покрыт железною крышею, шары и кресты вызолочены.

Книги храма: а) цветная Триодь м. п. 1699 г. с надписью: «1708 г. апр. 23 мы, ктиторы мартиновские Дорош Хведоренко и Тимофей Харченко и со всею братиею купили сию триодь за певную цену, за 7 коп и с злотым; а купили у селе Подставках в Гадяцком повете у священника о. Осипа Друченка; а кто бы мел сию книгу отвалити от храма Святытеля Христова Николая и села Мартиновки, таковий будет проклят»;

125

Достойны памяти следующие события:

а) 1756 года октября 14 дня, в полдень, среди ясного дня, жители Мартыновки услышали гул и треск в облаках; за тем упал с неба среди селения треугольный камень, вошедший на аршин в землю; он тогда же выкопан был из земли очевидцами падения и взят был священником в храм; а вскоре отослали его в Ахтырское духовное Правление, о чём ныне удостоверяют прихожане Григорий Перепелица, Николай Шостак и Даниил Кривцун. В память сего события, столько устрашившего прихожан, и по сие время в 14 день октября совершается благодарное празднование.

б) В 1821 году совершилась милость Божья над прихожанами, крестьянами Пименом и Фёклой Лукьяновыми, кои одержимы были беснованием; по отправлении в церкви молебнов и по прочтении молитв, установленных святыми отцами, над главами их, они исцелены благодатью Божьею и до сего времени находятся в полном смысле и здравии.

в) В 1831 году от холеры умерло 42 человека, в 1848 году 26 человек.

Число прихожан: в 1730 году 524 муж., 510 жен., в 1750 году 558 муж., 540 жен., в 1770 году 591 муж., 561 жен., в 1790 году 753 муж., 749 жен., в 1800 году 669 муж., 704 жен., в 1810 году 780 муж., 795 жен., в 1830 году 816 муж., 868 жен., в 1850 году 651 муж., 713 жен., в том числе казённых 236 муж., 228 жен.

126

III Округ

МЕЖИРЕЧЕСКИЙ

Заключает в себе частью черкасские, частью русские, или дочеркасские поселения; к последним относятся города Каменный, Курган, Пристайлово, Боровое.

МЕЖИРИЧЬ

Бывший город, ныне слобода, в 22 верстах от Лебедина, на дороге из Гадяча в Сумы; название своё получил от того, что лежит между рек и гор: на юге его – река Псел, на востоке река Ольшанка, на севере – горы. При такой местности, естественно, что преследуемые униею казаки рано поселились здесь; – а чтобы ещё более обезопасить себя, устроили своими руками крепость. Вот как описывали Межиричь в 1784 году. «В той слободе насыпной земляной вал, сделанный с 1642 года, вышиною от горизонта в 2 сажени, шириною в заложении на 4 сажени; с одной стороны сухой ров, глубиною в 2, шириною в 4 сажени; с другой стороны на высокой горе стоит старинный земляной замок, вышиною в 1 сажень, а вокруг его обведён сухой ров, глубиною в сажень, шириною в 2 сажени; в нём не имеется никакого строения». До 1642 года здесь было Городецкое городище. Слобода Межиричь до 1765 года была сотенным местечком сумского полка, – а с 1765 года до 1781 года Комиссарским городком. По делам видно, что здесь было и духовное Правление.

В плане Межерича, выданном 1777 года июля 27 дня, в Межириче показано 8 церквей: соборная Успенская, Николаевская и Троицкая внутри вала городского; за валом – Покровская, Крестовоздвиженская, Архангельская, Преображенская и Воскресенская.

Церкви Николаевская, Троицкая, Воскресенская и Михайловская давно упразднены; ныне существуют: Успенская, Покровская, Преображенская и Крестовоздвиженская.

Первый соборный Успенский храм построен был в Межириче в одно время с крепостью.

Каменный храм Успения Богоматери – плод благочестивой памяти о родных киевского архимандрита Луки Белоусова, который был родом из Межирича, сын мещанина Ивана Белоусова, жившего в приходе Успенской церкви. В 1759 году по благословению преосвященного Иоасафа Миткевича, архимандрит сам положил основание храму; это было 15 августа; в основание храму положены архимандритом частицы святых мощей – Симона, епископа Суздальского, Иоанна многострадального, священномучеников Кукши и Лукиана, преподобного Моисея Угрина, Феодора, Василия, Пимена, Тита пресвитера и Луки эконома. Архимандрит из самого Киева доставлял материалы для храма: но смерть не

127

допустила его окончить построение храма. Постройка храма окончена в 1775 году на пожертвования других лиц, преимущественно же полкового судьи Ивана Степановича Пустовойтова и надворного советника Феодосия Козьмича Яцына. Содействовавший архимандриту в построении храма заботами о материалах и прочности строения дворянин Николай Пестриченко, по просьбе архимандрита, посвящён был во священника Успенского храма. Его попечением устроен придел во имя святого Евангелиста Иоанна Богослова, об освящении коего подавал он в 1775 году прошение в межерическое духовное Правление; придел освящён управителем межирического духовного правления протоиереем Димитрием Кремновским.

Много красоты придаёт сему храму самая местность, – храм стоит на взгорье, около его сады.

В храме есть пожертвования — сосуды, ризы, между прочим, полковника Василия Рубана, помещиков Ивана Селиховского и Федора Армашевского и священнической жены Марии Пестриченковой.

В 1849 г. внесена в храм икона Успения Божией Матери с частицами святых мощей.

Книги: Евангелие в лист. к. п. 1697 г.; Евангелие м. п. 1716 г. с надписью: «Сие евангелие куплено до храму Воскресения Христова межирицким жителем Евстафием Селуановым и оправлено серебром в р. 1740»; Евангелие м. п. 1748 г. с надписью «1752 г. справил своим коштом монах Леонтий Межерицкий и отдал в церковь св. Троицы в граде Межириче»; Евангелие м. п. 1753 г. с надписью: «Иван Иванов, Федя Артемьев и с ктитором Григорием Перебийносом»; Служебник к. п. в 4 д. 1737 г.; Минеи служебные 12 книг к. п. 1747 г.; Триодь постная к. п. 1743 г. с надписью: «Сия книга келейная архимандрическая: в церковь соборную Успения Пр. Богородицы Межирицкую Лавры Киево- печерския от архим. Луки. 1757 г.».

По переписи 1732 г. при Успенском храме школа, при Троицком — школа и шпиталь, при Воскресенском — школа, при Михайловском — школа и при Николаевском — школа, наставники — дьячки.

Первая Покровская церковь в Межириче, по словам старожилов, была лубяная и построена была прежде всех других в Межириче.

Нынешний деревянный храм построен в 1774 г. старанием священника Даниила Скибинского; а попечением священника Симеона Скибинского он возобновлен в 1838 г.

Ахтырская икона Божией Матери, находящаяся в сем храме, служит предметом особенного благоговения; серебряная риза на нее устроена в недавнее время гг. Бургатовыми в благодарность за особенное благодеяние Божие, испытанное ими в сомнительном обстоятельстве жизни.

Древние книги: а) Служебник «литургий св. Василия, Иоанна Злат. и Преждеосвященных и служений иерейских, диаконских, повседневных, нощных же и дневных; волею — кир Иосифа Тризны — архимандрита св. вел. Лавры». 1653 г. Киев. В начале «Предмова до свящ. клиру» арх. Иосифа Тризны с объяснением таинства евхаристии; б) Триодион св. вел. Пятидесятницы — «от греческого, иногда, исследован, благословением ясне в Богу Преосвященнаго Лазаря Барановича, — в Чернигове, в типографии Свято-Троицкой Ильинской, игуменствующу — Лаврентию Крщновичу 1685 г.». Предмова к преосв. Лазарю, другая к читателю о пользе триоди; в) Служебник к. п. 1737 г. с надписью: «Межиричскаго Покровской церкви пресвитера Иоанна Гребенева».

Преображенская деревянная церковь, писали прихожане её в 1741 году, «построена тому лет 70»; следовательно около 1670 года.

Нынешний храм, освящённый в 1760 году, возобновлён в 1828 году попечением священника Феодора Туранского; на что употреблено до 1300 рублей серебром.

Дорогие вещи сего храма принадлежат усердию Товии Кремповского, архимандрита Сумского монастыря; он пожертвовал: а) св. потир сереб. в 2 фунта 18 золотников ценой в 115 р. серебром; б) Евангелие с чеканным изображением Преображения Господня, печатанное в Москве 1753 г., ценою в 114 р. серебром; в) серебряная гробница в 3 фунта ценой в 100 р. серебром, г) крест напрестольный серебряный в 2 фунта

128

9 золотников ценою 85 р. серебром, д) священническую ризу зеленого бархата с шитым оплечьем, на коем изображено Преображение Господне; е) колокол в 30 пудов 25 фунтов ценою в 350 р. серебром. О. Товия, в мире Тимофей Кремповский, сын межиричского священника, был священником Преображенской церкви, и в 1748 г., овдовев еще в молодых летах, постригся в монашество в Харьковском коллегиумском монастыре и был учителем в коллегиуме.

Книги храма: Служебник м. п. 1717 г.; Апостол к. п. 1738 г.; Служебник ч. п. 1747 г.

По переписи 1732 года при Преображенском храме школа и шпиталь.

В 1721 году по просьбе прихожан посвящён к Крестовоздвиженской церкви на место умершего в 1719 году священника Гавриила, зять его дьячок Назарий Антонов. Потому, очевидно, что храм Креста существовал в Межириче прежде 1700 года. По переписи 1732 года при храме святого Креста два священника и школа.

Книги храма: Служебник в 4 д. м. п. 1678 г., к. п. в 8 д. 1738 г.; Требник в 8 д. ч. п. 1749 г.; Православное исповедание веры в 8 д. ч. п. 1745 г.

Нынешние старожилы Межирича твёрдо помнят, что отцы и деды их хаживали вооружённые на раскинутые в степях курганы для поисков над татарами. Помнят рассказы стариков, что межиричские казаки участвовали в войне Петра Великого с Карлом XII. Более же точных и подробных сведений о давних временах Межирича не отыскано.

Посещения Божьи нового времени: холера 1848 года похитила в четырёх приходах межиричских 226 человек; а в 1831 году было умерших от неё до 100 человек.

По переписи 1732 года в Межириче: – старшины

[Сотник Алексей Яковлев Марков, подпрапорные Иван и Петр Ивановичи Штепы, Григорий Афанасьев Штепа, Еремей и Василий Клементьевичи Клеменки, Мартин Михайлович Лысенко, Федор Ключинский, Павел Федорович Павленко].

28 человек, казаков 494, подпомощников 1744, работников и подданных

[Подданные протоиерея Якова Шиянского — 17 душ муж., Ивана Штепы — 22, Мартина Лысенки — 17 душ муж. пола].

335, духовных 65, а всего 2669 душ мужского пола.

Способы жизни у межиричских казённых поселян, кроме хлебопашества, торговля и довольно значительная: в Межириче есть торговые лавки, где продаются мелочные товары; торг бывает по понедельникам и пятницам, и кроме того 3 годовых ярмарки – августа 15, декабря 6 и в девятую пятницу по пасхе.

По ведомости генерального межевания видим в межиричских дачах дачи межиричских священников и иные из них населенные. Здесь показаны: населенная земля священников Евстафия Андреевича Андриевского и Николая Андреевича Пестриченкова, хутор вдовы протопопицы Катерины Семеновой Андриевской и дьякона Ивана Шияновского, участок земли священника Михаила Боровицкого. И по фамилиям эти лица принадлежали к дворянским родам Украйны.

Число прихожан

129

Один из протоиереев межиричских удостоен был особенной милости Матери Божией. В описании чудес Ахтырской иконы Божией Матери читаем: «Апреля 11 1756 г. межиричский протопоп Даниил Кремповский, по прибытии своем в Ахтырку для поклонения с седьмолетнею своею дочерью Параскевою, объявил, что дочь его, одержима будучи головною болезнью, страдала чрез несколько времени жестокою огневицею, от чего и нога правая была уже совсем скорочена. В таком находясь страдании, жалостный произнося вопль и тем поражая сердце родительское, не предъявляла ни малой надежды на продолжение жизни. Причем он и жена его, будучи уже в отчаянии о ее жизни, взяв изображение Ахтырской иконы Божией Матери, положили на болящей своей дочери и начали молиться усердно, со обещанием, что ежели будет здорова дочь, немедленно отправиться с нею в Ахтырку на поклонение чудотворной Божией Матери иконе. И в самый тот час увидели в страдании дочери своей облегчение. А потом незадолго и совершенно оная дочь сделалась здоровою, за что и приносили довлеющее благодарение».

ВОРОЖБА

По обе стороны речки Ворожбы, в 22 верстах от Лебедина, – в отличие другой Ворожбы называющаяся Сумскою. Она населилась без сомнения в одно время с Сумами. В 1659 году сумская ратуша, в следствие царской воли, уже выселила, как из Сум до 197 семей, так из Ворожбы до 76 семей для составления слободы нижней Сыроваты.

При такой древности Ворожбы нет сомнения, что первый храм в Ворожбе построен около 1650 года. В 1736 году воспитанник богословия Пётр Авдеев Галич в просьбе своей о предоставлении ему священнического места в Ворожбе, писал: «Сумской протопопии в селе Ворожбе в церкви Николая чудотворца отец его служил многие годы да с ним племянник его родной в товарищах поп Василий, и в прошлом 1734 году отец его Авдей волею Божьею умре». По этой просьбе видно как то, что древний храм в Сумской Ворожбе посвящён был имени Святого Николая, так и то, что храм сей существовал ещё в XVII столетии.

На брусе нынешнего храма, бывшем в прежнем храме над западною церковною дверью, читается надпись: «Во имя Отца и Сына и Святого Духа создася храм сей Покрова Пресвятой Богородицы и Святителя Христова чудотворца Николая при благочестивейшей великой Государыне Елизавете Петровне». Окончания не достаёт. Между тем по делам сумского Правления видно, что в 1752 году предписывалось освятить новый храм в Сумской Ворожбе во имя Покрова Богородицы с приделом Святого Николая.

Нынешний деревянный храм, с тремя престолами, может быть признан лучшим из деревянных храмов епархии. Он очень величествен. О построении его сохранился любопытный документ. В 1769 году священник, староста и прихожане заключили с сумским плотником контракт о построении нового храма с двумя приделами; контрактом предоставлено мастеру употребить старый храм при постройке нового. По описи видно, что в дополнение к материалу старой церкви сосновый лес пожертвован хорунжим Игнатием Никитенком; храм начали строить с весны 1770 года и, вероятно, в том же году он окончен и освящён во имя Преображения Господня, Покрова Богородицы и Святого Николая.

Нынешний деревянный храм, с тремя престолами, может быть признан лучшим из деревянных храмов епархии. Он очень величествен. О построении его сохранился любопытный документ. В 1769 г. священник, староста и прихо­жане заключили с сумским плотником контракт о построении нового храма с двумя приделами; контрактом предоставлено мастеру употребить старый храм при постройке нового.

[Вот копия любопытного по многим чертам сего контракта: «1769 г. июня 14 д. Мы, нижеподписавшиеся, Сумской провинции Государственной Войсковой слободы Сумской Ворожбы Покровской и Николаевской церкви священники и ктиторы и прихожане тояж провинции города Сум жителю Григорию Ильину сыну Дедашенку дали сей контракт в том, что при­говорили мы его Дедашенка разобрать нашу Ворожбенскую церковь до основания и из того разобраннаго дерева на новых подвалинах построить вновь церковь кряжовую на пять верхов, самым крепким, гладким и чистым мастерством, средний зруб заломя склеп сделать два полубанна; а на олтаре и других трех по одному и три бабинца; которую всю церковь и бабинец побить гонтою и шалевкою ошелевать, как надлежит; а строить оную в вышину в настоящую пропорцию, ту же нашу церковь закладывать тебе Дедашеву по получении от Его Преосвящен­ства по указу и прибыть в Ворожбу по требованию нашему не­медля нигде ни одного часа, приездить в Ворожбу без всяких отговорок; а строить оную церковь предбудущего 1770 г. после светлаго Воскресения Христова чрез одну неделю и в деле своем имети прилежность неленостную и от работников из Ворожбы без ведома нашего никуда не отлучаться; ежелиж за нерадением и несмотрением твоим в строении той нашей церкви учинится от тебе или от работников твоих какая порча и неисправность, то должен ты Дедашев то все поисправить своим коштом без отрекания и за ту сделку показанной нашей церкви должны дать тебе как деньги, так и хлеба и прочаго: при сем сообщаем реэстр, а получать тебе деньги от нас в задачу 20 рублей и в предбудущий 1770 г. при зачатии работы 80 руб., а последние три приема получать по сто рублей, только последние сто по совершении сделки церкви; в чем тебе Дедашеву сей контракт за руками нашими даем. К сему контракту священник Мартин Старостин подписался».

В подлинннике при сем приложен реестр съестных при­пасов для рабочих людей, строивших храм].

По описи видно, что в дополнение к материалу старой церкви сосновый лес пожертвован хорунжим Игнатием Никитенком; храм начали строить с весны 1770 г. и, вероятно, в том же году он окончен и освящен во имя Преображения Господня, Покрова Богородицы и Св. Николая.

Апостол, поступивший в церковь, как говорит подпись, от казака Матфея Назарова сына

130

Приходька в 1752 г., печатан в Киеве 1738 г.; древнее всех книг Служебник. Вот заглавие его: «Литургиарион, сие есть служебник литургий св. Василия, Иоанна Златоустаго и Преждеосвященных и служений иерейских и диаконских, повседневных, нощных же и дневных, в себе содержимых, реченный. Волею, тщанием и благословением в Христе ясне превелебнаго, его милости г. Кир Иосифа Тризны Милостию Божиею архимандрита св. великия Лавры Печерския Киевския четвертым типом издадеся в св. чудотворной Лавре Печерской Киевской Ставропигион патриарха Вселенскаго, бытья мира 7161 смотрения Христова 1653».

Между древними св. иконами особенно уважается прихожанами Казанский образ Божией Матери. Во всех обстоятельствах своей жизни они с усердием прибегают к сему лику Заступницы рода христианского и по теплоте своей веры обретают просимое. Когда и от кого образ сей поступил в церковь, не видно по документам. Говорят только, что это есть самый древний образ в храме. Серебряная риза на него сделана в недавнее время. Ульяна Степановна Романова внесла в харьковский Приказ общественного призрения 140 р. серебром на вечные времена с тем, чтобы на проценты покупался елей для лампады пред сею иконою.

Вторая икона, обращающая на себя внима­ние по своей древности, есть большая икона Божией Матери с предвечным Младенцем на руках. На ней — серебряный венец и такой же бордюр по краям. Внизу на серебре вырезана следующая надпись: «Сей святый образ списан с чудотворнаго образа Пресвятыя Богородицы Феодоровския, яже во граде Костроме, а явле­ние того целебоноснаго образа бысть в лето 6743 августа 16 д.; празднование тому чудотворному образу и о явлении предложено месяца марта в 14 день; явился той св. чудотворный образ Пресвятыя Богородицы Великому Князю Василию Григорьевичу рекомому Вашне Костромскому и Галицкому сыну Благовернаго Великаго Князя Георгия Ярослава Владимирскаго при внуке же преподобнаго и Благовернаго Великаго Князя Александра Невскаго 1239 г.». Эта икона, как видно из описи, пожертвована в церковь в недав­нее время помещиком Михаилом Романовым.

Еще две иконы небольшие Спасителя и Богоматери в серебряных ризах, на которых внизу вырезана одинаковая надпись: «Сия шата сделана тщанием Госпожи Обоженой Ульяны Николаевны Надаржинской на благословение дочери ея Параскевы Герасимовны 1755 г.».

Между священниками сего храма,

[В 1743 г. посвящен был в Ворожбу третий священник Григорий, сын священника Василия Флоринского, по просьбе прихожан: «бывшего Ворожбянскаго сотника Павла Степанова, подпрапорных сумскаго полка: Степана Даценка, Ивана Лихвенка, Василия Санжаровскаго и Антона Даценка». Вдовой священник Василий Флоринский в 749 г. поступил в Сумской монастырь. В 1750 г. прихожане просили определить на место умершего священника Петра Флоринского в звание викарного из Межирича свящ. Павла и подписались: майор Роман Романов, хорунжий Сумского полка Игнат Матюрин, подпрапорные Василий Санжаровский, Иван Даценко, Михаил Величко. По тому же делу 1750 г. видно, что первым священником из Флоринских в Ворожбе был Козма и что архимандрит и ректор Кирилл Флоринский был внук священника Козмы и сын священника Авдия Флоринского. В 736 г. Петр Авдеев в просьбе о предоставлении ему места отца подписался: «сын Галич». Итак, это было фамильное имя рода их, как дворян, а название Флоринских — школьное].

усердно исполнявшими обязанности своего трудного служения, замечателен подвигом самоотвержения, присутствием духа и усердием к дому Божиему священник Павел Прокопович. Назад тому лет с 30 около церкви случился большой пожар; сильным ветром бросило огонь на самый верхний купол церкви, от чего под гонтой (которою в то время была покрыта церковь) загорелось воробьиное гнездо. Никто не решался взлезть

131

По переписи 1732 года в Сумской Ворожбе старшины и казаков 313, подпомощников 1085, подданных обозного Романова 96, других 16, школа с 4 наставниками и шпиталь, 32 духовных, всего 2270 душ мужского пола. По той же переписи подданные судьи Ивана Романова как в Ворожбе (10 душ мужских), так в селе Гринцоце (374 души мужских и при храме школа) и в селе Голубовке (361 душа мужская со школой) поселены на земле купленной «лет тому с 50», следовательно в 1682 году.

По ведомостям в Ворожбе в 1750 году 1160 муж., 1138 жен., в 1770 году 1198 муж., 1190 жен., в 1790 году 1249 муж., 1305 жен., в 1810 году 2262 муж., 2458 жен., в 1830 году 2508 муж., 2627 жен., в 1850 году 2459 муж., 2474 жен. пола.

От холеры умерло в 1831 году 87 человек, в 1848 году – 420 человек.

В Ворожбе и вблизи Ворожбы замечательны две местности: а) в Ворожбе одна улица, отдельная от самой слободы и расположенная на обрывистой горе, издавна называется городищем. Потому ли называется она так, что здесь был городок первых черкасов Ворожбы, или здесь же было укрепление ещё прежде того, во времена незапамятные, не известно. б) в 4 верстах от Ворожбы, в лесных дачах, называемых горами, в даче принадлежащей г. Момотовым и вблизи луговых дач ворожбянских казаков, есть урочище, называемое городок. Это круглая гора, с южной стороны утесистая, как скала, а с трёх других сторон окружённая холмами. Ныне она покрыта густым полустроевым лесом. Открытая сторона обращена на юг, и отсюда – прекрасный вид на значительную даль. Высота горы простирается до 40 саженей. Внутреннее пространство городка заключает не менее 3 десятин земли. На севере и западе плоскости идёт вал, поныне в вышину 2 аршин и в ширину 3 аршин; на середине плоскости, там и здесь, разбросаны насыпи, от которых прямо на юг, к лугу, был тайный выход, следы коего заметны поныне; в самом вале была, говорят, пещера, ныне засыпанная землёю. Народ по преданию говорит, что здесь живали шайки разбойников. Это вероятно: но несомненно и то, что гораздо прежде того живали здесь добрые люди, верные защитники отечества.

МИХАЙЛОВКА

На правом берегу реки Псла в 9 верстах от Лебедина, весьма замечательная и по красоте местности и по историческим воспоминаниям и по нынешнему храму.

Местность Михайловки – прелестная. Смотря с хребта гор, под которыми расположена Михайловка, вы видите амфитеатр гор и при подошве их долину, покрытую бархатною зеленью лугов: вблизи хребтов лентою вьётся Псёл, который, орошая в весеннее время долину водою, оплодотворяет её роскошною растительностью.

Михайловка носит на себе имя знаменитого храбростью и несчастиями племянника Самойловичева, гадяцкого полковника Михаила Васильевича. – «1675 года дано лебединскому жителю Михаилу Васильеву поместье в Лебединском уезде из дикого поля на реке Псле в урочище Бесищеве, до речки Груньки и за речку Груньку, и дуброву от реки Псла и по реке Пслу, от города Междуречья в поляне, ниже большого кургана». В 1680 году присоединено к тому ещё несколько соседних участков, как то земля лебединских пушкарей с населёнными черкасами, поныне известная под именем Пушкаревки, земля «от Азакова городища по азацкую вершину», на 5 вёрст в длину и ширину, «до Ромодановского шляху и Ромодановским шляхом до дачи межерицких черкас», наконец на реке Псле место для мельницы; – Михаил Васильевич «новоприхожих людей из-за-Днепра призвав населил село Михайловское». Так говорит царская грамота от 16 марта 1681 года, которую село Михайловка дано

132

было гадяцкому полковнику в отчину. За тем хозяин и воин приобрёл покупкою несколько участков, между прочим у Алешанцев леса и луга по Сагайдачному шляху до Частых курганов, и Михайловка с новыми, купленными, землями царскою грамотою от 5 июня 1685 года снова утверждена за Михаилом Васильевичем «за его верные, говорил Царь, службы и мужественное и храброе по воинскому делу стояние и за крымские посольские размены», в которых он был и служил в 1684 году с окольничим Кирилою Хлоповым, в 1685 году с окольничим Неплюевым. Когда по козням Мазепы погибли гетман Самойлович и его племянник: Михайловка попала во владение племянника Мазепина Ободовского; а когда узнали, кто таков Мазепа, богатая Михайловка отдана была петром Великим полковнику Павлу Полуботку, предку по женской линии нынешнего владельца г. Иваненка. 

[А.А. Иваненко — по прямой линии потомок славного «бывшаго бряславскаго полковника Григория Иваненка» — хранит у себя царскую жалованную грамоту от 3 марта 1718 г., данную славному предку. Храброму полковнику дан «двор в нижнем городе на Подоле (киевском) изменника Мирович а и маетность Остролучье в переяславском полку», это «за верныя его службы во время измены Мазепиной и что он полковник к Мазепе не пристал и во всем ему был противен и от Днестра к Переволочне заставы содержал и Мазепинцов с прелестными письмами ловил и чрез подъезды многих Татар и изменников Запорожцев в языках присылал и никто такой верности и смелости при тех случаях не показывал, как он Иваненко, верно во всем обретался и что и брат его родной в том случае убит. И он, полковник Иваненко, раны претерпел и убытки себе не малые восприял, что и дому своего и маетностей лишился». О том же полковнике в Материалах Судиенка 2. 2,10, 22-24,134-136, 273, 346, 350. Об одной из неприятностей, испытанных несчастным полковником Михаилом Васильевичем в 1689 г., см. акты, изданные в Воронежских губернских ведомостях. 1849. № 39, 40].

В приведенных грамотах Михайловка в 1681 году уже называется селом и следовательно была тогда с храмом, который построен был без сомнения набожным Михайлом Васильовичем. Старики говорят, что деревянная церковь  Михайловки во имя Рождества Богородицы, сломанная в 1806 году, была очень стара, снабжена переходами вокруг её наружных стен, и существовала более 120 лет. Следовательно и по народной памяти первый храм в Михайлове построен около 1680 года.

Что касается до ныне существующего, каменного храма Михайловского: то его начала строить княгиня Александра Александрова Голицина, по первому мужу Иваненкова, а продолжали и окончили статский советник Александр Андреевич Иваненко и майор Пётр Иванович Миклашевский. Внутреннее украшение храма всё принадлежит усердию Александра Андреевича. Как по наружному виду, так по внутреннему благолепию, Михайловский храм – один из лучших в епархии. В нём три престола, из которых главный в честь Рождества Пресвятой Богородицы.

Древняя святыня храма:

а)        Части мощей св. великомученицы Варвары и некоторых других святых в серебряном ковчежце, принесенные в церковь набожным черниговским полковником Павлом Полуботком.

б)        Часть мощей св. Иоанна Предтечи, хранящаяся в придельном храме Св. Иоанна Предтечи. По старым описям значится, что эта святыня перенесена из Предтечева монастыря, существовавшего вблизи Михайловки.

в)        Напрестольный серебряный крест, очень значительной длины, по надписи, устроенный 1546 г. и принадлежавший Павлу Полуботку.

г)         Три древние иконы, из которых две с изображением Богоматери в старинных серебряных ризах, а третья Свят. Николая.

Древние книги:

аа) Евангелие м. п. 1681 г., обделанное в прочные серебряные доски, с надписью: «Справлено до храму св. Вознесения Господня на предмести черниговском будучого, коштом его милости пана Павла Полуботка, полковника черниговскаго року 1716».

бб) Трефологий без первого листа. В описи 1800 г. Предтечева монастыря: «трефологий старинной печати, поданный от богомольцев 1636 г.». По листам книги следует надпись: «Сию кн. трефолой раб Божий Алексей Безполон с женою своею и сынами своими на имя Василием, Захариею, Иоанном, Демьяном, купили за власную працю свою и отдали ее до церкви св. Михаила в с. Лозовой к маетности его милости кн. Януша Звалицкаго, за державци его милости пана Петра Косаковскаго, року

133

1636». Это, как кажется, киевский трефологий 1619 г., исправленный Иовом Борецким и Захариею Копыстенским.

вв) Триодь цветная к. п. 1724 г.; Триодь постная к. п. 1727 г.

Земли при храме 70 десятин.

Приход новым штатом отнесён к 4 классу.

Для прихожан при храме есть школа, – учреждение весьма давнее: её видим в переписи 1732 года. В делах правления 1754 года есть просьба Даниила Чепиринцова, который пишет: «1741 года имел я учительство Лебединского уезду в селе Михайловке в церковной школе».

По переписи в 1732 году в Михайловке 787 душ мужского пола. По ведомостям число прихожан: в 1730 году 785 муж., 760 жен., в 1750 году 884 муж., 870 жен., в 1770 году 1070 муж., 1065 жен., в 1790 году 1127 муж., 1150 жен., в 1810 году 1243 муж., 1269 жен., в 1830 году 1335 муж., 1482 жен., в 1850 году 1476 муж., 1596 жен. пола.

В Михайловке – три ярмарки: февраля 2, сентября 8 и в день преполовения.

В саду г. Иваненки, расположенном на горе над Пслом, поныне цел дуб, под которым сидел Пётр I, когда решались судьбы России и Швеции при Карле.

В версте от Михайловки есть городище. Это тот курган, о котором упоминается в жалованных грамотах на Михайловку 1681 и 1685 годов; курган возвышается саженей на 45 и примыкает к хребту гор одною западною стороною своею и при том не совсем соединяясь с ним, а отделяясь природною лощиною. Поверхность кургана, продолговатая от востока к западу, простирается в длину на 80 сажень. Окопа и насыпи ныне не видно. Вид с кургана – на восток и северо-восток – прелестный: пред вами Лебедин, Межирич, Бинскин. Народ говорит, что здесь, как и в Азацком городище, был притон удальцев – гайдамаков. И здесь же, – прибавим, жили защитники Руси против половцев.

ВАСИЛЕВКА

На реке Груне в 30 верстах от Лебедина, на границе с Полтавскою губерниею.

Земли Василевки, как и соседней слободы Груни, расположенной на той же речке Груне, выше в 8 верстах, принадлежали тому же Михаилу Васильевичу, которому принадлежала и Михайловка. Васильевский хутор был хутором казака Василия, имевшего главный надзор за табунами лошадей богатого Гадяцкого полковника. Когда пал Самойлович, Василевка взята была в казну; таким образом в версте от Василевки находился царский конный завод: плотина, бывшая при этом заводе чрез реку Грунь, которой остатки ещё целы, поныне называются царскою. Потом это имение вместе с другими отдано было черниговскому полковнику Павлу Полуботку.

[Дело 1743 г. «в Лебедин. уезде, в вотчине г. Бунчуковаго, товарища Андрея Павловича Полуботка, в с. Груни при церкви пр. Михаила Синадскаго имелся поп Дмитрий и в 1741 г. умре»].

Им построен был здесь первый храм в честь Святой Троицы. Памятниками сего храма остаются книги, хранящиеся в нынешнем храме: триодион пятдесятницы черниговской печати 1685 года с надписью: «року 1722 октября 17 я иерей Тихон обменил сию книгу светлую триодь за деньги, щоб на тот час ктитор Алексей Лигорьевич за отпущение грехов за сию книгу пшеницы четверик отдал ко святой живоначальной Троице». Евангелие московской печати 1735 года. Нынешний каменный храм построен потомком Полуботка Иваном Миклашевским и освящён 1782 года.

По переписи 1732 года в Василевке 234 души мужские. За тем было в 1750 году 361 муж., 337 жен., в 1770 году 425 муж., 403 жен., 1790 году 667 муж., 668 жен., в 1810 году 717 муж., 717 жен., в 1830 году 820 муж., 794 жен., в 1850 году 777 муж., 828 жен. душ.

Бедствия: в 1830 году умерло от кори 33 младенца; в 1831 году холера похитила 28 человек; мая 14 1838 года пожар истребил почти всю средину селения, и храм был в опасности; в 1845 году от оспы умерло 63 человека, и от холеры в 1848 году – 46 человек.

Памятниками прежней местной жизни служат: курганы, простирающиеся на юге Васильевки с запада на восток. Это сторожевые места казаков, наблюдавших за Татарами. Иные

134

из них были свидетелями и кровавых битв: в недавнее время хлебопашцы находили в них и близ них заржавленные пули, обломки ружей и пистолетов. В числе курганов один носит название Побиванки, без сомнения потому, что здесь много побито было казаков. По межевой описи границ Путивльского уезда 1647 года: «за рекою Грунью (по направлению от Путивля к востоку) два конца; а от тех концов (идёт межа) на старый курган», отселе «через Красную долину и через буерак… чрез овраг и чрез болото на старый курган против вываренного кургана,… а от того кургана чрез дорогу, которою ездят из Гадяча в Азак… и перешед дорогу (из Цепков в каменное Городище) против Старых курганов». Вот несколько курганов на пограничной линии между Малороссиею и Россиею 1647 года, когда ещё Малороссия находилась под властью Польши. Название курганов старыми в межевой описи 1647 года даёт видеть, что эти курганы построены были далеко прежде 1647 года и следовательно не слободскими казаками. Положение их на пограничной линии между Москвою и Польшею конечно подаёт мысль о том, что ими пользовалось литовско-польское правительство и против Москвы. Но направление их от запада к востоку, или точнее к юго-востоку, то есть к Крыму, не оставляет никакого сомнения в том, что это были пункты, где стояли сторожевые, наблюдавшие за движениями Крымцев и передававшие вести один другому знаками – маяками; а может быть те же курганы выполняли то же назначение ещё и до Татар, против подобных им Половцев, кочевавших в степях за Осколом.

ЧЕРВЛЕНАЯ СЛОБОДА

На правом берегу Псла в 8 верстах от Лебедина и Михайловки

В архиве нынешней Николаевской Червленской церкви хранятся следующие древние документы:

а) Духовная запись Вассы Иванихи, писанная в 1667 году, которою она отказывает червленской Николаевской церкви для вечного поминовения её и её рода два мукомольных постава на реке Псле, с тем, чтобы половина доходов употреблялась на церковь, а другая шла священно- и церковнослужителям. В сем акте упоминаются два причта Червленской Николаевской церкви.

б) Выписка из межевой книги, где сказано: «лета 7189 (1681) июня 27 дня по Государеву Цареву и Великого Князя Феодора Алексеевича указу, по наказу из разряду за приписью дьячка Любима Домнина», предписывается по челобитью «Лебединских черкас сёл Пристайлова да Червленого да деревни Азака ехать на спорную землю, которая в споре у Каменцев с Лебединцами» – и размежевать земли по строенным книгам Фёдора Арсеньева 1650 года и по отдельным книгам 1652 года о землях Каменцев.

в) хранятся также: манифест о смерти Петра I, указы от имени императриц Анны и Елизаветы и также распоряжения Белгородских архипастырей: епископа Епифания 1723 года, архиепископа Петра 1733 года, епископа Иосафа 1754 года, Луки 1756 года и прочее.

г) Книги храма: Евангелие м. п. 1688 г.: Евангелие к. п. 1733.

Таким образом, нет сомнения, что первая Николаевская церковь в Червленой построена не позже 1652 года, тем более, что и в переписи 1732 года о черкасах Червленого, подданных сотника Татарчукова, сказано, что они поселены «лет с 80», следовательно в 1652 году.

Между древними благотворителями Николаевского храма упоминаются Губские, Гордеенковы, Цебровы и Лубенские. Из священников особенно усердны к храму были: Тимофей Стеменков, пожертвовавший напрестольный крест в 1 фунт 72 золотника серебром, Павел Прокопович из дворян, старанием которого приобретена серебряная гробница в 6 фунтов ценою в 200 р. серебром, протоиерей Иоанн Прокопович и диакон Григорий Максимович — дворяне, известные потому, что в 1802 г. за ними состояла населенная земля в округе Червленого.

Причт владеет 33 десятинами земли пахотной, 20 десятинами леса, 1547 саженями усадебной земли, половиною доходов с мельницы; четыре акта на эту мельницу помещаем ниже.

135

По переписи 1732 года, в Червленом 240 вольных черкасов, 122 подданных. За тем было: в 1750 году 398 муж., 389 жен., в 1770 году 632 муж., 610 жен., в 1790 году 668 муж., 668 жен., в 1810 году 625 муж., 665 жен., в 1830 году 635 муж., 696 жен., в 1850 году 523 муж., 529 жен. пола.
В метрике за 1742 год, самой старой из сохранившихся, показано родившихся 23 муж., 20 жен. пола, умерших 20 муж., 13 жен. пола, – это такие числа, которые показывают на значительное число прихожан того времени.

136

Умерших от холеры 1848 года было до 100 человек.

По межевой червленской книге видно, что в 1669 году Червленая пострадала от татар, а некоторые из боярских детей, живших тогда в ней, были взяты в плен.

Акты на мельницу

1. Духовное завещание 1667 г.

Во имя пресвятыя, Живоначальныя и Нераздельныя Тройцы, Отца и Сына и Святаго Духа, стание речь ниже выраженная к увечной и несмертельной памяти. Аминь.

Я, Васса, по небижчику мужу моему Иваниха Мельничка, жителька села Червленого, любо естем на сей час хоробою от Господа Бога на теле заражона и навежона, але естем при добром памятанью, изуполного разуму будучи и зознаючи, а ведаючи в том добре, иж каждый человек здоровый хоробы неуходит, а у хоробы смерти близшия зостает, и оной сподиватися мает, а речи вшелякие сего светния, которые за часу письмом вированы не бывают, теди но потим рихло, с памяти людской выплывают, и в забытие приходят, за чим постерегаючи я того, абы по смерти моей между кревными то есть приятелями моими оубогую по мне позосталую маетность и субстанцию мою жадной турбации и заводов правых и неправых не было, теди ве­домо чиню и ознамую тим моим тестаментом остальной воли моей, каждому засобно, кому бы о том ведати надлежало теперь и потом завше, иж где мене Господь Бог в той хоробе моей до хвалы святой своей повалаты будет рачил; теди на предь душу мою в руки пресвятаго милосердия Божьего полецевше, тело мое грешное, от земли взятое, яко долг позиченый, изнову в землю отдано и поховано быть мает при храму в том селе Червленом Чудотворца Христова Николая, коштом з убожества моего позосталого, а працею и стараньем опекунов моих нижеименованных, а що ся ткнет, распоряжаю и порядок чиню таковым способом, и диспопую на предь: на Николаевскую церковь села Червленого на Пеле в средней клетце две коле с каменьями, да на заднем коле двое Валющ суконных с ка­заном, а на соборную Лебединскую Успенскую церковь две кухвы горелки да двадцать осмачек борошна, на Троицу Живоначальную там же в Лебедине три осьминки борошна, пояс сребран- ный; в село Курган, до храму Архангельскую церковь, доправивши виноватые на Андрею Овцаку пьятнадцать коп, на Матвею Волку тринадцать коп, и отдать тии гроши на дзвон; да на вышеупомянутую Николаевскую церковь на наместный образ Пресвятыя Богородицы намыста червонных коралей три разы; на другий образ Пресвятой Богородицы тогож намыста коралевого два разы; двор, в котором мешкаю, со всем строениям, сродственнику моему Петру Пересыпченку; и зо млина, который отказала на церковь, зо всего быти мает, ежели будет в нем сидети и дозорцею быти, оному Петру семая мерочка, а будеж не похочет, то ничого с того млина не позволяю дать, только двором владеть; Юхнови да брату его Панькови двор по полам Севериновский, особливе Паньковы лошак сивый; Ивану малому Шолудковское подворье из садком да кобыла рыжая лысая; брату моему Василию Брекиде вместо двору половина с хатою; а половина с коморою Юхнови, на котором позволяю ему хату поставить; ему ж и мушкет; жене Брекидовей сукня синяя и в городе в рынку месце коморнее; сынам Брекидиным филандымовый жупан, а Юхниси синий и особливе юпку; Паньку да Ивану по единому казану винокурному; отцу Гаврилу Андреевичу винница. А хто що змеж своих виноват, же бы з оных не важился нихто доправляти и абы ся каждый з них тим контентовался, що есть описано, и жад-

136

ной турбации межи собою не всчинали (Здесь выдраны в подлиннике слова.) … в целости заховали; а умышленья, который млин отказала на Червленовскую церковь, же бы нихто з родичев моих и ни з сторонних людий невжился от оной отдаляти или откупливать да в посемью себе задерживать; тильки сродственник мий Юхно, по смерти моей, в потребе того млина на всякие посудки и подилки повинен деревню достачати и в дозорцях безпрестанно быти; а що з убожества мого позосталось, яко вшелякого хлебнаго борошна, рухляди и прочее собрание отправивши, як пристойне, по трестинску за душу мою, злецело на отца моего духовнаго; он повинен знати, кому що на убогие роздати. А хтобы кольвек важился мой тестамент в чим кольвек нарушити и турбацию якою кольвек меж собою подимовати, таковаго на страшный суд Божий позываю и тим ся зо мною пред Судиею справедливым, который приидет судить живых и мертвых, расправиться будет повинен; а при сем тестаменту моем был душевный мой отец, соборный Успенский протопоп, Иван Кирилов; Троицкий поп Андрей Михайлов; Преображенский поп Алексей Прокофиев; Архангельский поп Григорий Федоров, села Червленого Николаевские попы: Иван Александров и Таврило Андреев; мельники: Андрей Михайлов да Прокоп Матвеев и многих на теж час людий добрых и вероугодных, при сем тестаменте моем будучих зоставало; де­ялось в селе Червленом в дому моем.

Року 1667 генваря 11 дня сию духовную писал писарь Прокоп.

При сей духовной Лебединской Успенской протопоп Иван был и вместо духовной дочери своей Вассы Ивановой дочери по ея прошению руку приложил.

При сей духовной Троицкой поп Андрей был и руку приложил.

При сей духовной Преображенский поп Алексей был и руку приложил.

При сей духовной Архангельский поп Григорий был и руку приложил.

При сей духовной села Червленого Никольский поп Иван был и руку приложил.

При сей духовной села Червленого Никольский поп был Таврило и руку приложил.

При сей духовной Андрей Михайлов был и руку приложил.

При сей духовной Прокоп Матвеев был и руку приложил.

2. Письмо купчее 1727 г.

1727 года сентября 7 дня Лебединскаго уезда села Червленого житель казак Павел Смеяк, полюбовно поговоря с Червленовскими попами Иваном Александровым да Иосифом Гавриловым в том, что которые на Николаевскую Черв­леновскую церковь наданные вдовою Анастасиею Жидчихою там же на реке Пеле в нижнем амбаре четыре ступы просяные, то я Смеяк их принял во владение, а вместо их четырех ступ дал в замену на церковь же пол-камня, который в сейже купчей означен, а для лучшаго вероятия взамен, взял себе духовную Жидчишину, а в церковь при вышеписанных попах дал сию купчую в вечность без отрынутия.

1724 года сентября в 16 день. Аз жетель города Межирича, Матвей Лукьянов сын Лихвенко ведомо чиню, явнее сим от мене рукоданным письмом, кому о том впредь заведати будет достойно, иж ни с какого примусу и умыслу, але с доброй воли моей, продал есьма аз в Лебединском уезде от села Червленнаго на реке Пеле, на плотине в едном амбаре, половину каменя на ходу, которым половиною каменем кладел я вообще на одной плотине с братом своим Прокопом Лихвенком да с Межиричским попом Матвеем да с Лебединским Ильинским попом Андреем и с иными сябры, а продал я Матвей тот свой половину камня с мельничною снастию Лебединскаго уезда села Червленнаго жителю Павлу Смеяку; а взял я Матвей у его Смеяка, за тот своею половину камня, готовых денег восемдесят рублев сполна; от которой той продажи а его Смеяка купли, отдаляю самаго себя мену и детей и приятелей моих ближних и далеких, а ему Павлу Смеяку, жене и детям его вечно продаю и записую, вольно будет ему Смеяку, яко то купленным своим добрым, владети, дати, продати или найлучший свой пожиток обернути; а мел бы ся я Матвей или жена и дети мои или кто с кревных моих ближних и далеких приятелей,

137

яких нибудь человек, в тую мою продажу, а в его Павла куплю, вступаться и его Павла и жену и детей турбувать, то повинен я Матвей, жена и дети мои от уступчиков очищать, проторов, харчей и убытков никоторых неоставлять и в откупе не иметь; а будет же я Матвей на том неустою, то за неустойку взять на мне сверх писанной цены у двое, и еще для лучшаго подтверждения и крепости, я Матвей за ведомом сотника Лебединскаго Федора Герасимова и атамана городского Власа Савельева в ратуши Лебединской, и сие письмо за рукою своею ему Павлу Смеяку и детям его даю; а сей моей продажи, а его Павла купли, сведомы Червленовские: атаман Василь Олийников да Федор Дзвоновский и иные люди; а письмо сие писал по прошению мене Матвея Лихвенка Лебединский ратушной писарь Кирилло Паньков року и дня вышеписаннаго. К сему письму Лебединской Преображенской церкви дьячок Дмитро Михайлов вместо Межирицкого жителя Матвея Лихвенка по его прошению руку приложил.

3. Поступное письмо 1744 г.

1744 года сентября 1 дня. Се аз Лебединскаго въезду села Червленнаго Николаевской церкви дьячек Иван Гаврилов сын, ни с какова примусу, но с доброй воле своей просил попа Григория Иванова, також титорей Харитона Иосифова, Павла Гладкаго и отоманов Илию Луговаго, Пархома Гаврилова Цыганенка, дабы повторне утвердить писанное при сторонних людех, яко-же и брат мой покойный отец Иосиф дал на духовном дворе при покойному протопопу Симеону Стефанову и при других священницех в 1730 году такоеж за своею рукою письмо, которое и ныне имеется в скрыне церковной; половину каменя, которую при окончении жизни своей покойная бабка наша Евфимия в собствнном анбаре нашем пред того отказала на церковь Божию, також и я помянутый Иван повторе письменно подтверждаю, чтобы церкви Божией покойною бабкою нашею отказанным половиною камнем передним владеть до споможенья нашего, а ктиторам часть гребли гатить, деревнею, сталлю, лоем и прочим старательством и попечением на оною половину каменя иметь з вышепоказаннаго году и числа; а буде я Иван, попадя, или дети наши споможенья возымеем, то по оценки сторонних людей должны на церковь Божию деньги за оное передняго каменя половину положить, а половиною каме­ня вечно владеть; а буде я вышеписанный Иван, попадя или дети наши пожелаем онаго половину каменя от церкви отдалить или отнять и напрасне владеть, то полагаем на себе штрафа в духовное Правление шестдесят рублей. Егда же я Иван, попадя, или дети наши пожелаем половиною каменя взакупе владеть, то на кождый год на церковь Божию готовые денги по четыре рубли должны положить, а буде готовых денег небудет: то повинен я Иван, попадя и дети наши свое ручное письмо на век на церковь Божию отдати; а по оному письму титорам дочекавши сроку, без всякаго сумнительства взять деньги, или загабить, не пропуская нимало сроку; в том и сие добровольное письмо просил повторне при вышеписанных людех за рукою своею написать… К сему добровольному письму я Иван Гаврилов сын Попов своеручно подписался. К сему добровольному письму Чорвленовской Николаевской церкви поп Григорий Иванов, вместо Червленовской попади Ирины Павловой дочери, Осиповской жены; и вместо Червленских титорей: Харитона Осипова, Павла Гладкаго и атаманов Илии Луговаго, Парфена Цеганенка по их прошению и вместо себе руку приложил.

А сие письмо доброхотное по моему прошению в доме моем писал дьячок Леонтий Емельянов, на той час будучий.

ПРИГОРОД КАМЕННЫЙ

На правом берегу Псла, в 15 верстах от Лебедина.

Полномочные России и Польши в окончательном определении путивльской границы 1647 года постановили: возвратить России «Городище Каменное на реке Псле, от Путивля едучи до Псла, на Путивльской стороне, да к тому Городищу слободу Каменную, повыше того Городища полторы версты, и с землями и

138

с лесами и с водами и с мельницею и со всякими угодьи».

[См. о Недригайловке прилож. 13].

Каменное городище видим и в деле 1642 г.

[Дворцовые разряды. 2, 885, 907].

Городище при Каменном Пригороде ныне остаётся пограничным между Харьковскою и Полтавскою губерниями. Это небольшой хутор помещика Бурова, расположенный на скате горы, обращённом к юго-востоку; от Пригорода Каменного он в полуторе версте. Ни валов, ни рвов уже нет и следа на нём. Вблизи этого хутора, в 250 саженях, есть местечко, называемое Городок, очень интересное по нынешнему положению. К Пригороду оно ближе Городища и стоит также на Псле, ниже Пригорода. Вид Городка такой: в надесельском кряже гор видите выпуклость; с одной стороны (с юго-востока) эта выпуклость представляет вид высокого и крутобережного кургана, а другою (с северо-запада) она примыкает к горе, но так, что вершина кургана ниже вершины горы. Высота кургана на юго-восток около 20 саженей. Поверхность вершины его – плоская, несколько наклонная к югу и имеет вид правильного круга, в диаметре коего до 20 саженей. Северо-западная половина, примыкающая к горе, обложена насыпным валом в один ряд и обрезана рвом довольно глубоким. – Открытая сторона Городка – на юго-восток, где на значительной дали видны окрестности. Сличая такое положение Городыща, Городка и Каменного Пригорода с делами 1642 и 1647 годов видим, что:

а) Городище Каменское было населено далеко прежде 1642 года и, называясь тогда городищем, оставалось памятником бывшего здесь когда-то города, то есть города дотатарских времён.

б) Нынешний Каменный Пригород в 1647 году уже был слободою казаков, подвластных Польше, которые без сомнения остались здесь же и по передаче места Москве: к чему же было лишаться им обработанных земель, мельниц и прочее?

в) Так как Городок не упоминается в межевом акте 1647 года: то более, чем вероятно, что он построен московскими боярскими детьми, высланными сюда Царём для наблюдения за Татарами и Поляками, – то есть около 1648 года. По межевой выписке 1681 года видно, что в 1650 году составлены были строенные книги, а в 1652 году – отдельные книги на земли и угодья Каменцев.

[См. ст. о Червленой].

По старым церковным актам в Каменном, как и в Алешне, показываютя два храма – соборный храм Преображения и другой – Покрова Богородицы. Первый находился собственно в Городке и построен был Царём для детей боярских. Второй же без сомнения существовал и прежде 1647 года. Ныне, после 1790 года, остаётся один Покровский храм, построенный в 1774 году, то есть храм черкасский. В нём потир с дискосом в 130 рублей серебром – дар помещика Гавриила Влезкова, принесённый в память брата его майора Петра, убитого на войне; священническая риза – приношение помещицы Параскевы Бурой, в память двух сестёр её, утопших в реке Псле 17 мая 1828 года.

В Чугуевской переписке 1650 года читаем: «пошли из Гадяча и из иных городов многие черкасы в Каменный, собираются в Полтаву к гетману Богдану Хмельницкому». Эта заметка говорит, что черкасы Каменного и по передаче Каменного Москве не прекращали связей своих с гетманом, не изменяя впрочем верности своей Царю.

Во время изменника Выговского жители Каменного отличились геройскою стойкостью против Выговского. Выговский в 1658 году писал Царю, что он ходил к Каменному только для того, чтобы взять там булаву свою, отнятую полковником Пушкарём. – На деле же он отдал на разграбление Татарам и сжег Зеньков, Веприк, Миргород и другие верные Царю города казацкие,

[Летопись о войнах Хмельницкого. С. 32. (Так у Филарета. Ранее приводилась ссылка «Летопись о войсках Хмельницкого». — Примеч. ред.)]

хотел овладеть Каменным, чтобы оставить в пограничном городе надёжную защиту против Царя: но это не удалось. «Ходил, говорит хроника, с казацким и татарским войском под Гадяч, а оттуда пошедши обложил пограничное место, которого он однако не взял».

[У Арцыбашева 3, 2. Примеч. 791]

Это пограничное место был город Каменный.

[Симоновский о казацком народе. С. 84].

И во время бунта Брюховецкого Каменный город не оставлен был в покое. По Чугуевской переписке видим, что Каменцы

139

ожидали тогда к себе Татар – союзников Брюховецкого, злодействовавших по слободам, и что «Каменский черкашенин Савка Михайлов» попался было в плен Татарам, но успел скрыться от них тайным бегством.

Число прихожан: в 1730 году 480 муж., 390 жен., в 1750 году 436 муж., 416 жен., в 1770 году при Преображенской церкви 242 муж., 232 жен., при Покровской 226 муж., 201 жен., в 1790 году при первой 308 муж., 310 жен. однодворцев, то есть прежних боярских детей, при Покровской 270 муж., 271 жен. помещичьих черкасов, 135 муж., 136 жен. однодворческих подданных черкасов, в 1800 году при одной Покровской 605 муж., 603 жен. души, в 1810 году 653 муж., 641 жен., в 1830 году 796 муж., 819 жен., в 1850 году 863 муж., 870 жен. душ.

Холера, посещавшая Каменский приход только в 1848 году, взяла в этот раз большую подать: 125 человек.

ПРИСТАЙЛОВО

На реке Псле, в 7 верстах от Каменного и от Лебедина.

По межевой червленской выписке 1681 года видно, что Пристайлово населено в одно время с Каменным, в 1650 году; первые поселенцы были боярские дети Каменской службы. Таким образом и первый храм в Пристайлове построен около 1651 года.

Священническая грамота 1722 года Петру Павлову, посвящённому преосвященным Епифанием, епископом Белгородским, «во иерея церкви Успения Богоматери села Пристайлова округа Каменного пригородка», показывает, что древний храм Пристайлова был храм Успения Богоматери. Нынешний деревянный храм построен в 1791 году.

Книги храма: Евангелие л. п. 1690 г. с любопытною надписью: «Сия святая книга у месте Львове оферована дати на славу прехвальнаго имени всех Творца и Создателя, в церковь св. великомученицы Параскевы в село Дружню, за отпущение грехов купившаго ее и на вечное поминовение родителей и сродников его; подписано в Таборе войска запорожскаго под местечком Куликовом Рогу мес. авг. в 21 д.»; Евангелие м. п. 1748 г.; Октоих м. п. 1750 г.

В округе Пристайловского прихода был храм святой Троицы в Новотроицком, которого прихожане в 1737 году писали: «церковь в селе Новотроецком Каменского уезда построена лет за 30 пред сим», следовательно в 1707 году; храм сей по малому числу прихожан, которые назывались дворцовыми крестьянами, давно закрыт.

Число прихожан в 1730 году при Пристайловском храме 304 муж., 282 жен., при Новотроицком 170 муж., 161 жен., в 1750 году при первом 322 муж., 307 жен., при втором 183 муж., 170 жен., в 1770 году при первом 350 муж., 323 жен., при Троицком 216 муж., 222 жен., в 1790 году при первом 594 муж., 626 жен., при втором 195 муж., 216 жен., в 1800 году при одном Успенском 610 муж., 678 жен., в 1810 году 680 муж., 698 жен., в 1830 году 774 муж., 794 жен., в 1850 году 848 муж., 859 жен. душ.

По червленской межевой книге 1681 года видно, что в 1669 году Пристайловцы сильно пострадали от Татар, боярские дети Иван Щербинин и 4 других взяты были «в полон», а «Тимофей Татаринков – убит на службе великого Государя».

По той же книге видно, что в 1681 году переселены из Пристайлова в Червленое 69 семей казаков и 84 семьи мещан черкасских, а на место их к 19 семьям боярских детей переведены боярские дети из Червленого 15 семей и из деревни Азака – 9 семей.

КУРГАН

На реке Псле, в 11 верстах от Лебедина.

В 2 верстах от Кургана, в округе Курганского прихода, находится ныне скудно населённая деревня Азак; а в версте от этой деревни и в 4 верстах от Михайловки, между Азаком и Михайловкою, есть Азацкое городище, известное уже по актам 1647 и 1681 годов.

[См. о Василевке, Михайловке и Недригайлове].

Деревня Азак насели-

140

лась черкасами вскоре после того, как основался город Лебедин, так как жители её в акте 1681 года называюся лебединскими черкасами. Здесь был и храм Успения Богоматери, построенный в первый раз не прежде 1685 года, так как в акте 1681 года поселение Азацкое называется ещё деревнею.

[По грамоте 1681 г. о Михайловне: «На Азацком колодезе полковник Михайло Васильевич построил мельницу» и «подле Азаков городища — дворы» с рыбною ловлею на Азацком озере. Сл. о Червленной слободе].

Уцелевшие метрики азацкого Успенского храма начинаются с 1742 года и оканчиваются 1810 годом. Азацкое городище – памятник существовавшего здесь города времён дотатарских. Нынешний вид Городища – такой: от Псельского кряжа гор отделён неглубокою лощиною обширный холм, к северо-востоку выдавшийся округленным углом; с востока, к реке он обрывист, к северу отлог, но довольно крут, с запада и юга примыкает к кряжу гор, отделяясь помянутою лощиною. Середина холма – выпукла. Со сторон, которыми холм примыкает к горам, городище обрезано рвом, и по краям рва ещё видны остатки бывшего вала. Почва на средине холма состоит из огромных камней. Внутреннее пространство Городища – в 50 саженей ширины. – Открытый вид на восток и северо-восток, где видны с городища Лебедин, Межирич, Михайловка. Поныне ещё есть в народе пословица: «кто перейдёт Курган и Азак, тот добрый казак». Это значит, что Азацкое Городище было некогда пристанищем шайки удальцов, промышлявших грабежами и разбоями. Невдали от городища в глубоком яру, который и теперь покрыт лесом, есть место, известное поныне под именем погреба; здесь по народному известию удальцы скрывали добычи грабежа.  Окрестности Городища горы над Пслом и нынешние луга по берегу Псла некогда были покрыты самыми дремучими лесами, что составляло безопасность для удальцев. Такою невыгодною известностью Азацкое Городище пользовалось, конечно, в тот промежуточный период времени, когда страна, опустошённая Татарами, оставалась недоступною для правильного населения по причине рыскавших по ней по временам татарских шаек. Названием своим Азак указывает на связь с историею Половцев: известен половецкий князь Асуп, убитый Русскими в 1103 году.

В нынешнем курганском храме хранятся: общая минея Московской печати 1680 года, евангелие Московской печати 1697 года, с надписью: «сия книга престольное евангелие попа Данилия Лебединского уезду села Кургана, а дал цены коп 10 с подзолотым, 1704 года». По этим памятникам можно быть уверенным, что в 1700 году был храм в Кургане. По поелику с одной стороны в червленском акте 1667 года видим не только курганский храм Архангела Михаила, но и священника его Григория Фёдорова, а с другой, в 1739 году на место обветшалого храма построен и освящён был в Кургане новый храм Архангела Михаила: то без сомнения первый храм в Кургане построен прежде 1667 года. Ныне существующий здесь деревянный храм Архистратига построен в 1783 году.

Земли при курганском храме 66 десятин.

По переписи 1732 года в Азаке 179 вольных Черкасов, 121 подданных; в Кургане 333 души мужских.

141

IV Округ

НЕДРИГАЙЛОВСКИЙ

НЕДРИГАЙЛОВ

Заштатный город в 190 верстах от Харькова, в 50 от Лебедина и в 62 от Сум.

По акту 1647 года размежевания границ между Россиею и Польшею несомненно, что Недригайлов ещё до Татар был русским городом. Здесь старое Недригайловское городище, расположенное на Путивльской стороне Сулы, отличено от острога и деревень его, построенных литовскими людьми. Показывая, какие места Польша возвращает России, акт говорит: «Городище Недригайловское на реке Суле – старое городище на Путивльской стороне, а Новый Острог и земляной вал за рекою Сулою, и посад Слободы по обе стороны реки Суллы, да в уезде на той же реке Суле, на той стороне, на которой Острог стоит, выше Недригайлова в двух верстах, деревню Кармышевку да деревню Цыбулину выше Недригайлова у пяти верстах на реке Суле на Путивльской стороне, и с землями и лесами и с водами и с мельницами и со всякими угодьями» отдаются Царю.

Местность Недригайлова самая счастливая, самая полезная для тех, которых с одной стороны преследовал фанатизм латинский, с другой так часто тревожили хищные Татары. Кроме того, что почва окрестных мест самая плодородная, а на левом берегу реки Сумы покрыта была лесом, речки Дрыгайловка, Березовка, Тванька и река Сулла составляли природное укрепление для Недригайловцев.

[Ныне, кроме р. Сулы, прочие три речки совсем незначительны. Но на них еще видны остатки плотин, и старики помнят значительность этих плотин и их мельниц. В старое время Недригайлов был окружен водою. Речка Дрыгайлиха вытекает за 10 верст от Недригайлова с запада и в течении своем по каменному, глинокремнистому грунту как бы дрожит].

Этою местностью воспользовалось и московское правительство. По самому акту размежевания границ уже видно, что казаки Недригайлова остались в Недригайлове и по передаче города Царю. Царь поспешил в их утешение поставить православный собор в крепости, где может быть стоял костёл для польских чиновников. По времени построения собора, который, как увидим из царской грамоты, построен в 1644 году, видно, что ещё прежде, чем последовало окончательное размежевание границ, Царь занял Недригайлов своею стражею

[Срезневский: «После 1653 г. построены Лебедин на Ольшанке и Недригайлов у Сулы». Неправда. Еще в мае 1642 г. «послал Государь межевать с Литовскими людьми спорные земли в Путивль — окольничаго кн. Федора Фе­доровича Волконскаго». За спорами дело тогда осталось нерешенным (Дворцовые разряды 2. 682, 824, 883—889). Акт межевания 1647 г. в прилож. 13].

в 1648 году Недригайлов уже назывался русским городом.

[См. ниже царскую грамоту № 1].

По царской грамоте видим, что крепость Недригайловскую составляли острог, валы и четыре башни: в таком ли виде принята эта крепость от польского правительства, не видно. Известно только, что в 1656 году путивльский воевода Никифор Юрьевич Плещеев, по указу Царя прислал в Недригайлов пушкарей; вместе с тем видим в Недригайлове, кроме казаков или черкасов, дворян и детей боярских как между пушкарями, так и числе прочей военной стражи.

[Обыск о церковной земле 1678 г. ноября 30 № 5].

В последствии Недригайлов был сотенным местечком сумского полка.

В царской грамоте от 30 марта 1674 года читаем: «бил челом нам, великому Государю, города Недригайло-

142

ва соборной церкви Покрова Пресвятой Богородицы поп Леонтий Алексеев: в прошлых годах по нашему великого Государя указу отец его Алексей из Брянска переведен в город Недригайлов к соборной церкви на вечное житье и служил лет с двадцать и больше; а он де после отца своего у той же церкви служил лет с десять и больше».

[Грамота царя Алексея Михайловича к Недригай-ловскому воеводе Семену Анненкову 1674 г. марта 20 дня № 4].

По этой грамоте видно, что первый Покровский священник прибыл из Брянска в Недригайлов никак не позже 1644 года. А определение священника указывает на существование храма. По другой грамоте видно, что в 1648 году в Недригайлове был храм в честь Покрова Пресвятой Богородицы с приделом во имя Василия, архиепископа Кессарийского: но храм сей не имел многого для своего благолепия и даже многих нужных книг. Это зависело, конечно, от того, что новые поселенцы, расстроенные в своём домашнем быту переселением, ещё не успели обзавестись на новом месте. Потому уверенные в милости к ним царя Алексея Михайловича отправили в Москву священника своего Алексея Васильева с просьбою о пожаловании храму их необходимой утвари. И царь в 1648 году прислал с этим священником святые вещи. Вот список святых вещей, присланных в 1648 году в Недригайловскую Покровскую церковь, который приложен был к царской грамоте от 25 октября 1677 года.

«Роспись что в прошлом 156 году, по указу великого Государя, послано с Москвы в Недригайлов в Покровскую церковь образов и церковные утвари всякие: одиннадцать икон, двери царские, святые евангелия листы, образ местной Покрова Пресвятой Богородицы на престоле, двери северные, крест осеняльный, хоругв и образов различных праздников святых, две свечи поставные деревянные с насвечниками, писаны золотом, сосуды церковные оловянные, чаша водосвятная, кадило медное, укропник, два колокола весом в два пуда семнадцать гривенок, книг печатных, евангелие напрестольное, обложенное бархатом, апостол, потребник, служебник, триоди постная и цветная, шестероднев, минея общая, псалтирь следованная и меньшая, часовник, ризы миткальные, стихарь полотняный, поручи, на сосуды церковные воздух, индития, срачица, литон, антиминс, на жертвенник срачица, царских дверей запона, 5 фунтов ладану, вино вина церковного, для миропомазания масло деревянное».

Нет сомнения, что тогда же священник Алексей Васильев испросил у Царя для себя и причетника Димитрия Алексеева, (который мог быть его сыном) пахатную землю, на которую царская грамота последовала 5 октября 1648 года и которая отведена была 28 июля 1649 года недригайловским головою Димитрием Киреевым, «по Государеву Цареву и великого Князя указу и по памяти путивльского воеводы Никифора Юрьева Плещеева».

[Выпись из отдельных книг, лета 157 июля в 28 день №1].

После того, как в 1668 году Недригайловский храм ограблен был шайками изменников гетмана Брюховецкого, Царь Алексей Михайлович предписывал грамотою от 25 октября 1669 года воеводе, князю Григорию Ромодановскому отыскать, если возможно, разграбленную утварь, и чего нельзя отыскать, то вновь купить для храма Недригайловского на счёт Севских таможенных доходов.

[Выпись из государевой грамоты к князю Ромоданов­скому 7178 г. октября 25 дня № 3].

Вероятно, вследствие сей царской воли поступило в Покровский храм евангелие, обложенное бархатом и печатанное в Москве 1657 года, которое сохраняется и ныне в Покровском храме.

После заключённого царевною и великою княжною Софиею Алексеевною (26 апреля 1686 года) мирного трактата с Польшею, пришли из-за Днепра в Недригайлов новые переселенцы и постоили около 1688 года другую деревянную церковь вблизи первой во имя Свят. Христова Николая; они привели с собою священника Максима Миронова, – родом Грека, уроженца Македонского, который был родоначальником фамилии священников Македонских. При Николаевском храме были один за другим

143

священниками сын, внук и правнук – Феодор, Пётр и Григорий Македонские.

[Сведение о сем сохранилось в записках умершего священника Павла Антонова, бывшего зятя священника Иоанна Македонского. По делу 1759 г. видно, что в 1756 г. были священники при Недригайловском Николаевском храме два родных брата Феодор и Николай Максимовичи Македонкие, из которых последний умер в 1756 г.]

Так как и Николаевский храм, перестроенный в 1776 году, с течением времени становился очень ветхим, и с Покровским, построенным на месте сгоревшего в 1787 году из старого ольшанского становилось то же самое: то надлежало приступать к построению нового, прочного храма. В 1834 году, по предложению настоятеля собора протоиерея Василия Васильковского, Недригайловский купец Григорий Фёдорович Ельфимов изъявил готовность доставить на свой счёт весь кирпич на сооружение каменной трёхпрестольной церкви; общество с своей стороны было убеждено, что из городской Недригайловской суммы, обращавшейся в харьковском Приказе общественного призрения, может быть отпущено пособие на построение нового храма. Таким образом начато дело по епархиальному начальству о построении каменной церкви, а по гражданскому – об отпуске 25 тысяч ассигнований из помянутой суммы. Храм заложен в  1838 году во имя Покрова Пресвятой Богородицы, с двумя придельными престолами: во имя святой живоначальной Троицы и Свят. Христова Николая. Вспомогательная сумма из Недригайловской городовой суммы, обращавшейся в харьковском Приказе общественного призрения, отпущена была только в 1842 году и храм, наконец, окончен и освящён в 1851 году.

Самые значительные пожертвования на сей храм сделаны были, после купца Григория Ельфимова, супругою его Анною Ильиничною, которая устроила главный иконостас в 1508 р. серебром, церковным старостою купцом Емельяном Ельфимовым, купцом Иваном Зезулиным, титулярным советником Иваном Богдановским, мещанкою Евдокиею Максимовою, мещанином Василием Соколовым, унтер-офицером Капиным и женою его Дарьею. Много помогали при том разными услугами недригайловский частный пристав Андрей Иванов Богдановский и волостной голова Лука Федоров Гордиенко.

Число прихожан

По ведомости 1785 года в Недригайлове показывалось: 1475 муж., 1495 жен. войсковых обывателей, 167 муж., 162 жен. однодворцев, или потомков детей боярских  недригайловской службы, 372 муж. подданных черкас и 27 цыган. Последних ныне уже не видно в Недригайлове, потому ли что откочевали они в другое место, или потому, что переродились. Земли за Недригайловцами и Ольшанцами 21303 десятины. В гербе Недригайлова, когда он был городом, изображалось восемь слив на золотом поле, что указывало на обилие садов с сливовыми деревьями в Недригайлове и его окрестностях.

Недригайловцы много видели над собою милости Божьей, много испытали и бед.

а) В 1668 году малороссийский гетман Брюховецкий, возмутив Малороссию, употребил меры и обольщения и насилия, чтобы возмутить и слободскую Украйну; Недригайловцы, по близости своей к Ромнам, где свирепствовал Брюховецкий, были в сильном страхе и скоро увидели под своей крепостью кровожадные шайки Брюховецкого, действовавшие вместе с грабителями Татарами. В царской грамоте, от 25 октября 1669 года к воеводе, князю Ромодановскому, читаем:

144

«Бил челом, нам, великому Государю, Недригайловский поп Леонтий: в прошлом де 176 году (1668 году), как изменник нам, великому Государю, Ивашка Брюховецкий с черкасами, изменя писал из Гадячья прелестные листы в Недригайлов и в Недригайловский и Путивльский уезд, в Терновскую слободу к черкасам, –  и те черкасы, которые по городу и по острогу и по башням в сотнях и на караулах стояли, по его Иванова прелести, нам, великому Государю, изменили ж. И, изменяя, наших Государевых русских людей посекли и иных в полон поимали; а ево-де, попа Левонтия, в то число раненова взяли в полон и держали его в полону в городе Ромне, в тюрме скованного, по 177 (1669 год). А из полону де выбрел он собою. И ныне де по нашему великого Государя указу велеть ему жить в Недригайлове по прежнему. И в Недригайлове де соборную церковь в измену Ивашки Брюховецкого разорили, книги и ризы и всякую де церковную утварь разграбили все без остатку. И нам великому Государю пожаловать бы его велеть к нашему Государеву богомолью дать книги и ризы и колоколы и всякую церковную утварь, чтоб наше церковное богомолье без пения не было. А напредь сего в прошлом 156 году (1648 году) по нашему великого Государя указу послано с Москвы в Недригайловскую соборную церковь той соборной церкви c попом Алексеем всякие церковные утвари, а сколько чего послано, о том для ведома тебе, боярину нашему и воеводе, послана роспись под сею нашего великого Государя грамотою, за дьячьею приписью. И как к вам ся наша великого Государя грамота придет: и ты бы боярин наш и воевода князь Григорий Григорьевич, в Недригайлов послал, кого пригоже, и велел ту соборную церковь и в ней всякое строение описать и осмотреть, – и которые церковные утвари из той церкви поиманы и против росписи, которая под сею нашею Государевою грамотою, не объяснится, и про то велеть порасспросить. И будет что в сыску, и то в ту соборную церковь взять по прежнему, а чего буде не сыщется к той церкви, что надобно: и вы бы то все велели построить из севских таможенных доходов, без чего по самой нужде быть не можно. И что по росписи не объявится и что вновь построено будет, и вы бы о том к нам, великому Государю, писали и тому роспись в тетратех за дьячьею приписью прислали б и велели подать в розряд дьякам нашим думным Дементью Башмакову да Фёдору Грибоедову да Василью Семёнову. Пис. на Москве лета 7178 октября 25 дня». Затем следут роспись священных вещей, помещённая нами выше. По этой грамоте видно, что между Недригайловцами были малодушные, которые, при приближении неприятеля, передались на его сторону, и за одно с ним злодействовали. В Чугуевской переписке сохранились две отписки 1668 года. Сумской воевода писал в Чугуев: «октября 28 177 (1668) года приехал из Каменского в Сумы Бельский шляхтич Иван Куликовский и сказал: был он в Каменном с шляхтичем Бобровичем для Государева дела. И в ночи из Гадяча учинилась ведомость, отпустили сына боярского Каменца с тем, что из изменничьих городов перебираются через Пселл под Гадячем по многие дни и ударить хотят на Государевы города. Да того же числа выходцы из Недригайлова сумской черкашенин села Сыровец Ивашка Марков да Каменский черкашенин Савко Михайлов в расспросе сказали: взяли их Татарове октября 20 и привели в Недригайлов и в Недригайлове они от Татар ушли, недригайловский сотник и атаман выпроводили их за село Алешенку (Ольшану); а как де они были у Татар в полону, и Татарове хотят приходить под Государевы города войною вскоре». Князь Ромодановский тогда же писал в Чугуев: «Крымский Калга султан со всеми силами и изменники черкасы от Недригайлова идут к Сумам». Очевидно, что в этих отписках Недригайлов – не главный предмет. И однако из них ясно видно, что а) в Недригайлове тогда хозяйничали Татары и агенты Брюховецкого; б) между недригайловскими черкасами самые главные начальники, их сотник и атаман, оставались верными Царю и с явною опасностью для себя действовали за Царя тайным образом; а примеру сотника и атамана без

145

сомнения следовали все лучшие из Недригайловцев. Наконец известна царская грамота от 19 февраля 1669 года, в которой Царь по просьбе Недригайловцев объявляет им прощение. Царь писал: «били нам челом Недригайловцы сотник Павел Семёнов со всеми Недригайловскими и Ольшанскими и с Терновскими и с Хоружевскими (Хоружевка в 15 верстах от Недригайлова, ныне Полтавской губернии) жители… вины их отдать и принять… в подданство по прежнему. И ты б велел сказать, что мы…в подданство принять их велели и привести их к вере». Приняв во внимание время этой грамоты и содержание чугуевских известий о Недригайлове, снова убеждаемся, что Недригайловцы силою вынуждены были к тому, что пустили к себе Татар и изменников и потому лишь только удалились те от них; они поспешили объявить о вероподданстве своем Царю.

в) Во время войны Петра I с Карлом ХII Недригайлов не мог не потерпеть бед войны. Зимою 1708 года войска Карла расположены были в округах Лохвицком, Гадяцком, Роменском, и главная квартира Карла была в Ромнах; войска Карла грабили везде и всё, что только могли, особенно в декабре 1708 и январе 1709 года, когда запасы несчастных обывателей, принявших волею или неволею дорогого гостя, истощились. От этих грабежей не уцелели Недригайловцы. «Грицько сотник роменский с Шведами непрестанно набеги чинили и городы разоряли, а именно местечко Смелое Печерского монастыря, и город Недригайлов и два села сумского полку разорили»: так писал князь Дмитрий Голицын в 1710 году.

[Судиенка матер, ист. 2, 18, 19].

Мало и того. За рекою Сулою, на горе, в расстоянии немного больше одной версты от Недригайлова, сохраняются остатки укрепления или городка бывшего малороссийского гетмана Ивана Мазепы. Этот город в своё время укреплён был глубоким рвом и содержал в себе артиллерийский снаряд; а ныне в средине его стоит красивая беседка, устроенная покойным графом Юрием Александровичем Головкиным, владельцем местечка Константинова, так как место городка составляет часть земель Константиновских; Константинов тоже принадлежал Мазепе и им подарен другу его Зеленскому.

[1711 г. декабря 6 дня Петр Великий все недвижимые имения, принадлежавшие Зеленскому, Чуйкевичу и Гамалее, подарил государственному канцлеру, графу Гавриилу Ивановичу Головкину, за ревностные труды по службе и полезные советы во время войны с Карлом XII, королем шведским. Грамота с собственноручным подписом Великого Петра в богатом переплете из венецианского бархата, с государственною печатью, хранится и теперь в церкви местечка Константинова].

Таким образом Недригайловцы были под выстрелами Шведов и их союзника Мазепы. Местное предание говорит, что Царь Пётр был в Недригайлове в ноябре и по обыкновению своему читал Апостол на литургии, и что Недригайловцы не раз дрались с неприятелем и мужественно отражали нападение его.

г) После того, как 22 июля 1787 года сгорела недригайловская Покровская церковь, в 22-й день, память святой равноапостоьной Марии Магдалины, для недригайловских жителей остался особенно замечательным и потому ещё, что в 1793 году, через год по освящении новой церкви деревянной, в то же 22 число июля, во время вечерни, отпрвлявшейся священником Феодором Яскевичем, разразился над церковью сильный громовой удар, от которого во всех трёх ярусах крыши вырвано было по одной гонтине, церковь наполнилась серным запахом и как бы дымом, – хотя пожара и не случилось. С этого времени доныне 22 день июля чтут в Недригайлове с особенным благоговением.

д) С 1799 года по 1811 год Недригайловцы много страдали от саранчи, истреблявшей все хлебные произрастания.

е) В 1831 и 1848 годах Недригайлов посещён был эпидемическою болезнью – холерою; от неё умерло: в первом случае 119, а во втором 122 человека. В 1829 и 1841 годах был сильный падёж рогатого скота: в первый раз погибло почти две трети всего количества скота, а во второй – число погибших простиралось до половины. В 1834, 1835 и 1839 годах были неурожаи хлеба, и от того – голод. Тоже следствие неурожая испытали и в 1849 году, хотя не видели не цинги, ни падежа скота, как это испытывали обыватели юго-восточных уездов губернии.

146

Из прихожан, кроме храмоздателей, по своим трудам на пользу церкви известны: однодворец Мартин Павлов Рыжков, который, при постоянно трезвой, трудолюбивой и набожной жизни, исправляя должность церковного старосты, весьма много споспешествовал трудами и пожертвованиями к построению храма в 1790 и 1791 гг. Мещанин, и после почетный гражданин, Моисей Васильев Евенко, бывший после Рыжкова долгое время церковным старостою, прилагал особенное попечение об украшении храма. Титулярный советник Филипп Назарьев Безуглов — усердный церковный староста, своим руководством споспешествовал тому, что исходатайствовано было высочайшее разрешение об отпуске на церковь из городской винной суммы 2000 р. ассигнациями. Он же оставил по себе память своими благоразумными распоряжениями и советами по управлению в г. Недригайлове. Быв прежде в службе в Харькове, а после долгое время секретарем Недригайловской горо­довой ратуши, он известен был как знаток юридических дел — и как человек строгой честности; особенною чертою характера его было то, что не любил он никому писать никаких бумаг в обиду ближнего, не любил ябед и старался, сколько от него зависело, прекращать дела такого рода.

К памятникам древности, кроме помянутого евангелия «со стихами и главами первое», изданного в 1657 г., относятся: а) книги: аа) сочинение «игумена монастыря Свято-Никольскаго Пустынно-Киевскаго иеромонаха Антония Радивиловскаго, под заглавием: «Венец Христов з проповедей недельных, аки з цветов рожаных на украшение православно-кафолической святой восточной Церкви сплетенный. Или: Казаня недельные на венец всего лета з писма святого, з розных учителей, на пользу душевную православных, собранный». Печатанное в Киеве 1688 г. По листам несколько надписей: 1) «Я Афанасий поп Николаевский Сумский книгу сию, прежде бывшую у о. Григория Деркачевскаго в закладе в 10 золотых на две недели еще прошлаго року 707, ныне отдаю превелебному господину о., протопопу Иякову Ильичу Щияневичу за тиеж деньги»; 2) «1711 г. мая 18 д. сию книгу от о. Афанасия принятую продалем я Иоанну Флорову — соборной Межиричской протопоп Ияков Ильин»; 3) «Отдана сия книга в Недригайлов в церковь Николая Чудотворца для поминовения сына его отца Ивана Флорова… подписал Недригайловской соборной Покровской церкви поп Андрей Алексеев по его Флорова велению»; бб) Евангелие учительное: «Поучение избранная различными премудрыми мужи от св. евангелия и от многих божественных писаний и от Златоустаго во всякую неделю и на праздники». Год и место издания не видны. Надпись: «Сию книгу толковое евангелие Священник Иоанн Иоаннов Калыновский ку­пил за свои собственные деньги за 4 р. 50 коп. и отдал в Недригайловскую церковь Покрова Пресв. Богородицы»; вв) Триодион св. Пятидесятницы благословением преосвященного Лазаря Барановича ч. [п.] 1685 г.; Евангелион иждивением братства Львовского 1690 г.; Служебник при архимандрите Романе к. [п.] 1736 г.; Служебник благослов. преосвященного Амвросия ч. [п.] 1747 г.; Минеи служебные 12 книг к. п. 1750 г.; Осьмогласник м. п. 1750 г.; Феофилакта Болгарского толкование евангелий м. п. 1756 г. с надписью: «Отменил до храму Свят. Христова Николая в слоб. Недригайлов Ея Императорскаго Величества придворный певчий Григорий Федорович Белоградский».

б) При храме имеется 302 десятины земли, жалованной царями.

в) Грамоты и акты времён Царя Алексея Михайловича и соцарствия Петра, Иоанна и Софии, хранящиеся в Покровском храме. Помещаем здесь замечательнейшие из них в целом их виде, другие же в излечении.

№ 1. Грамота 28 июля 1649 года.

«Лета 7157 июля в 28 день. По Государеву Цареву и великого князя всея Руссии указу голова Димитрий Иванович Киреев дал выпись с отдельных книг отделу и сыску Недригайловскому соборному Покровскому попу Алексею Васильеву, что он отделил ему попу Алексею по Государеву, Цареву и великого князя Алексея Михайловича всея Руссии указу и по памяти воеводы Никифора Юрьевича Плещеева в нынешнем во 157 году октября в 5 день Недригайловского городского поля пашни пахатной

147

и перелогу пятнадцать частей в поле, а в дву по томуж, да тойже соборной Недригайловской церкви отделил же Димитрий Киреев дьячку Димитрию Алексееву восемь частей в поле, а в дву потомуж. А межа той их церковной земли по Гадяцкой дороге от ложка,  что вышел с поля с левой стороны против озерка, едучи к Недригайлову по левую сторону по Роменской и по Константиновской дороге, что ездят с Ромна к Ольшанцу, и от дороги Роменской ложок по левую сторону до болота, что вытекло под тую Гадяцкую дорогу меж подворков, а от устья того ложка по левой стороне болота до болота, что вышло с под Берестовской на Роменскую и Константиновскую дорогу, по левой стороне болота и с вершиною по Берестовскую дорогу, а дорогою Берестовскою едучи от Недригайлова к Берестовке по левую сторону до столба и до ямы, и на столбе грань. А от Берестовской дороги и от столба по пригорью по левой стороне на столбы и по ямы до Гадяцкой же дороги, и до лужка, что вышел к тойже Гадяцкой дороге против озерка. А сено ему, попу, косить с дьячком Димитрием за своею межею по Недригайловскому дикому полю и по лугам и по дубравам угодья им рыбная ловля и бобровыя гони, а в спуды и перевесьи и лес хоромный и дровяной по реке по Суле и по Терну и по яругам и в Кореневском, и в Козельском, и в Гриневском лесах сечь им с Недригайловцы детьми боярскими и с казаками вообще». Печать маленькая чернаго воска. На обороте написано: «к сей отдельной выписи Димитрий Киреев руку приложил».

№ 2. Грамота 6 февраля 1656 года.

«По Государеву Цареву и великого Князя Алексея Михайловича, всея великия, и малыя, и белыя России Самодержца, указу Недригайловскому Покрова Пресвятыя Богородицы попу Алексею владети церковною землёю по отдельным книгам Димитрия Киреева 157 года; а в отдельных книгах, каковые книги прислал в разряд из Путивля воевода Никифор Плещеев в 158 году в июле, написано: отмерено и отделено Недригайловскому соборному попу Алексею на Недригайловском на городском поле пашни пахатной и перелогу пятнадцать четей в поле, а в дву по томуж, да той же соборной церкви Покрова Пресвятыя Богородицы дьячку Димитрию Алексееву отделено восемь частей в поле, а в дву по томуж; а межа той их церковной земли по Гадяцкой дороге от ложка, что ложок вышел с поля с левой стороны против озерка, едучи к Недригайлову по левую сторону до Роменской и Константиновской дороги, что ездят с Ромна в Ольшанцу». Далее тоже, что в выписке Киреева. Конец: «и в Кореневском и в Козельском и в Гриневском лесу сечь им с Недригайловцы детьми боярскими и с казаки вообще». – Сия выпись на ту их землю дана им на Москве лета 7164 февраля в 6 день». На обороте написано: «дьячек Иван. Справил Васька Семёнов».

№ 3. Грамота на имя князя Ромодановского от 25 октября 1669 года, помещённая нами выше, как и присоединённая к ней роспись жалованной Царём Алексеем утвари.

№ 4. Грамота Царя Алексея от 30 марта 1674 года, в Недригайлов Семёну Акимовичу Анненкову по жалобе Недригайловского священника Леонтия Алексеева, с предписанием – разыскать, точно ли часть жалованной земли отнята черкасами недригайловскими, и в случае, если это окажется справедливым, равно и то, что урочище Яблонская лука останется ни в чьём владении, отвесть это урочище в пользу причта недригайловской Покровской церкви.

№ 5. Розыск о церковной земле и Яблонской луке, произведенный в следствие царской грамоты Иваном Васильевым Должиковым 30 ноября 1675 года, подтвердивший донесение священника Леонтия Алексеева. В розыске допрашиваемы были и показали «по святой, непорочной, евангельской заповеди Господней: ей, ей, в правду»: а) «Недригайловцы дворяне и дети боярские Степан Филимонов Анненков, Фёдор Володимеров сын Голиков» и другие; б) «недригайловские пушкари» и дети боярские, между последними «Сухотины».

№ 6. Выпись из межевой книги, данная декабря 1 1675 года Должиковым священнику Леонтию об отведенной причту Яблонской луке.

«Лета 7184 декабря в первый день по Государя Царя и великого князя Алексея Михайловича всея великия и малые и белые России Самодержца грамате из розряду за приписью

148

дьяка Василия Семёнова и по наказной памяти воеводы Семёна Акимовича Анненкова Недригайловец Иван Васильев сын Должиков дал выпись с мерных и отказных книг отказу своего и меры города Недригайлова соборной церкви Покрова Пресвятыя Богородицы попу Леонтию Алексееву, что в нынешнем 184 году ноября в 30 день мерял и отказал в Недригайловском уезде урочище Яблонскую луку от устья речки Попадьи вверх к реке Суле  с езовищи с лесом и сенными покосы до сухой долины, и по мере в том урочище в Яблонской луке лесу семь десятин, сенных покосов шесть десятин, обоего лесу и сенных покосов тринадцать десятин к соборной церкве на строение» и прочее.

№ 7. Просьба от 17 июля, недригайловского священника Ивана Михайлова к Царям Иоанну и Петру об укреплении за ним огородного места «в урочище на посаде к реке Берёзовке», отдаваемого ему по завещанию и допрос завещательнице вдове, подтвердившей слова священника.

№ 8. Грамота Царей Иоанна и Петра и Царевны Софии от 15 апреля 1688 года на имя Никифора Васильева Коренева, последовавшая по просьбе недригайловского священника Ивана Фёдорова об утверждении за ним всех жалованных земель и мельницы на реке Ольшанке.

№ 9. Грамота Царей Иоанна и Петра и Царевны Софии от 1 июля 1688 года на имя того же Коренева, по жалобе священника Ивана Фёдорова с предписанием разыскать, точно ли часть церковной земли отнята у недригайловского Покровского причта, и если это окажется справедливым, отдать ему урочище от речки Торкмышевки по реке Суле до речки Попадьи.

№ 10. Розыск Любима Тимофеева Коженовского в ноябре 1688 года о церковной земле, сделанной в следствие указа, по жалобе священника Ивана Фёдорова.

№ 11. Отведение земли недригайловскому причту Кореневым в ноябре 1688 года, в следствие царского указа и по просьбе священника Фёдорова.

«Лета 7197 ноября в день по указу Великих Государей Царей и великих Князей Иоанна Алексеевича, Петра Алексеевича и великие Государыни благоверныя Царевны и великия Княжны Софии Алексеевны, всея великия и малыя и белыя России Самодержцев, и по грамоте из розряду за приписью дьяка Любима Домнина и сыску Флора Васильевича Коренева учинена отказная книга, по отказу и отделу и сыску Недригайловца Любима Тимофеева сына Коженовского, да приказной избы подьячего Епифана Золочева против челобытьев недригайловского Покровского попа Ивана Фёдорова про отнятую церковную землю и против отнятой церковной земли, что от речки Торкмышевки по речку Попадью церковная земля и до сухой долины едучи из Недригайлова в село Ольшану к реке с левой стороны и против отнятой церковной земли Недригайловцы, дворяне и дети боярские и пушкари: Лука Афанасиев сын Котельников, Василий Анисимов сын Пашков, Козьма Тихонов сын Коженовский, и прочие да пушкари: Степан Борисов, Семён Драгонин, да Михайла Плесканов, Евдоким Недоростов, Ларион Пошутилин, Евфим Пошутилин, Илия Лебедев сказали по святой непорочной евангельской заповеди Господней, еже ей! ей! в правду, в том, что в прошлом во 157 году отдачи и против отдельных книг Димитрия отмерено и отделено недригайловского поля соборной церкви Покрова Пресвятой Богородицы, да в приделе Василия Кессарийского попу Алексею Васильеву, да дьячку Димитрию Алексееву и та земля отнята и отдана черкасам, а против церковной земли под церковь ничего не дано, и мы про то ведаем подлинно, а на которую землю против отнятой, что от речки Торкмышевки и по речку Попадью до церковной земли и через речку Попадью до сухой долины едучи из города в село Ольшану в левой стороне к реке Суле и вниз рекою Сулою левый берег до речки Торкмышевки и та земля порозжая прежде сего никому не отдана и в дачах ни за кем не записана, лежит в пустее, а по смете и по мере той земли будет шесть четей. И по указу великих Государей и великих Князей Иоанна Алексеевича, Петра Алексеевича и великия Государыни благоверныя Царевны и великия Княжны Софии Алексеевны, всея великия и малыя, белыя России Самодержцев и по грамоте из розряду и по сыску и по отделу и по мере Недригайловца Любима Тимофеева сына

149

Коженовского, да приказной избы подьячего Епифана Золотарёва тую землю, что от речки Торкмышевки через речку Попадью по сухую долину едучи из Недригайлова к селу Ольшане Ольшанскою нижнею дорогою, к реке Суле с левой стороны и от сухой долины вниз Сулою рекою до речки Торкмышевки, Сулы реки левой берег и вверх речкою Торкмышевкою до Ольшанской нижней дороги и ему попу Ивану Фёдорову тою землёю владеть и лес хоромный и дровяной сечь, и сено косить, и по Суле реке левою стороною рыбу ловить и всякими угодьями владеть по указу великих Государей, и с той в церкви Покрова Пресвятой Богородицы служить и за их великих Государей Бога молить». А по листам скрепа: «к сим отказным книгам Никифор Коренев руку приложил».

№ 12. Донесение Коренева Царям и Царевне об окончательном отводе земли Покровскому причту по их указу о том.

№ 13. Выпись с книг межевых межевщика стольника Его Царского Пресветлого Величества Замятни-Леонтьева, да Фёдора Мякинина, да дьяка Григория пятово, в Москве с посольного приказу, – о меже Путивльской, и иных городов Украинских.

«Всяко дело благо начинается, и совершается о имени Пресвятыя Единосущныя и нераздельныя Троицы, еже есть Бог наш, о Нём же живём и движемся, Его же благословением хощет и сие дело продолжатися.

Божиею милостию Великого Государя Царя и Великого Князя Алексея Михайловича всея России Самодержца, Владимерскаго, Московского, Новгородскаго, Царя Казанскаго, Царя Астраханскаго, Царя Сибирскаго, Царя Псковскаго и великаго Князя Тверскаго и горскаго, Пермскаго, Вятскаго, Болгарскаго, и иных Государя и великого князя Нова города низовские земли, Резанскаго, Ростовскаго, Ярославскаго, Белоозёрскаго, Удорскаго, Обдорскаго, Кондинскаго, и всея северныя страны повелителя и Государя  Иверския земли карталинских и грузинских Царей, и Кабардинские земли черкасских и горских князей, и иных многих Государств Государя и обладателя Его Царскаго величества межевые судьи и Его Царскаго величества столник и наместник Кащанской и города Севска и Комарицких волостей драгунскаго строю воевода Замятня Фёдорович Леонтиев, я Царскаго величества дьяк Григорий пятово что по договору Царскаго величества отца,  блаженныя памяти великаго Государя Царя и великаго Князя Михаила Феодоровича всея России Самодержца, Его Царскаго Величества великих послов боярина и наместника суздалскаго, князя Алексея Михайловича Львова ярославскаго, да думскаго дворянина и наместника алатырскаго, Григория Гавриловича Пушкина, да дьяка Михаила Дмитриева сына Волощенкова; как они договорилися, будучи в Польше и в Литве, у наияснейшаго и великаго Государя Владислава четвертаго, Божиею милостиею короля польскаго, и великаго князя литовскаго, русскаго, прусскаго, хомонтскаго, мазоветскаго, киевскаго, волынскаго, подольскаго, смоленскаго, подляцкаго, черниговскаго, полоцкаго, витепскаго, мстиславскаго, лифляндскаго, елтинскаго, и иных, а шведскаго, кгдскаго, вондалскаго, дудичнаго, король княжита Лифляндскаго, и иных Его королевскаго величества спани ради коруны польския, и великаго княжества литовскаго, с ксендзом с Андреем Шондринским, бискупом познанским, с клеппером денгофом, воеводою Сирадским, ляским, болеславским, родомским, сакальским, старостою с Яковом совежским, и воеводою русским краснославским и ярославским, старостою стимошем Сапегою на ольшанех, воеводою новгородским с Николаем Аврамовичем на ворнях, воеводою мстиславским, стародубским и мединским, старостою с Юрьем с Тончиною осолинским, со князем цесарства римскаго с канцлером великим корунным бытловским, любочевским, любовским, ридцким, адзелским. Старостою с Адамом сказанова казановским, маршалом надворным корунным борисовским, козеневским, солопетским, новотарским, руменским, белским. Старостою с ксендзом Франциском дольматом и Сапковским, рефарендаром и Писаром великаго княжества литовскаго, пробощем веленским и краковским, и городским с Яном куновским, секретарем и дворянином Его королевскаго ве-

150

личества, съезжалися есмы меж Царскаго величества города Путивля, и Городищ; и королевскаго величества Чернигова и Черкас, и иных польских городов. Его королевскаго величества яснее вельможным паном родным; и с великим послом и комиссаром коруны полской, и с Адамом Свентолдичем, Кисилем Каштеляном, енералом киевским, житомирским, овруцким; старостою носовским, который по вечному докончанию прежде сего был комиссаром корунным, и иные Его величества и всея речи посполитой коруны польской, и великаго княжества литовскаго, учинен совершити межевое дело, рубежа коруннаго и отданье городищ в сторону Царскаго величества и то все межевое дело до верши, и городища отдав, пойти ему к Царскому величеству к Москве в великих послех, и съезжався за прежним крестным целованием, и говорили есмы в отдаче городищ Царскаго величества в сторону из стороны  королевскаго величества в сторону из стороны королевскаго величества, имянно: о недригаиловом, о городецком, о каменном, о ахтырском, о алешанском, на котором были польские и литовские люди вновь поселились. И о заседалых местах, и о довершении межеваго дела, изыскивали порубежи меж Путивля и Новгородка северскаго, и Чернигова и черкас и иных польских городов, обеих великих Государей, подокончательною граматою. И по договору Царского величества великих послов, и панов рады коруны польской и великого княжества литовского, приняли есмы Царского величества в сторону королевского величества из стороны, от рук Его королевского величества велможного пана радного и великого посла коруны польской, Адама Свентольдича Киселя Каштеляна, енерала киевскаго, житомирскаго, овруцкаго, старосты носовскаго, городище недригайловское на реки Суле, старое городище на путивльской стороне, а новой острог, и земляной вал за рекою за Сулою, и посад слободы по обе стороны реки Суллы; да в уезде на той же реке Суле, на той стороне, на которой острог стоит, выше Недригайлова в дву верстах, деревню Кармышевку, да деревню Цыбулину, выше Недригайлова у пяти верстах на реке на Суле на путивльской стороне, и с землями и лесами, и с водами, и с мельницами, и со всякими угодьи; Городище Каменное на реке Псле, от Путивля едучи, до Пслу на Путивльской стороне. Да к тому городищу слободу каменную повыше того городища у полторы версты и з землями, и с лесами, и с водами, и с мельницами, и со всякими угодьи; Городище Ахтырское, острог на реке Ворскле, от Путивля едучи на Путивльской стороне и с землями, и с лесами, и с водами и со всякими угодьи; Городище Олешанское на речке Ольшане, а на нём два острога и с землями и с лесами, и с водами, и с мельницами и со всякими угодьи. Да сверх договоренных посольских записей, заседалых мест приняли есмы Царскаго Величества в сторону из стороны королевскаго Величества по межевому разводу, на реке на Суле на усть речки Олешенки, выше Недригайлова у пяти верстах, острог и слободу Ольшаную и з землями, и с лесами, и с водами, и с мельницею и со всякими угодьи. Да за рекою за Пслом против Каменнаго городища и против Каменной слободы на речке на Бобрику два острога Бобровских и с посадом, и с слободами, с землями, и с лесами, и с водами, и з мельницею, и со всякими угодии; да выше Каменнаго городища у пяти верстах за рекою за Пслом на реке на Псле усть речки, деревню Буделевку с землями, с лесами, с водами, с мельницею и со всякими угодии. А приняв городища, и новозаседалые места  Царскаго Величества в сторону, из стороны королевскаго Величества, и говорили есмы с ним же велможею с паном радным, и с межевыми судьями королевскаго величества, Станиславом Пенчинским судиею земским черниговским, да с Яном Пенчинским подчишим новагорода северскаго и з ротмистром королевскаго величества о довершении межеваго дела, и расположили есьмы темы месты, которые именно в договорных записях описаны, а Инде по сыску с обе стороны старожильцов, рубежи от прежняго межеванья 154 году, от Прилуцкой дороги, от копцов, по меж едучи прямо степью с версту до копцов, на левой стороне копец Царскаго Величества, а на правой стороне копец королевскаго величества. А от тех двох копцов едучи прямо вер-

151

сты с полторы копец Царскаго Величества, а на правой стороне копец королевскаго величества. А от тех копцов сверсту возле, колок осиновой большой, а околок осиновой королевскаго величества в стороне. А от того копца едучи две версты, два копца близко дороги, что ездят и с Путивля в литовский город Красной. А от тех копцов едучи версты с четыре прямо степью, что ездят из Путивля за рубеж в город Ромен два копца. А от тех копцов едучи чрез тую дорогу версты с три над лугом два копца; против тех дву копцов в стороне Царскаго Величества в перестрел, две берёзки. А от тех копцов едучи версты с две, переехав лог, в перестрел, два копца. А от тех копцов едучи версты с две два копца. А от тех копцов едучи под гору с версту, верх сухаго ромна, внизу на долине против Терновых Верхов, два копца, а Терновые Верхи и речка Терн, в стороне Царскаго величества. А от тех дву копцов, едучи с пол версты чрез лог, два копца, во одном копце в стороне королевскаго величества, поставлен крест деревянный. А от тех копцов едучи версты з две, два копца, а против копцов в стороне Царскаго Величества берёзовой кол, да курган Вываренной в перестрел. А от тех копцов едучи версты с две, промеж Белаго березья на дву курганах, два копца. А от тех копцов, едучи версты с три на Большом кургане, копец общей. А от того общаго копца, едучи версты с две чрез вершину Бежевскую, на дороге два копца. А от тех копцов от вершины болота Бехавскаго, едучи сверсту, на степи два копца. А от тех копцов, с полверсты до логу и до болота, а логом и болотом у верх сверсту. А от верху болота и лога с полверсты курган большой старой, на нём копец большой общей. А от того общаго копца до верху Малые Уси, с полверсты, а вверх Малые Уси, с полверсты, а вверх Малые уси, два копца. А от тех копцов от верху уси малой, на низ речкою Усою малою вёрст с пять, до мельницы. А на той мельницы жорнови да шесть ступ. А от мельницы малою Усою вниз, до реки Суллы вёрст здве, где впала в реку Сулу. А от прилуцкой дороги, до верху сухаго  Ромна, и через вершину сухаго Ромна, и до вершины Уси малыя, и речкою Усою малою до мельницы. А от мельницы вниз Усою малою до речки Суллы, где впала Ус малая в речку в Сулу, по левую сторону земля и угодия Великаго Государя Царя, и Великаго Князя Алексея Михайловича всея России Самодержца, и многих государств Государя и обладателя, Его Царскаго Величества Путивльская; а на правой стороне земля, наияснейшаго и Великаго Государя Владислава четвертаго, Божиею милостию короля Польскаго, и великаго князя Литовскаго, и иных Его Королевскаго Величества Черниговскаго и Черкаскаго уезду. И речка Ус, и на ней мельница пополам, половина речки и мельницы Царскаго Величества, а другая половина той речки и мельницы, королевскаго величества. – А от всех копцов и от мельницы, против устья Уси речки малой, перешедши реку Сулу, и от реки Суллы долиною и ржавцом. А на том ржавце по левую сторону копец Царскаго Величества, а во оном бересты; а по правую сторону копец королевскаго величества, а до тех копцев от речки Сулы, что против устья Уси речки малыя, сажень состо. А от тех копцев прямо на дуб, а на нём грань, а подле дуба на левой стороне, копец общей, Царскаго Величества и королевскаго величества, а в нём кладено черепья и кости. А от того дуба и копца, у берега речки Недригайловки, копец общой Царскаго Величества и королевскаго величества, а в нём сыпано уголье, и берест, и кости, и черепья. А от того копца перешедши речку Недригайловку, на старой курган, а на нём насыпан новой копец. А от того кургана полем на два копца, а от того копца, на копец общей, что у долинки, а от того копца, на копец что над ложком, а в нём сыпано уголье. А от того копца долиною через дорогу, что дорога из Недригайлова в Берестовку, на левой стороне копец Царскаго Величества, а на правой стороне дороги копец королевскаго величества. А от тех копцов меж в ширь долиною, изъехав всю долину, поверх той долины копец общей. А от того копца через дорогу, что ездят из Недригайлова в Берестовку, и переехав тую дорогу, и у той дороги копец. А от того копца полем у долине, которая идёт к Суле, два копца. А от тех

152

копцов на леве два копца. А от тех копцов полем же против дубровки, два копца, а та дубровка отошла Царскаго Величества в сторону. А от тех копцов чрез болото на виварненной курган. А от того Виварненнаго кургана на меньшой курган. А от того меньшаго кургана, переехав чрез дорогу гадяцкую, два копца. А от тех копцов перешедши вершину Хорольскую, два копца. А от тех копцов перешедши другую вершину Хорольскую, два копца. А от тех копцов и от вершины полем, на два копца. А от тех копцов, не доезжая долины, два копца. А от тех копцов, переехав лог на курган, два копца. А от того кургана на глибокий лог, а литовские люди называют крутый яр. А от того логу на два дуба, на дубу две грани Царскаго Величества; а около того дуба насыпан копец, а тот дуб Царскаго Величества в стороне, а на другом дубу грань королевскаго величества; а около того дуба насыпан копец же, и тот дуб королевскаго величества в стороне. А от тех двух дубов, идучи глибым логом, и вышедши из глибокого логу два копца. А от тех копцов, идучи подле глибокого логу по левой стороне, и перешедши ложок, два копца. А от тех копцов, идучи к реке Груни, оставя старые подолки Царскаго Величества в сторону, два копца. А от тех копцов прямо чрез реку Грунь, а за рекою Грунью два копца. А от тех копцов на старой курган, а на том кургане учинены в новь два копца. А от тех копцов чрез Красную дубровку, и чрез буирак, на дуб выловатой, а на дубу грань, и около дуба осыпан копец. А от того дуба и от копца, чрез овраг и чрез болото на Старый курган против Вивареннаго кургана, оставя тот Выворенный курган Царскаго Величества в сторону, на нём два копца; а от того кургана и от копца чрез лог два копца, а от тех копцов, приехав к болоту, два копцаж, а то болото идёт в реку Грунь, и переехав то болото у дороги, которою ездят из Гадяча в Азак, и до Борка Жилиповки, оставя его весь в королевскаго величества сторону, два копца. А от тех копцов, перешедши дорогу, которою ездят из Борку в Каменное городище, и у той дороги два копца. А от тех копцов дорогу переехав, которою ездят из Цепков в Каменное городище, и у той дороги два копца, а от тех копцов чрез дорогу, которою ездят из Гадяча в Каменное городище, и перешед тую дорогу против старых курганов, два копца, а от тех копцов два дуба, а от тех дубов и от копцов до реки Псла, у реки Псла на берегу, два копца, а промеж копцов на дубу насечены грани. И от реки Суллы до реки Псла, на левую сторону земля и угодия, Великаго Государя Царя, и великаго Князя Алексея Михайловича всея России Самодержца и многих государств Государя и обладателя, Его Царскаго Величества Путивльская; а по правую сторону земли и угодия наияснейшаго и великаго Государя Владислава четвертаго Божиею милостию короля Польского и великаго князя Литовскаго, и иных Его королевскаго величества Черниговскаго и Черкаскаго уезду; – а переехав реку Псиол мимо сечь Подолькову, над Пслом два копца. А от тех копцов поехав на вяз, по левой стороне слово русское: Цы, и на правой стороне на вольхе, королевскаго величества  веди. А от тех копцов, и от вяза и от вольхи, поехавши чрез реку Бобрик малой до сельца Бобрика, а город Бобрик в стороне Царскаго Величества, и от тех граней в шерсти верстах. От тех копцов поехав прямо у дубровку с полверсты два копца. А от тех копцов поехав дубровою с полверсты, до дуба, а на нём на левой стороне грань, и на правой стороне польские веди. А от того дубу, поехав на дорогу, которая дорога лежит из Гадяча в Бобрик, меж дубов два копца. А от тех копцов поехав дубровою не много на дубу две грани, на левой стороне грань М., а на правой польские веди. А от того поехавши прямо дубровою, минувши сосновый борок в сторону Царскаго Величества до другой дороги Гадяцкой, что из Бобрика близко берёзки до дуба, два копца. А от тех копцов выехав из дубровки меж берёзами, два копца. А от тех копцов, поехав чрез поле, бобрика малаго меж полями, два копца. А от тех копцов, поехав прямо чрез посеянное поле дороги степью, чрез Мотинскую дорогу, что ездят из Лютенки в Бобрик, идучи дорогою, и выехав с подолу на гору, в степе выше лесу по правой стороне, два копца. А от тех копцов чрез долину, оставя от той долинки дубровку в королевскую сторону, и выехав на

153

гору из степи, два копца. А от тех копцов чрез две дороги, на верховину леска, что едучи по выше того леска в Бобрик же, переехавши чрез долину, и верх леска и долины, два копца. А от тех копцов, переехав Гадяцкую дорогу, что ездят в Бобрик, на степе не доезжаючи Грунскую вершину два копца. А от тех копцов, переехав Грунскую вершину ниже леска, и, переехав долину, два копца на горе. А от тех копцов на грунской лес, Тишенскою степью прямо вверх вершины Грунской, два конца. А от тех копцов, до речки Груни Тишинской, а в реке Груне два копца. Перешедши чрез болото и чрез гору, вверх по вершине, и, минувши два баирачка, и, вышедши из вершины, на горе, на левой стороне, два копца. А от тех копцов по вершинам речки Груне, и переехав долину ниже леска, от двох курганов не дошед другой долины, два копца. А от тех копцов чрез дорогу и долину, и от долины меж лесами на гору от дуба, два копца. А от тех копцов, оставя осиновой баирак в стороне Царскаго Величества; и, переехав дорогу, что ездят из Зенькова в Хоменское и в Белгород, и в иные места, королевскаго величества люде, и подле дороги меж лесками, два копца. А от тех копцов, переехав чрез долину, по левой стороне леска на поле, близко кургана и дуба, два копца. А от тех копцов меж тремя могилами до речки Груне Черкаской, и не дошед речки, два копца. А от тех копцов чрез реку Грунь, ниже Богданевой сечи, два копца. А от тех копцов с полянки, прямо чрез Букреевский лес, и перешед к лесу, на дву дубах две грани, на левой стороне Царскаго Величества, а на правой стороне королевскаго величества польские веди. А от тех граней выехав у лес, на левой стороне на липе грань, а на правой стороне на клену грань, а меж  липы и клену, пень дубовой сухой. А от тех граней, приехавши до дорожки, которая пришла с левой стороны, недоезжаючи Журавной поляны, на левой стороне на липе грань, а на правой стороне польские веди. А от тех граней, идучи Букримовским лесом против Журавной поляны, на левой стороне на липе грань, а на правой стороне польские веди. А от тех граней, идучи на вершины лесом, которые пошли у Ворскле и в Грунь, на левой стороне на липе грань, а на правой стороне на клену грань. А от тех граней спорным грабенем, меж вершину вершину которые идут у Ворск, а другие на Грунь, на левой стороне на клену грань, а на правой на дубу грань. А от тех граней, идучи лесом на вершину, которая взялась с правой стороны, на двух липах две грани. А от тех лип идучи лесом, и взъехав на дорожку, которая пришла с лева по обоим сторонам дорожки, на левой стороне на конце грань, а на правой стороне на липе грань. А от тех граней идучи лесом, оставя дорожку в правую сторону, перешедши долину малую, на дву липах две грани, а против тех лип с левой стороны долина, а поехав долиною по левой стороне, на берёзе грань, а на правой стороне на клену грань, а от тех граней, идучи лесом подле того же долу, на левой стороне на дубу грань, а на правой стороне на клену грань. А от тех граней съехав на дорожку, которая пришла в правую сторону, по обоим сторонам той дорожки, на левой стороне на липе грань, а на правой стороне на клену грань. А от тех граней идучи дорожкою прямо, на двух дубах грань. А от тех дубов, идучи лесом у верх скельских вершин, около берёзки на двух старых дубах грани, на левой стороне Цы:, а на правой стороне веди. А от тех дубов дорожкою под горку криница, и в той кринице на двух осинах две грани. А от тех осин на низ тою криницею до речки Ворскла и до Скельских гор, а на Скельской горе вал от леса Стараго городища, и в том же городищу, по конец горы над Ворсклом, одинатцать сосен, а над соснами и над рекою Ворсклом два каменя самородные великие, по конец горы на левой стороне камень в сторону Царскаго Величества, а на правой стороне камень плоской королевскаго величества, а в Букрымовском лесу поляна Журавна, и буды, где попел жгуть, в стороне Царскаго Величества. А перешедши Ворск от Скельских гор, как в договоре Варшавском писано, прямым путём к Муравскому  шляху на речку Ко-

154

телёвку, и на курган Вываренный, до Калатаевой гатки, которая на реке Мерле. А за тою гаткою и Мерлом, Муравский шлях; и по тую Калантаеву гатку, как в докончательных записях написано, старожидьцы, за крестным своим целованием, Путивльской уезд скончали, по записям вечнаго докончания, и тут скончился рубеж корунный, да будет имя Господне благословенно, от ныне и довека.Доведены межи, за крестным целованием , от устья Усы малыя, чрез Сулу до реки Псла, старожилцы за крестным целованием королевскаго величества; а от Псла до Ворскла, и до Муравскаго шляху старожилцы Царскаго Величества так же за крестным целованием. На левой стороне земля и угодья Великого Государя Царя, и великаго Князя Алексея Михайловича, всея Россия Самодержца, и многих государств Государя и обладателя, Его Царскаго Величества Путивльскаго уезду; а по праве земля и угодия наияснейшаго и великаго Государя Владислава четвертаго, Божиею Милостию короля Польскаго и великаго князя Литовскаго и иных Его Королевскаго Величества Черниговскаго и Черкаскаго уезду. – И грани есмы потому рубежу поклали, и копцы покопали, и урочища всякия, реки и речки, и всякия признаки по тому рубежу учинили, как в сей записи выше всего описано, по тому разводу Великаго Государянашего Царя, и великаго Князя Алексея Михайловича всея России Самодержца, и многих государств Государя и обладателя, Его Царскаго величества Путивльским воеводам, и всяким людям, держать крепко, нерушимо, и чрез те рубежи и межи, как в сем записе описаны, непреступити; и новогородка северскаго, черниговских и иных польских и литовских городов земель, к Путивлю, и к иным Царскаго Величества городов уездам, чрез тот рубеж неосвоивать, и невступатись; и насильства никотораго, королевскаго величества людям, не чинить; и земель пахотных и непахотных; сенных покосов, и рыбных ловель, и вод, и лесов, и бортных ухожьев, и бобровых и иных звериных гонов, и всяких угодий, чрез рубеж, не принимати, и невладети никакими угодии. Так же наняснейшаго и великаго Государя Владислава четвертаго, Божиею милостию короля Польскаго, и великаго князя Литовскаго и иных Его королевскаго величества новгородка северскаго и черниговским и иных городов воеводам и приказным людям, чрез те рубежи и межи, как в сей записи описаны, непреступовати: и великаго Государя нашего Царя, и великаго Князя Алексея Михаиловича всея России Самодержца, и многих государств Государя и обладателя, Его Царскаго Величества земли Путивльской, и иных городов и уездов; и городищь Недригайловскаго, Городецкаго, Каменнаго, Ахтырскаго, Ольшанскаго; и тех городищь, и иных Царскаго Величества земель, к Новогородку Северскому и Чернигову, и к иным городам чрез тот описанный рубеж, как в сей записи написано, не переходити; и земель не освоивати, и невступатись; и насильства никотораго нечинити; и земель пахотных и непахотных, и сенных покосов, и рыбных ловель и вод, и лесов и бортных ухожьев, и бобровых и иных звериных гонов, и всяких угодий чрез рубеж, не принимати, и не владети никакими угодии; а ведати рубеж обе стороны по томуже, как мы об их великих Государств судьи, меж себя в сих договорных межевых записях написали и постановили. – А будет с которой стороны, кто – нибудь, чрез рубеж перейдёт, пашнями пахотными, или бортными ухожьи, и сенными покосы, и рыбными ловлями, и иными какими-нибудь угодии, учнуть владети, или рубеж кто почнет портить, и великаго Государя Царя, и Великаго Князя Алексея Михаиловича всея России Самодержца, и многих государств Государя и обладателя, Его Царскаго Величества Украинским воеводам, и всяким приказным людем, которые будут у Путивле и в иных городах. Так же наияснейшаго и Великаго Государя Владислава четвертаго, Божиею милостию Короля Польскаго и великаго князя Литовскаго и иных Его Королевскаго величества Украинским Новгородко Северскаго и Черниговским и иных городов воеводам и старостам, и державцам, и всяким приказным людям, которые в тех городах будуть; меж себя согласиться: и на те места от себя послати добрых людей, и велеть о тех обидах и неправдах, сыскивати, и с которой сторо-

155

ны нибудь виноватаго сыщуть, и виноватому мсотря по вине, наказание учинять, и в великих винах казнити; чтоб промеж порубежских мест, воровства и неправды не было; а темиб неправдами, Государскаговечнаго докончания, которое вечное докончание, оне обои Великие Государи, учинили; и чрез обоих великих послов,- Царскаго Величества боярина и наместника Польскаго. Теодора Ивановича шереметова да бояринаж и наместника Суздальскаго, князя Алексея Михайловича Львова Ярославскаго, с товарищи; и великих послов по договору бояринаж и наместника Суздальскаго, князя Алексея Михайловича Львова Ярославскаго с товарищи, королевскаго величества с великими послы, с Якубом Жадином, быскупом Хеминским и Познанским, с товарищи; и после того и те, с паны рады коруны польской и великаго княжества литовскаго с ксендзом Андреем Шолдринским Бискупом Познанским, с товарищи; и нынешнее обоих великих Государей, Царскаго Величества и королевскаго величества на прежнее вечное докончание, подтверждаем: которое учинено Царскаго Величества чрез великиз послов, боярина и наместника Вологодскаго василия Ивановича Стрешнева, с товарищи; не нарушивать и не разрывать.- А где, в которых местах земли, и угодия всякие, мы обои межевые судьи, размежевали и розвели; и на тех местах и межах, велели есьмы, признаки учинить; а где какая признака по меже учинена, и то описано всё в записе, выше сего именно. А которые старожильцы с паны, на межевании были, и тем старожильцам имена всем в межевании записали есьмы». Следуют имена старожилов. Далее: «А к сей межевой записи, для большаго утверждения, что тому, как в наших договорных записях написано крепку, и стоятельну и нерушиму без всякой хитрости и обману задержану ести, мы Великаго Государя Царя, и великаго Князя Алексея Михаиловича всея России Самодержца, и многих государств Государя и обладателя, Его Царскаго Величества межевые судьи, стольник и наместник Кашинский, и города Севска и Комаринских волостей драгунскагострою воевода Замятня Теодоров Леотьев, да я Государскаго величества дворянин Теодор Михаилович Макинин, да я Государскаго величества дьяк Григорий пятой; наияснейшаго великаго Государя Владислава четвертаго; Божиею милостию короля Польскаго и великаго князя Литовскаго, и иных Его королевскаго величества с вельможным паном Радным, и великим послом коруны польской, с Адамом Свентолничем кисилем каштеляном, генералом Киевским Житомирским Оврутским старостою носовским; да с межевыми судьями Станиславом Пенчевским судиею земским Черниговским, с Яном Пенчинским, подчашим Новгородским ротмистром королевскаго величества, по сему нашему договору, и сей записи, руки свои приписали, и печати приложили, чтоб то в предь было крепко и нерушимо. Писан лета от создания мира семь тысячь, сто пятьдесят пятого году, месяца июля третьего надесять дня.»

СЛОБОДА ОЛЬШАНА

На р. Алешне, в 55 верстах от гор. Сум и в 40 от Лебедина.

В кратких заметках, писанных на одной книге иеромонахом Иоасафом (в мире Иваном Семёновичем) игуменом Михайловского монастыря, читаем: «Року 1609 ольшанские казаки с казаками приселков Городища да Бобрика, рушились в Веприке збуйно з старшинами Кислым, Манилом и Сычем, а иншие до рушенья того з полковником Самойловичем пребували у Гадяча и мусили бути при Коломаце». Таким образом Ольшанская сотня существовала ещё при гетмане Петре Сагайдачном. По размежевании границ между Россиею и Польшею в 1647 году из Польши принято во владение московского Царя «на усть речки Ольшанки, выше Недригайлова у пяти верстах, острог и слобода Ольшаная». Следовательно в 1647 году на реке Ольшаной существовали и острог  и слобода и следовательно эта местность населена была далеко прежде того, как черкасы стали переходить с берегов Днепра под власть и на земли московского Царя. В версте от нынешней слободы Ольшаной впадает в

156

реку Сулу речка Попадья. В другом месте объясняем мы, что здесь надобно полагать известный по летописи ещё в 1147 году город Попаш, старинный русский, православный город.

[См. ст. о Белополье].

О черкасской Ольшаной известно, что когда страдальцы унии перешли на покойные земли московского Царя: то ольшанская сотня, увеличившаяся тогда, вошла в состав сумского слободского полка. В последствии часть Ольшанки с значительным количеством дикопорожних земель (где ныне хутор Козельское, в 8 верстах от Ольшаной) пожаловано в вечное потомственное владение сотнику Степану Пустовойтову, которого наследники, генерал-майорша Шатова и титулярная советница Терновская, поныне владеют жалованным имением.

По выставленным нами памятникам о древней Ольшане нет сомнения, что храм в Ольшаной существовал ещё прежде 1609 года. Есть известие, что один из старшин казацких, в благодарность за то, что Бог избавил Ольшанцев в день Апостолов Петра и Павла от разорения Татар, построил в Ольшаной, близ дороги, небольшую деревянную церковь во имя святых Апостолов Петра и Павла. Эта церковь, говорит  тоже предание, была разграблена униатами и потому осталась в запустении, а священника взяли в другое место.

[Из заметок игумена Иоасафа Роменского].

Когда это было? – Известие не показывает.

По преданию сотник ольшанской сотни Михаил Шульга соорудил другую церковь, во имя св. Архистратига Михаила с приделом во имя Апостолов Петра и Павла, а Петропавловскую разобрал. Эта двухпрестольная церковь простояла не более десяти лет и была сожжена громовым ударом.

После этого несчастия, невдалеке от преждебывшей, выстроена новая церковь во имя Святителя Николая. В этом храме слушал богослужение Царь Пётр I, а после обедал в доме полкового судьи Ивана Пустовойтова.

[Игумен Иоасаф Роменский: «Року 1709 Его Пресветлое Царское Величество Петр Алексеевич изволил прибувать в слоб. Ольшаной и кушал у полковаго судьи Ивана С. Пустовойтова; при чем подарил кубок серебряный». Этот кубок и ныне хранится у генерал-майорши Шатовой].

С течением времени эта Николаевская церковь пришла в ветхость. Жители слободы Ольшаной, не уничтожая старой, выстроили новую во имя св. Архистратига Михаила с приделом Петра и Павла. При сооружении и украшении Михайловской церкви главным попечителем был Шульгин, потомок Шульги, выстроившего в слободе Ольшаной первую Михайловскую церковь.

Ныне существующая Михайловская церковь деревянная, на каменном фундаменте, вновь переделана из старой деревянной с таковою же колокольнею в 1781 году.

В 1827 году помещица Анастасия Пустовойтова, в ограде Михайловской церкви устроила на собственный кошт каменную небольшую церковь во имя св. мученик Сергия и Анастасии, над гробами родственников своих.

Крестьянин Иерофей Подоляка, благодарный к благодеющему Промыслу Божию, сделал разные приношения храму Божию на 2000 рублей серебром. Он купил евангелие в серебряной оправе превосходной работы и колокол в 104 пуда, который по отлично хорошему звону считается редкостью края.

Замечательные книги храма: евангелие московской печати 1641 года, евангелие «со стихами и главами первое издадеся» московской печати 1657 года, триодь постная московской печати 1710, 1724 годов, акафист киевской печати 1748 года, служебник черниговской печати 1746 года.

В 1668 году Ольшанцы вместе с Недригайловцами и Терновцами были вовлечены в обман хитростями изменника гетмана; но, уступив насилию, скоро принесли повинную Царю, и Царь простил их.

[Г. Арцыбашев (повеcт, о Рос. 5, 159) принимает в царской грамоте 1669 г. (см. о Недригайлове) Ольшану за Олыианку Курской губернии, а Терны — за какое-то поселение Екатеринославской губернии. Очевидное незнание окрестности недригайловской’.

«Року 1708 Шведы конные и пешие всю слободу Ольшану разогнали, а казаки батал чинили з Шведами до самого Городища, и пощады не було од Шведов никому».

[Заметка иеромонаха Иоасафа].

В 1774 году в следствие засухи был большой недород хлеба; а кроме того были в Ольшанской

157

пожары.

[Заметка того же иеромонаха Иоасафа].

В 1783 году слобода Ольшаная горела почти целые сутки, с июля 21 до полудня 22 числа.. В память этого грозного бедствия день Марии Магдалины и ныне чествуется в Ольшаной с особенным  благоговением. Вся часть слободы Ольшанской, называемая Загребелье, выгорела тогда до основания.

1831 год памятен холерою, истребившею в Ольшаной в один месяц мужеска пола 93, женска 106, а всего 199 человек. 1835 и 1839 годы заметны недородом хлеба, – от чего происходила дороговизна на хлеб, и многие принуждены были питаться желудями, листьями и корою.

В 1848 году от холеры умерло в слободе Ольшаной 110 человек муж., 117 жен.; а от засухи произошёл неурожай хлеба и большой недостаток в корм для скота, в следствие того в 1849 году в Ольшаной пало почти две трети скота.

Из священников, бывших при храме Ольшанском, народная память сохраняет имена Тимофея Иванова Роменского и Михаила Корнилиева Васильковского. Первый из них не обучался в школах и рукоположенный в 1787 г. рано овдовел, прожив с женою только полтора года; служил храму до 1819 г. с именем благоразумного священника. Имея небедное состояние, он много благотворил бедным и храмам Божиим; был депутатом и духовником, и скончался на покое в 1845 г.

Священник Михаил Васильковский по окончании курса учения в Харьковском коллегиуме рукоположенный к Ольшанскому храму в 1800 г., был благочинным с 1821 по 1826 г. Он оставил по себе память преимущественно тем, что возобновил обветшавший храм.

По исповедной записи за 1755 год при Ольшанском храме значится прихожан 780 муж., 815 жен., в том числе служащих казаков 318 муж., 287 жен., посполитых 457 муж., 527 жен. пола, за тем  было прихожан: в 1770 1589 муж., 1697 жен., в 1790 году 1985 муж., 2111 жен., в 1810 году 2057 муж., 2267 жен., в 1830 году 2459 муж., 2637 жен., в 1850 году 2333 муж., 2641 жен. пола.

Из прихожан по жизни благочестивой оставили по себе память следующие: помещица поручица Анастасия Пустовойтова, устроившая каменную церковь над прахом своего мужа (где и сама погребена); она имела добрую душу — свято сохраняла уставы святой Церкви, усердна была к храму Божиему, почтительна к духовенству и благодетельна для бедных — сирых и неимущих. Казенный крестьянин Иерофей Подоляка — кроме того, что от стяжания праведных трудов своих сделал значительные пожертвования для церкви, был строгой воздержной жизни, отличался трудолюбием, усердно посещал храм Божий, словом и делом наставлял семейство свое в доброй жизни и во всем был предан воле Божией. Однажды произошел пожар в доме соседа его, казенного крестьянина Якова Шевченко; соседи начали суетиться — выносить из домов имущество, а он, вышедши из дому, сказал: «Господи! Ежели я праведно стяжал и достоин милости Твоей, то помилуй меня, а ежели неправедно и недостоин Твоей милости, да будет воля Твоя!» И не приказал выносить ничего, и пожар не коснулся двора его. Дожив до глубокой старости, он в мире скончался в 1843 г. Казенный крестьянин Иосиф Семенюта долгое время был церковным старостою, был набожен, старателен о церкви и трудолюбив в делах хозяйственных.

В приходе слободы Ольшаной находятся значительные памятники древности: а) Не подалёку от слободы Ольшаной на юге стоят на полях курганы, расположенные почти по прямой линии от запада на восток; иные из них имеют правильную фигуру редутов, а другие образованы из небольших насыпей. О значении последних думают, что они в первые времена населения Украйны, когда крымские татары и нагайцы набегами своими так часто тревожили казаков и нередко грабили и убивали, служили сторожевыми местами, с которых казаки наблюдали приближение неприятелей. На насыпях ставили шесты с соломою, с тем, чтобы зажигать солому в случае приближения неприятеля и тем давать знать о нём. О курганах первого рода думают, что это были в собственном смысле военные укрепления, сделанные на случай нападения неприятеля. б) В 10 верстах от Ольшаной на юго-восток пролегает дорога, называемая Рудоман или Ромодан. Эта дорога идёт из Путивля на

158

Терны, Низшую Верхосулку и в Гадяч. Вероятно она проложена князем Ромодановским в 1663 году или в 1667 году, когда он отряжался для отражения крымцев и поляков, а потом против турок и крымцев, домогавшихся ввести власть султана в Малороссию.

СЛОБОДА ТЕРНЫ

При реке Терне, впадающей в реку Сулу, на северо-западе от уездного города Лебедина и неподалёку от границ Курской и Полтавской губерний.

Название сей слободы производят старожилы от названия речки, протекающей чрез эту слободу, а речка получила своё название от того, что выходит из тернового куста, в 20 верстах от города Путивля (Курской губернии), и в 25 от сей слободы, и что при берегах этой речки был некогда густой лес с частыми  терновыми кустарниками.

По официальному документу земли Тернов в 1651 году отданы были Путивльцу Якову Шулешкину, и сын его Иван Шулешкин около 1655 года населил на речке Терне слободку. Из сохранившейся при Недригайловской соборной Покровской церкви выписке из грамоты Царя и великого Князя Алексея Михайловича видно, что в 1668 году Терны уже пользовались большою известностью, как слобода многолюдная. Изменник гетман Иван Брюховецкий «писал прелестные листы из Гадячья в Недригайлов и в Недригайловский и Путивльский уезд и в Терновскую слободу к черкасам». Кажется в это время, или как говорит документ, при сотнике Подольском, слобода Терны взята была в казну и состояла после того в ведении придворного правления.

По устному преданию известно, что первая церковь в слободе Тернах была деревянная однопрестольная, церковь во имя Покрова Пресвятой Богородицы, и что она устроена была в скорости по населении слободы. В 1709 году Государь Император Пётр I, возвращаясь с знаменитой Полтавской битвы, из благодарности своей к Промыслу Божьему, даровавшему победу над Карлом XII, королём Шведским, в память своего  пребывания в слободе Тернах, заложил новую деревянную же трёхпрестольную церковь, в честь Покрова Пресвятой Богородицы, святых и праведных Захария и Елизаветы и Святителя Христова Николая. Эта церковь, при Монаршем пособии, выстроена была, украшена и снабжена всем нужным от усердия прихожан, заботливостью бывшего в то время протоиерея Симеона Давидова.

Графиня Анна Алексеевна Скавронская, младшая сестра  Императрицы Екатерины I, была замужем за Симоном Гендриком, который, по возшествии Елизаветы Петровны на престол, 25 апреля 1742 года, возведен в графское достоинство и назван графом Гендриковым.

Дочь их графиня Марфа Симоновна Гендрикова была выдана Императрицею Елизаветою Петровною за генерал-поручика Михаила Ивановича Сафонова.

Императрица Екатерина в 1727 году пожаловала слободу Терны зятю своему Гендрикову, а Императрица Елизавета в 1749 году утвердила это имение за дочерью Гендрикова Марфою Симоновною, при рождении ею сына Петра, в потомственное владение

[Января 11 1750 чиновником вотчинной Коллегии Терновская вотчина отказана была графу в таком виде: «в слободе Тернах двор господской со всяким дворовым и хоромным строением и с садом яблоновым и вышневым, да недвижимого имения пашни 82? десятины, сенных покосов 400 копен, а четверьми 165 четвертей, и в той же слободе Терновой 850 дворов, в них малороссиян мужского пола 2502 души, да построенные от Терновских обывателей хутора: на Кринице один, в верховье Бобрика четыре, да рекою Лопнею на ярку, смежно с Ворожбенским курганом близ Ворожбенского шляху, два; да в верховье Бежи, ниже устья яра, два хутора, да мельницы на речке на Терну при, в них 9 каменей, на реке Бежи семь, в них 14 камней, на реке Бобрику – три, в них четыре камня». Выписка из определения Недригайловского уездного суда 1793 года июня 15 дня].

Императрица вскоре после того сама изволила посещать свою двоюродную сестру (Марфу Симоновну Сафонову) в Тернах, где к приезду её был выстроен деревянный дворец и при нём Воскресенская церковь, которая и по днесь существует.

Дети Марфы Симоновны Сафоновой: сын Пётр Михайлович Сафонов умер бездетным, а дочери: Елизавета вышла замуж за князя Алек-

159

сандра Петровича Щербатова, а Марфа за Сергея Алексеевича Дмитриева-Мамонова, которые  в 1777 году разделили между собою Терновское имение на две равные части, выделив на седьмую часть жене покойного брата их Александре, по второму мужу Шидловской, слободку Тучное.

Сын княгини Елизаветы Михайловны Щербатовой, камергер князь Александр Александрович Щербатов выстроил в слободе Тернах, вместо ветхой Покровской церкви, новую каменную во имя святителя Чудотворца Николая; а сын Марфы Михайловны Дмитриевой-Мамоновой прапорщик Николай Сергеевич Дмитриев-Мамонов на новом месте соорудил церковь каменную во имя Покрова Богородицы.

Деревянный дворец, находившийся в той части слободы Тернов, которая досталась Мамоновым, был сломан; все придворные экипажи, как то: золотые кареты, линейки, одноколки и прочее проданы в лом, и из картин домашнего убранства и посуды, почти ничего не уцелело.

Деревянная же придворная Воскресенская церковь, находящаяся в той части Тернов, которая досталась князьям Щербатовым, поддерживалась усердием владельцев до настоящего времени, и теперь возобновляется, с сохранением иконостаса в древнем его виде.

В 1844 году в новой Покровской церкви, устроены ещё два тёплые придела: один с правой стороны во имя Святителя Христова и Чудотворца Николая, другой с левой во имя Равноапостольной Марии Магдалины, помещицею девицею Екатериною Николаевною Дмитриевой-Мамонтовой.

Памятники значительнейших благотворений, оказанных для храмов Божиих в последующие времена, суть следующие: 1) По Покровской церкви: а) Вся почти новейшая утварь церковная, почти все нынешнее благолепие храма — усердное приношение помещицы девицы Екатерины Николаевны Дмитриевой-Мамоновой; высокое, нравственно-религиозное направление и наследственная доброта сердца располагают ее с полною душою заботиться о храме Божием. б) По чувствам признательности и благодарения к Покрову Пресвятой Богородицы сумской купец Стефан Тихонов, бывавший часто в этой слободе по делам торговли и никогда не оставлявший без посещения храма Божиего, соорудил богатую икону Покрова Пресвятой Богородицы в большом (за правым клиросом) резном вызлащенном киоте, в) Из усердного христианского расположения к своей супруге, переселившейся по ту сторону гроба, Волховский (Орловской губернии) купец Петр Куркин, по упованию своему на молитвы и предстательство св. Церкви как о живых, так и о умерших, пожертвовал богатую парчевую ризу и другие священные вещи.

2) По Николаевской: князь Николай Александрович Щербатов, кроме снабжения церкви разными вещами для утвари и ризницы церковной, в 1848 г. устроил на свой счет каменную ограду около церкви, а ныне на его же счет устраивается деревянная колокольня к придельной Воскресенской церкви с обновлением всей церкви сообразно новому фасаду и обновлением иконостаса живописью и золотарною работою. Жертвования его, как можно полагать, простираются до 10 000 р. серебром.

Замечательные книги: а) в Покровском храме: Анфологион 4-го львовского издания 1651 г.; Евангелие к. п. 1697 г. и 1737 г., м. п. 1748 г.; Триодь цветная м. п. 1707 г. с надписью: «недригайловского жителя священника Покровского Андрея Алексеева»; Минеи служебные в 12 книгах м. п. 1724 г. с надписью: «В Терновскую слободу дал владеть той слоб. управитель Михайло Плахин 1734 г.»; б) в Николаевском храме: Евангелие м. п. 1685 г. с надписью: «Отменил раб Божий староста шпитальный Федор Кузьменко и надал на церковь Божию Покрова Пресвятыя Богородицы, в граде Белополье на ярмарку, — и вручил в Терновской слободе за 8 коп».

В Покровской церкви замечательны по древности своей: а) икона Владимирской Божией Матери, поступившая в церковь, как значится по описи 1783 г., от дворового человека г. Мамоновых Михаила Ярцева. На самой иконе лик до­вольно ветхий, но и довольно чистый, живопись очень правильная и изящная; эта икона в серебряной по местам вызлащенной шате, на коей

160

внизу надписано: «Сия риза сделана в 1767 году»; внизу под шатою надпись: «Изображение чудотворной иконы Богоматере страшныя»; б) икона Святителя Христова и Чудотворца Николая; она находится в иконостасе южного придела с левой стороны в серебряной вызлащенной шате и подарена помещицею Екатериною Мамоновою в 1844 г.; лик святителя темный, едва заметный, писан искусною рукою.

По последнему штату при Покровской церкви положено 3 священника, диакон, 3 дьячка и пономарь с жалованьем 546 р. серебром. Пахотной и сенокосной земли — 33 дес.

Протоиерей Симеон Давидов, при коем устроена бывшая деревянная трехпрестольная церковь, украшался превосходными дарованиями души и отличался примерною добротою сердца. Он был ревностный проповедник истин св. евангелия, живой образец нравственности и неусыпный попечитель о благолепии храма. Этот протоиерей оставил по себе единственного сына Петра, слепого от рождения своего. Во славу Господа, умудряющего слепцы, не излишним почитается сказать несколько слов о сем Петре. Будучи слеп от рождения, Петр сей одарен был необыкновенными качествами души и физическими силами; упражнение в молитве и посещение храма составляли главное его занятие; он имел необыкновенную память, так что мог большую часть житий св. отцов из четьих миней пересказать почти от слова до слова; кафизмы он читал без малейших ошибок; он обладал необычайною телесною силою, так что поднимал мельничные жерновные камни и пр. При необыкновенной силе Петр был еще отличным столяром и слесарем. После протоиерея Симеона Давидова достойны памятования: Иоанн Троянский, прибывший из Киева, где был учителем греческого языка, отличавшийся проповедованием слова Божиего и ученостью; Василий Коробский, кроткой и благочестивой жизни, усердствуя к благолепию храма, был искусным живописцем; Иоанн Флоринский, быв долгое время десятоначальником, оставил по себе па­мять строгою бдительностью за благоповедением духовенства; Иоанн Давидов, сын помянутого Петра, был долгое время депутатом, известен по своему добродушию, заслужившему общую любовь и приверженность прихожан; Николай Флоринский был одарен пылким воображением и писал стихи, любил церковный порядок.

Николаевская церковь по последнему штату поставлена во 2-м классе; жалованья причту — 402 р. серебром, земли — 33 дес.

Из бывших при сем храме священников достойны памяти: протоиерей Захарий Константинов: при посредственном образовании он обладал природным умом; в простых словах учил прихожан правилам веры, утверждал в благочестии примером собственной жизни и был благоразумный строитель дома своего в хозяйственном отношении. Василий Троянский получил хорошее образование в Харьковском коллегиуме и отличался умными проповедями; быв недолгое время в Тернах, он перешел в армейское духовенство и был духовником цесаревича и великого князя Константина Павловича.

Из прихожан известны по жизни благочестивой следующие: крестьянин Даниил Голод, обладая природным умом, был 40 лет экономическим атаманом, имев основательные практиче­ские познания в делах хозяйственных, снискал общую доверенность и искреннее уважение, был усерден к церкви, уважителен к ее служителям

161

и служил образцом благонравия для своего семейства; крестьянин г. Мамоновой Максим Гусак, в течение 20 лет атаман, заслуживший общее доверие, был попечителем о храме, сколько то от него зависело, усерден и уважителен к духовенству.

Во время возмущения гетмана Брюховецкого Терновцы вместе с Недригайловцами на время уступали насилиям изменника гетмана: но скоро раскаялись и получили прощение.

К памятникам древности, находящимся в округе прихода, можно отнести следующее: а) Почти в самой средине Тернов, в северо-восточной стороне, есть земляной вал, начинающийся с северо-западной стороны и по прямой линии (около 500 шагов) простирающийся на восток, оканчивающийся неподалеку от реки Терна. Предание говорит, что это остатки того укрепления, которым Терновские жители ограждали себя против неприятельских нападений, во время войны Императора Петра I  с Карлом XII, королём шведским, – что при приближении неприятелей, жители слободы Тернов и соседственных деревень собирались сюда и отбивались от нападений неприятеля. б) В пяти верстах на юго-восток от Тернов есть слободка Городище, (ныне владения княгини Параскевы Щербатовой), на самой границе Полтавской губернии; в этой слободке доныне сохранилась земляная крепость, обнесённая с трёх сторон земляным валом (и теперь высоты довольно порядочной), а с четвёртой, восточной, защищённая рекою Терном. Предание говорит, что здесь стояла русская батарея, во время кампании Петра I  с Карлом XII, – счастливо работавшая ядрами и пулями против Шведов; в недавнее время находили здесь конские  военные уборы, мундштуки, подковы, – пушечные ядра и прочее. Эта крепость и теперь называется городком, откуда и название слободки Городища. Тем не менее основание этого городка не принадлежит временам Петра. Ещё в 1609 году видим отважных казаков Городища и Бобрика, тогда приселков слободы Ольшаной, а ныне хуторов.

[См. об Ольшаной].

В переговорах 1638 года между Россиею и Польшею это городище называется то Лехановским, то Дехановским Городищем.

[Дворцовые разряды. Т. 2. С. 885—908. См. ст. о Будках].

Последнее название очень близко к встречающемуся в летописях городу Въехани, который показывается не в дальнем расстоянии от города Виря (Белополья).

[См. ст. о Белополье].

И сходство названий и местность Терновского Городища дают право на уверенность, что Терновское Городище есть памятник дотатарского города Въеханя.

СЕЛО МАРКОВКА

При реке Суле, вытекающей с юго-восточной стороны, верстах в 20 от Марковки и в таком же расстоянии от города Сум.

О начале заселения Марковки и устроения местной церкви, устные предания сохранились cледующие: Марк Альферов, бывший старшиною сумского полка (1660 – 1670 годы), в награду за службу получил от полковника Герасима Григорьевича Кондратьева дикопорожние земли от истока реки Сулы, по течению её до нынешних границ, принадлежащих к этому селению земель; эти земли утверждены были за Альферовым и Высочайшими грамотами. Марк Альферов  не замедлил заселить земли свои черкасами, выходцами из-за Днепра, и таким образом образовалась Марковка. Первый храм построен здесь в 1671 году во имя Апост. и  Еванг. Марка – Ангела основателю Марковки; спустя 50 лет храм сей сгорел от молнии. В 1801 году устроен был третий деревянный храм, в конце Марковки на южной стороне, из купленного в Лебедине Преображенского храма. В этой церкви, на стене южной стороны, были вырезаны слова: «1708 года месяца ноября был в сей церкви Царь Пётр I и читал Апостол», то есть, когда она была в Лебедине.  Эта церковь в 1834 году ноября 30 числа от происшедшего в ней пожара сгорела со всем имуществом и архивом. В 1836 году выстроена существующая ныне церковь каменная с таковою же колокольнею, на том месте,

162

где существовали первые две, и освящена во имя Преображения Господня; строителем её был помещик, полковой эсаул, Игнатий Саввич Заславский. Иконостас, утварь, ризница, богослужебные книги сего храма — дар храмоздателя Заславского. Пожертвования его на устроение и украшение сего храма простира­лись до 20 000 р. серебром.

Древних икон не сохранилось в храме, даже метрические и исповедные росписи в архиве храма начинаются только с 1836 г.

Приход много терпел испытаний. После пожара 1720 года, саранча не раз истребляла хлеб на полях; с 1800 по 1811 год она почти каждый год заставляла Марковцев терпеть голод. В 1829 году был падёж на рогатый скот; в 1831 и 1848 годах – холера; в последний раз умерло от неё 70 человек, в 1835 и 1839 годах страдали жители от неурожаев хлеба; в 1840 году был сильный падёж на скот. 

Число прихожан: в 1730 году 772 муж., 761 жен., в 1750 году 850 муж., 836 жен., в 1770 году 985 муж., 960 жен., в 1790 году 1167 муж., 1176 жен., в 1810 году 1275 муж., 1298 жен., в 1830 году 1345 муж., 1410 жен., в 1850 году 1441 муж., 1521 жен.

Местные памятники древних исторических событий заключаются в следующем: на берегах реки Сулы, в даче сельца Миловидова, находятся обширные насыпи. Часть этих насыпей, по близости их к саду помещика, обращены в садовое украшение; при обделке их находимы были на довольной глубине различные воинские принадлежности, между прочим конские сбруи и большой длинный меч, с обоих сторон острый, на коем изображены были какие-то знаки, которых не могли разобрать. Сверх того на правом возвышенном берегу реки Сулы заметны здесь же остатки бывших землянок, имеющие вид больших печей, по коим и находящееся вблизи поселение получило название Печищ, – по последним ревизиям называемое сельцо Миловидово. Насыпи находятся и на смежной с сельцом даче, принадлежащей к селу Марковке, на правой стороне реки Сулы; оне встречаются и далее в Лебединском и Сумском уездах и по рекам Суле, Сейму и Десне доходят до Путивля и Конотопа.

СЛОБОДА ДЕРКАЧЕВКА

При реке Терне, впадающей в реку Сулу

По делам видим Деркачёвский храм Святителя Николая с начала XVIII столетия;

[Сл. о Межириче].

а по местному преданию Николаевскому храму предшествовал храм Рождества Богоматери.

В 1780 году построен ныне существующий храм Святителя Николая.

Книги храма: 1) Апостол м. п. 1688 г.; на 13-й странице изображение евангелиста Луки и здесь же написаны стихи:

«Что тебе в том прибыли, что много книг читаешь, И тысячи случаев умом разбираешь, Когда делаешь, чего должно бегать, — А бегаешь от того, что надобно делать».

2) Анфологион, печатанный в Новгороде Северском 1678 г. Предисловие Лазаря Барановича: «Учителие… поведают матерям и девам славу Богородицы, егда по Господских праздницех и Богородичныи праздновати узаконили. В сей же книзе и вся праздники исписаны — Ангелом, Пророком, Апостолом, Мучеником, Святителем, Преподобным… От дождя на землю святой отец добрую даннаго прозябаша цветы различные, то червонные рожи мученическою кровию изобразуемыи, то крины благовонные чистотою дев знаменуемые…» Надпись: «1768 г. августа 17 д. требовано от комисарства у священников крепостей на недвижимое именье»; 3) Служебник м. п. 1676 г., к. п. 1736 г.; 4) Октоих к. п. 1674 г.; 5) Минея праздничная м. п. 1732 г.; 6) Минеи служебные в 6 книгах к. п. 1750 г.; 7) Триодь постная без первых трех листов; по синаксарям на малороссийском языке это есть киевское издание 1627 г. Синаксарь в неделю мытаря: «В нынешний день з Богом и триодь начинаем. Которую многие з правде з прометку святых и богоносных песнотворцев, наших отцев, выборные и як пристояло, от Святого возбуждаимыи Духа, вспеваню дьячком утворилы. А первый зо всех то вымыслил тримовлю… великий вершопис козма» и пр.

163

Число прихожан: в 1730 году 610 муж., 585 жен., в 1750 году 650 муж., 640 жен., в 1770 году 686 муж., 670 жен., в 1790 году 703 муж., 708 жен. пола войсковых обывателей при 2730 десятинах земли, в 1810 году 741 муж., 751 жен. пола, в 1830 году 793 муж., 835 жен., в 1850 году 832 муж., 876 женского пола.

Дела промысла Божия: а) от свирепствовавшей эпидемической болезни – холеры в 1831 году умерло 39, а в 1848 году 30 человек; б) в 1848 году был падёж на скот, которого пало до 60 штук; в) приходская церковь в том же 1848 году была в большой опасности от пожара, случившегося в доме крестьянина. Храм спасён от опасности преимущественно старанием крестьянина генерала Стрекалова Феодора Сеньки, подоспевшего на пожар с пожарною трубою.

СЕЛО БУДКИ

На реке Терне

Когда из принадлежавших полковнику сумского полка Герасиму Кондратьеву обширных земель в Сумском и Лебединском уездах, иные заселены были черкасами, другие назначены были для хлебопашества, на третьих паслись стада его: то возвышенные пустопорожние земли, прилегающие к нынешнему селу Будкам, некоторое время нанимаемы были под бакши; на них же были и пасеки. Для наблюдателей за этими хозяйственными заведениями устрояемы были шалаши – будки, от чего и урочище это получило название Будок. Образовавшееся за тем поселение внизу возвышенностей по ближайшему урочищу названо также Будками. В 1697 году Будки назывались деревнею стольника Романа Герасимовича Кондратьева.

[Выпись из межевых книг августа 10 1697 года здесь между прочим: «вниз по Суле реке к столбу и от столба вкруте на право на Старое городище,… к реке Терну и к столбу, что стоит на кургане у реки Терну;… лес на горе от Старого городища его ж стольника Романа». А земли соседней Верхосулки по вводной 1697 года января 10 дня куплены «у Недригайловцев беломесных казаков… за сто рублей» полковником Андреем Кондратьевым].

В 1733 году ктитор и прихожане «Николаевской церкви вотчины сумского полкового есаула Ивана Кондратьева слободки Будок», испрашивая дозволения возобновить храм свой, писали: «в прошлых годах, тому будет лет с сорок и больше, в той его вотчине, слободке Будках, построена церковь Божия во имя Николая Чудотворца». По этому известию первый храм в Будках построен около 1692 года. Ныне существующий храм Святителя Николая построен в 1773 году. 

Древняя книга: Триодь цветная к. п. 1702 г.

По устному преданию известно, что в этом приходе в старину соблюдалось следующее обыкновение: пред храмовым праздником и пред праздниками рождества Христова, святой пасхи и сошествия Святого Духа, церковный староста собирал от прихожан доброхотные подаяния, готовил мёд и, в праздник готовился так называвшийся братский стол, к которому приглашались священник, церковнослужители и прихожане; при этом для всего села производилась продажа мёда, и выручаемые деньги обращались в пользу церкви, с отделением некоторой части для нищих. Отсюда также открывается, что в Будках было церковное братство – учреждение Заднепровское.

Дела правосудия Божия: а) в 1831 году от эпидемической болезни – холеры умерло 65, а в 1848 году 47 человек; в 1830 году от кори умерло 20 младенцев, б) в 1847 году в осеннее время свирепствовала гнилая горячка, от коей умерло 19 человек. Сверх того страдали жители сего села от неурожаев хлеба в 1830, 1835 и 1840 годах.

Число прихожан: в 1730 году 448 муж., 420 жен., в 1750 году 622 муж., 620 жен., в 1770 году 535 муж., 510 жен., в 1790 году 385 муж., 477 жен., в 1810 году 432 муж., 569 жен., в 1830 году –

164

576 муж., 647 жен., в 1850 году 484 муж., 574 жен. пола.

СЕЛО ШТЕПОВКА

При реке Сулке, впадающей в Сулу, и при дороге из Киева в Москву.

Штеповка получила своё название от основателя её, бывшего сотника сумского полка, Ивана Юрьевича Штепи, которому Царь Алексей Михайлович, около 1670 года жаловал земли между реками Сулою и Пслом. По переписи 1732 года Штеповка населена в 196 (1688) году.

Первый храм в Штеповке построен был в 1700 году, во имя Рождества Иоанна Предтечи в память Ангела основателю Штеповки.

[Сл. о Межириче прим. По Царской грамоте 1705 года а) Штеповка называется селом; б) Штеповка с 40 дворами передана межеричскому сотнику Василию Святогоренку материею его Анною, бывшею за другим мужем, Святогором, тогда как первый муж её Иван Штепа прожил было это наследственное имение лет за 20 до того времени. Отселе началась фамилия Святогор-Штепиных. Сотник сумского полку Иван Штепа известен и по червленскому межевому акту 1681 года, где он подписался вместе с полковым писарем Андреем Мартыновым и с другими сотниками полка].

Помещица, генерал-майорша Прасковья Михайловна Стеричева соорудила каменный, ныне существующий, храм святителя Иоанна Предтечи, который освящён в 1811 году. Построение этой церкви продолжалось девять лет, – под распоряжением архитектора Палицына; иконостас устроен Стеричевою, – а утварь, ризница и богослужебные книги поступили из прежней церкви. Здание это стоило 35 000 рублей серебром; по огромности своей, это одна из первых в западной части харьковской епархии: фасад её представляет огромную цилиндрическую фигуру с величественными с трёх сторон портиками, украшенными колонадою, над коими возвышается обширный купол с четырмя по углам башнями. Будучи устроена на возвышенном месте, она видна со всех сторон на далёком расстоянии.

В последнее время храм приобрел много новой утвари: два евангелия, крест – дар разных боголюбивых душ.

Метрические книги начинаются с 1774 года, а исповедные с 1785 года. Причт получает жалованье 4 класса и пользуется 66 десятинами земли.

Первым священником в с. Штеповке был Мокий Романовский — из дворян; он имел свое имение, называемое доселе хутором Мокиевкою. Отец Мокий вел жизнь строго воздержную; был попечителем о храме Божием и поддерживал благолепие его собственными своими средствами, и Господь наградил его дивною долготою дней: в метрической книге за 1775 г. значится, что он умер января 22 числа 138 лет. Преемником его был сын его Роман Романовский, получивший как бы в наследство и доброту души; он прилагал попечение о храме и пастве, но был слабого здоровья и скончался после 14-летнего служения.

По переписи 1732 года в Штеповке 281 душа мужского пола подданых подпрапорного Павла Штепенка, 86 душ мужских лебединского сотника Петра Штепы, 159 подданых Григория Штепы, 52 души вдовы Штепиной, 16 работников, школа с тремя наставниками, а всего 597 душ мужского пола.

За тем было: в 1750 году 621 муж., 588 жен., в 1770 году 670 муж., 635 жен., в 1790 году 651 муж., 639 жен., в 1810 году 749 муж., 760 жен., в 1830 году 900 муж., 957 жен., в 1850 году 1025 муж., 1145 жен. пола.

В 1831 году умерло от холеры 16 человек, а в 1848 году 30 человек.

В округе нынешнего Штеповского прихода, в 4 верстах от Штеповки на запад, близ дороги, идущей из Москвы на Киев, имеются обширные насыпи. Простонародие называет их робленными могилами; название их означает то, что оне насыпаны уже слободскими казаками для наблюдения за Татарами.

165

Джерело: Филарет (Гумилевский Д. Г.) Историко-статистическое описание Харьковской епархии: В 3 т. – Харьков: Факт, 2005. – Т. 2. – С. 49-165.