К вопросу о переводе Ильинской ярмарки

из Ромен в Полтаву.

Ильинская ярмарка сыздавна существовавшая в Ромнах, в 1852 г. была переведена в Полтаву, что было при последнем генерал-губернаторе Кокошкине. Вероятно потому, что Кокошкин хлопотал о ее переводе, составилось убеждение, что он виновник этого перевода; но это не верно. Ф. Д. Николайчик в своей интересной и обстоятельной работе «Ильинская ярмарка в период ее существования в Ромнах» 1) очень подробно касается этого вопроса, основываясь на документальных данных. Найденные нами в архиве полтавского губернского правления дело дополняет данные этого труда и выясняет вопрос, кто же был инициатором этого перевода ярмарки? 2) Ф. Д. Николайчик, излагая десятилетнюю борьбу роменцев из-за этого перевода, говорит: тогда губернатор Аверкиев 3) в конце того же 1841 года, вероятно, по желанию генерал-губернатора, сделал ему представление о переводе ярмарки в Полтаву». Предположение почтенного автора, что это было сделано будто бы по наущению генерал-губернатора, неверно. У Аверкиева эта мысль о переводе явилась вполне самостоятельно. Представляя в 1841 г. всеподданнейший отчет о состоянии Полтавской губерний, он высказался за необходимость этого перевода.

Вот что писал Аверкиев во всеподданнейшем отчете: “Полтавская губерния лишена удобства торговых путей и таких обеспеченных истоков, по коим бы жители стремились к сбыту своих произведений и совершенное отсутствие значительных частных капиталов, употребляемых, как в других местах для

1) Труды Полтав. арх. комиссии, вып. 3-й и отдельно.

2) Арх. Полтав. Губ. Правления, 1842, дело № 91 – 2402.

3) Губернатором был с 9 Сент. 1840 по 14 декабря 1843 г.

торговых оборотов, не представляет в том никакой замечательности. Судоходство по р. Днепру, омывающую только Ю. 3. часть губернии, не составляет общей пользы всех мест ее, выгоды от сего, имеют только жители одних трех прибрежных уездов, и то более посредством заработков и извозничества в другие места, с некоторыми приготовляемыми водою из Белорусских губерний товарами — представляется иногда сбыть хлебных произведений, особенно пшеницы и льняного семени к Одесскому и Николаевскому портам, но и в сих предметах, по случаю соперничества западных губерний, не имеют желаемого успеха. Одна только в губернии значительная Ильинская ярмарка в Ромнах, открывает некоторые средства к сбыту, фабричных заводских и ремесленных произведены губернии, но средства эти бывают в одно время года; при том же отдаленность города Ромен к границе губернии от других уездов, доставляет им мало пользы, ибо затруднение по отдаленности лишает их способов к выгодному сбыту произведены на роменской ярмарке.

Безошибочно можно полагать, что неимение в Полтавской губернии верных торговых путей поставляет жителей оной в такое положение, что мануфактурные произведения и предметы сельского хозяйства, не могут идти к дальнейшему усовершенствованию. Равным образом отсутствие торговых дел, по которым бывает и привлечение народа из других мест, не представляет для жителей никаких доходов, от извозничества, заработков и других промыслов, которые могли бы служить для многих обеспечением в продовольствии.

При таком стесненном положении губернии, перевод значительной ярмарки в губернский город Полтаву, был бы необходимым по следующим доводам.

а) учреждение в Полтаве известной в торговых отношениях ярмарки, доставило бы большую пользу для жителей почти всех уездов губернии в особенности более сближением к губернскому городу, следственно представит им особенные выгоды и побудительную причину доставлять на ближайшем расстоянии свои произведения и верный сбыт их на ярмарке.

б) Перевод в Полтаву успенской ярмарки из Харькова или Ильинской из Ромен был бы по торговым отношениям возможным. Харьков весьма много воспользовавшийся уже от распространения коммерческих оборотов, не может иметь подрыва в торговых делах, потому что там останутся еще три такие же и нисколько не менее значительные ярмарки, которые положили

уже твердое основание для торговой промышленной деятельности Харькова.

в) Напротив того, перевод в Полтаву означенной ярмарки, составляя пользу для жителей здешней губернии, доставил бы общие выгоды и для торгующих сословий западных и южных губернии, приобретающих товары с ярмарки в Харькове, сближением оной к тем губерниям, а купечество после Ильинской ярмарки в Ромнах вместо Харькова перевозило бы товары свои в Полтаву, имея выгоду в сокращении пути на полтораста верст.

г) Если перевод из Харькова Успенской ярмарки в Полтаву может нарушить некоторым образом справедливость и право-собственных выгод губернии, то перевод роменской ярмарки не представлял бы сего для Полтавской губернии, ибо уездный город ничем не замечательный должен услужить своему губернскому городу, требующему особых попечений к его улучшению и восстановлению от того упадка, в котором он находится. Подобно городу Макарьеву, из коего переведена ярмарка в Нижний-Новго-род и тем предоставлены губернскому городу способы к быстрому его возвышению.

д) в отношении удобств в помещении привозных товаров и распространения круга торговых дел, Полтава представляет все выгоды обширностью площадей и улиц, не производя стеснения для народного движения, обезопасывает от всяких несчастных случаев, а устроенные в нескольких местах на существующей здесь торговой площади довольно обширные каменные лавки, могут служить на первый раз приличным, удобным и выгодным помещением товаров. Многие лавки остаются ничем не занятыми; они выстроены частными лицами по ошибочным видам получения доходов и по неимению торговли, быв свободны, не приносят никакой пользы.

е) при таких условиях в Полтаве для торговли, установление одной значительной ярмарки, которая бы не имела подрыва ни от Харькова, ни от Ромен и привлечение по выгодам сим народа для торговых оборотов, послужило бы улучшением и других ярмарок в Полтаве учрежденных, но ничтожных по важности харьковских и роменских ярмарок, поправило бы недостаточное положение жителей города, умножило бы число капиталов, возбудило бы предприимчивость к усовершенствованию существующих уже, и к заведению вновь в губернии мануфактур, ремесел, подвинуло бы к промышленности и к деятельности

всех жителей губернии; представило бы источники к изысканию доходов для улучшения и украшения города и вообще дало бы новые силы знаменитому городу для России, но, к сожалению до сих пор бедному во многих отношениях 1).

Этот проект его, был передан, по Высочайшему повелению, статс-секретарем Танеевым в комитет министров, предписавший губернатору войти по этому вопросу с представлением “по установленному порядку”, т. е. подать об этом заявление своему начальнику, генерал-губернатору, что он и сделал. 17 февраля 1842 года Аверкиев представил кн. Долгорукому записку, где выясняет основания, на коих считал необходимым перевод этой ярмарки, а также харьковской успенской в Полтаву. Основания эти следующие: по мнению Аверкиева ярмарка в Романах начала упадать 2).

Далее, указывая на отсутствие в губернии “верных торговых путей и таких обеспеченных истоков, по коим бы жители стремились к выгодному сбыту своих произведений (судоходство по Днепру омывает одну только Ю. 3. часть губернии и не составляет общей пользы всех мест ее), он считает Ильинскую ярмарку единственным средством к сбыту их, но, в виду отдаленности Ромен от других уездов, считает Полтаву более удобным местом для этой ярмарки. Перевод ярмарки, в виду близкого расстояния от Полтавы многих уездов, даст торговцам и особенные выгоды и побудительную причину доставлять на ближайшем расстоянии свои произведения, иметь верный сбыт по сходным ценам”. С этою целью, он считал необходимым перевести в Полтаву и Харьковскую успенскую, так как в Харькове и без нее останутся три значительные ярмарки. Перевод этой ярмарки в Полтаву, Аверкиев считает полезным для торгующих сословий южных гу-

1) Арх. П. губ. Правл. № 1932 — 187. 1841 л. 126-129 всепод. отчета за 1840 г.

2) В том же архиве мы нашли след. цифровые данные об оборотах ярмарки в эти годы. В 1840 г. привезено товаров на 8194496 р., продано на 3876200 р., осталось не продано на 4318296-50, против предыдущего года на 1148489 — 7 1/7, в 1841 г. продано на 7504261-88, не продано на 2931072-50 к. в 1842 г. привезено на 10590062-17 к., продано на 5734166-52 к., осталось непроданными на 4855895-65 к. (Арх. Губ. Правления 1840, № 1577/64, 1841-1842 № 2005/258.

берний, “приобретающих, товары на сей ярмарке в Харькове, сближением оной к тем губерниям. Да и купечество, торгующее на Ильинской ярмарке, перевозя остающиеся товары вместо Харькова в Полтаву, имело в сокращении пути более ста верст”. Считая Ромны незначительным городом, он считал, что Ромен должен уступить ее своему губернскому городу, “требующему особых попечений к его улучшению и восстановлению того упадка, в котором он находится”. (На полях записки помета карандашом: какое право?.. Быть может, это сделано генерал-губернатором, судя по его почерку). Полтаву он признает удобным пунктом, в виду многих лавок, остающихся незанятыми, обширности площадей и улиц. Ярмарка эта поправит другие полтавские ярмарки, умножит число капиталов, возбудить предприимчивость к усовершенствованию ремесел, мануфактуры и проч. А Ромнам Аверкиев оставляет Вознесенскую ярмарку, считая это достаточным (оборот ее, по его словам, простирался до 9 милл. асс.) и с переводом Ильинской, город Ромны не потерпит от этого убытка (на полях пометка: понятие ошибочное). Развивая далее свои основания, Аверкиев в пользу перевода указывает, что для Полтавы будет ближе доставка “стромких и тяжелых” товаров с юга России. В Полтаву будет ближе ездить на ярмарку из Одессы, Николаева, Таганрога, Донских станиц и т. п. И наконец, губернатор указывает, что в Полтаве для торговли будут особые выгоды от съезда дворян на выборы, от приезда многих по делам в губернский город, приезда для помещения детей в учебные заведения и т. п.

Так мотивировал губернатор свой проект о переводе ярмарки. Князь Долгоруков, получив эту записку, ничего не предпринимал; видимо, мало интересовался этим. И только, когда министр внутренних дел запросил его об этом, он занялся им. Вот что писал ему, министр Перовский. “Государю Императору угодно знать, писал он, чем разрешено поступившее к Вашему Сиятельству от полтавского гражданского губернатора представление его о переводе Ильинской ярмарки из города Ромна в Полтаву, о каковом предположении изъяснено во всеподданнейшем отчете гражданского губернатора о состоянии Полтавской губернии за 1841 годе” 1). Так, вопросом этим был заин-

1) Арх. дело, л. 13, бумага за № 1048, от 28 апреля 1842 г.

тересован Император Николай I и потому естественно, что кн. Долгорукий должен был заняться им и 28 Апреля он пишет министру: “что но вступившему ко мне от Полтавского губернатора о переводе Ильинской ярмарки в г. Полтаву, я признал необходимым войти в ближайшее тщательное соображение этого предмета на месте, дабы удостовериться, сколько возможно, не повредит ли мера сия выгодам г. Ромна без существенной пользы для Полтавы и не причинит ли, в то же время упадка самой ярмарки, что, без сомнения, много стеснило бы мелкую торговлю, так как означенная ярмарка во вверенном мне крае, после харьковской успенской есть важнейшая”. Далее он сообщает о своем предположении обсудить этот вопрос на месте, в Ромнах, пригласив купцов города, иногороднее купечество, торгующее на ярмарке, а также “опытнейших лиц из тамошнего дворянства” 1). Для этой цели, кн. Долгоруков предписал Аверкиеву лично отправиться в Ромны и в этом предписании, князь еще раз, считая этот вопрос очень серьезным, не решается высказаться, пока он не будет обсужден купечеством. “Ваше Прев-во, представляя мне предположения Ваши о переводе Ильинской ярмарки в г. Полтаву, испрашивали моего ходатайства о разрешении привести эту меру в действие. Принимая во внимание, что предмет этот, по важности своей, требует обширных соображений, я признал необходимым повременить дальнейшим с моей стороны движением сего дела до наступления в настоящем году означенной ярмарки, дабы предварительно удостовериться при съезде на оную иногороднего купечества посредством совещания с людьми опытными, действительно ли предполагаемая мера может принести ожидаемые от нее полезные последствия, не стеснит ли она, напротив, по каким-либо уважениям, ближе известных самому купечеству местной торговли вообще и не повредит ли, в то же время выгодам города Ромна, без существенной пользы для Полтавы” 2). И только после этого совещания кн. Долгоруков считал возможным решить этот вопрос. Такое совещание состоялось и купеческое сословие представило свой отзыв тогдашнему полицеймейстеру в Ромнах полковнику А. М. Шиланскому.

1) Архивное дело л. 14, бумага за № 726.

2) Арх. дело, л. 16, бумага от 7 июля, за № 1276.

Вот как возразили купцы. “Ильинская ярмарка, пишут они, не упадает в оборотах, а наоборот возвышается и что выводимые обстоятельства и причины, к выгодам нашим и развитию торговли клонящиеся, — если ярмарку Ильинскую перевести в Полтаву — не имеют ни малейшего повода (не только главного основания), чтобы совершить сие предположение, ибо они не принесут нашей оптовой торговле мануфактурных и других изделий совершенно никакой пользы; потому, во-первых, что от учебных заведений Полтавских и от дворянства, съезжающегося туда по надобностям в губернских местах, а не для торговли, а также и от дворянских выборов, которые бывают в Полтаве в урочное только время, и то в сентябре месяце, а не в июле, — марте может быть небольшая польза одним только местным мелочным торговцам, а не нам и многим, гуртовую продажу производящим. Во-вторых, не проданные от Ильинской ярмарки товары никогда не отправляются в Харьков на успенскую ярмарку, а идут они прямо отсюда в Кролевецкую Воздвиженскую; в Харькове же в успенскую ждут нас товары, отправляемые нами с других торговых пунктов, (помета: откуда?..) заблаговременно и за выгодный извоз; следственно расстояние Полтавы хотя и ближе к Харькову, но оно для нас в оборотах торговых совершенно бесполезно. (отметка почему?..) В третьих: с Одессою, Николаевым, Таганрогом, Кременчугом и Донскими станицами производится, большею частью, небольшая торговля в Харьков в успенскую и крещенскую ярмарки; ибо те города сами на Ильинскую ярмарку привозят свои товары для продажи, а не для покупки, следственно, они сами ищут сбыта оных; да притом с Таганрога и Донской станицы привозятся одни только бутылочные вина да начиненные кожи скотские и овчины, товар черный не составляющий предмета важности торговли”, (отметка почему? нужно посмотреть на какую сумму таковых черных товаров привезено). Купцы считали Ромны пунктом, связывающим нежинскую, сумскую, коренную, харьковскую и кролевецкую ярмарки.

В случае перевода ярмарки, купцы, как они заявили, не могут поспеть ни на одну из этих ярмарок. “Дела наши в расчетах и платежах потеряют издавна заведенный порядок; главное, что с Полтавы не поспеют на-

ши капиталы в Нижегородскую ярмарку и торговые дела наши совершенно расстроятся и самая Нижегородская ярмарка, не получая в назначенное время огромного наличного капитала нашего, может потерпеть стеснение в знаменитой ее торговле. Вот последствия могущие быть от передвижения торгового пункта с Ромна в Полтаву”. (Отметка карандашом: опровержение слабое, неосмысленное и бестолковое. Несомненно она сделана Аверкиевым). Такова в главных чертах сущность возражений купечества 1).

Высказалось против перевода и Харьковское купечество (43 подписи) 2). Аверкиев, получив это мнение от Роменских купцов, в своем донесении генерал-губернатору кстати сказать, очень подробном, старается опровергнуть основания, представленные купечеством; повторяя многое, что им было написано раньше 3) свою записку Аверкиев подал 12 Декабря 1842 года. И кн. Долгоруков, спустя только три месяца сообщил об этом министру внутренних дел. В длинном своем донесении, повторяя в главных чертах основания, изложенные Аверкиевым, сам же высказывается против него. И в этой бумаге министру, князь говорит — “предположение Полтавского губернатора о переводе… (что указывает на инициативу этого дела со стороны губернатора) считаю этот перевод неудобным по следующим соображениям: 1). Перемещения ярмарок, по распоряжениям правительства бывшие и в прежнее время, большею частью оказывались неудачными и произвели последствия, противные ожиданиям правительства. 2) Признавая за проектом Аверкиева и некоторые основания “в исполнении представляется сомнительным”. Успехи торговых дел, пишет князь, во всяком мест и установление коммерческих пунктов, как опыт показал, не зависит от распоряжений правительства, но всегда подчиняются местным потребностям и указаниям самой торговли. 3) Далее кн. Долгоруков признает, что ярмарка Ильинская, не украсившая Ромны, может поднять Полтаву в смысле благоустройства, но в то же время опасается, как бы этот перевод дурно не отразился на

1) Арх. дело, л. 32, см. у Николайчика в его работе, приложение № VI, 103-106 стр.

2) Арх. дело л. 37-38 см. приложение.

3) Арх. дело, см. л. 18-31, см. приложение.

торговых оборотах харьковской успенской ярмарки. 4) Кн. Долгоруков не может поручиться, чтобы Ильинская ярмарка, переведенная в Полтаву могла иметь столь обширный оборота как в Ромнах, куда торговцы охотно съезжаются ныне по одной уже привычке и город Ромны, князь считает более центральным пунктом, как лежащем на границе четырех губернии. Свое донесение министру, князь так заканчивает: “Из сего я должен заключить, что перемещение сказанной ярмарки с одной стороны не наверное принесет для Полтавы и полтавской губернии ожидаемую пользу, с другой же легко может произвести в торговле здешней расстройство” 1). Так решительно высказался против перевода генерал-губернатор. С его мнением согласился и министр внутренних дел.

“На отношение ко мне, Вашего Сиятельства, от 16 минувшего января за № 282, имею честь уведомить, что я совершенно согласен с Вашим, М. Г. мнением о неудобстве предполагаемого Полтавским губернатором перевода Ильинской ярмарки из Ромна в Полтаву, а потому покорнейше Прошу Ваше Сиятельство сообщить г. Губернатору, что помянутое предположение его оставлено без дальнейших последствий 2).

Министр внутренних дел Перовский.

Кн. Долгоруков, получив эту бумагу, сообщил и Полтавскому губернатору.

“Рассмотрев представление Вашего Пр-ва, пишет кн. Долгорукий, от 17 Февраля и 12 Октября минувшего года за № 1854 и 14166 о переводе Ильинской ярмарки из Ромен в Полтаву и сообразив оные с отзывами торгующего там купечества, а также харьковского, я нашел неудобным перевод этой ярмарки, о чем я входил в сношение с Г. Министром внутренних дел.

Ныне, вследствие отзыва ко мне г. гофмейстера Перовского уведомляю Вас, Милостивый Государь, что он совершенно согласен с моим мнением и что потому предположение Ваше по этому предмету оставлено без дальнейших последствий” 3). Таковы данные, извлеченные нами из это-

1) Арх. дело л. 39-48; за № 282 см. приложение.

2) Арх. дело, бумага за № 205, от 4 февраля 1843 года.

3) Арх. дело, бумага от 25 февр. 1843, за № 1044.

го архивного дела. Они приводят нас к несомненному выводу, что Аверкиев был инициатором этого перевода, но встретил несочувствие начальника края, кн. Долгорукого и проект его был отклонен. Таким образом, нет оснований думать, что Губернатор Аверкиев представил свой проект “по наущению кн. Долгорукова”. Если бы это было так, то Долгорукий стал бы хлопотать о ее переводе, а он на оборот, стал на сторону купечества и с проектом не согласился. И Аверкиев мог вполне самостоятельно, рисуя во всеподданнейшем отчете состояние полтавской губернии, упомянуть о необходимости этого перевода.

И. Фр. Павловский.

Приложения.

Записка губернатора Аверкиева о необходимости

перевода Ильинской ярмарки в Полтаву. 1)

ЕГО СИЯТЕЛЬСТВУ,

Господину Черниговскому, Полтавскому и Харьковскому

Генерал-Губернатору.

Представляя Его Императорскому Величеству, всеподданнейший отчет о состоянии вверенной управлению моему губернии за 1840 г., я изложил в нем предположение о необходимости перевести в Полтаву Успенскую ярмарку из Харькова, или Ильинскую из Ромна.

Впоследствии Управлявший министерством внутренних дел, дал мне знать, что по внесении в Комитет и по рассмотрении его положил: по предположениям моим, о переводе в Полтаву Успенской ярмарки из Харькова, или Ильинской из Ромна, предоставить мне, войти об оных с представлением, по установленному порядку.

Предположения мои по сему предмету, основаны на той существенной цели, которая указывается самою необходимостью, для благсостояния губернии и общей пользы. В сих видах, я представлял, что полтавская губерния, мало имеет тех верных торговых путей, и тех обеспеченных истоков, по коим бы жители стремились к выгодному сбыту произведений природы и своих изделий: совершенное отсутствие значительных частных капиталов, употребляемых как в других местах для торговых оборотов, не представляет в том никакого обеспечения; судоходство по р. Днепру, омывающей только одну Юго-Западную часть губернии, не составляет общей пользы всех мест ее, — выгоды от сего имеют только жители одних трех прибрежных уездов, и то более посредством заработков и извозничества в другие места, некоторых пригоняемых водою из Белорусских губерний товаров; хо-

1) Арх. П. Губ. Правления 1842 г. дело № 9½042 л. 1-11.

тя же представляется иногда сбыт хлебных произведений, особенно пшеницы и льняного семени к Одесскому и Николаевскому портам, но в сих предметах, по случаю соперничества Западных губерний, не происходит желаемого успеха; одна только в губернии довольно значительная ярмарка в Ромнах, Ильинская, представляет некоторые средства к сбыту фабричных, заводских и ремесленных произведений губернии; но средства эти бывают в одно время года, при том же удаление Ромна к границе губернии от других уездов, мало доставляет для них пользы, ибо затруднения по отдаленности, лишают их способов к выгодному сбыту своих произведений на Роменской ярмарке. Безошибочно можно определить, что неимение в Полтавской губернии верных торговых путей, поставляет жителей оной в такое положение, что мануфактурные произведения и предметы сельского хозяйства, не могут иметь дальнейшего усовершенствования, и естественно, упадают заведения. Равным образом отсутствие торговых дел, по которым бывает привлечение народа из других мест, не представляет для жителей никаких доходов от извозничества, заработков и других промыслов, которые могли бы служить для них обеспечением в способах продовольствия.

При таком стеснительном положении губернии, перевод значительной ярмарки в губернский город Полтаву, был бы необходим по следующим основаниям:

а) Учреждение в Полтаве известной в торговых отношениях ярмарки, на которую бывает стечение иногороднего купечества и промышленников, составит большую пользу для жителей почти всех уездов губернии, в особенности более сближенных к губернскому городу, следственно представит особенные выгоды и побудительную причину, доставлять на ближайшем расстоянии свои произведения, иметь верный сбыт их по сходным ценам на ярмарке, и находить средства к заработкам от извозничества.

б) Перевод в Полтаву Успенской ярмарки из г. Харькова, был бы по торговым отношениям возможным: Харьков весьма много воспользовавшийся уже от распространения коммерческих оборотов, не может иметь подрыва в торговых делах потому, что там останутся еще три такие же и нисколько не менее значительные ярмарки, которые положили твердое основание, для торговой и промышленной деятельности сего города.

в) Напротив того, перевод в Полтаву означенной ярмарки, составляя пользу для жителей здешней губернии, доставил бы общие

выгоды и для торгующих сословий Южных губернии, приобретающих товары на сей ярмарке в Харькове, сближение оной к тем губерниям. Равным образом и купечество, торгующее в Ильинской ярмарке в Ромнах, перевозя остающиеся товары вместо Харькова в Полтаву, имело бы в сокращении пути более ста верст.

г) Впрочем, если перевод в Полтаву из Харькова Успенской ярмарки, может нарушить некоторым образом справедливость и правособственных выгод губернии, то перевод из Ромна Ильинской ярмарки, не представлял бы сего для полтавской губернии, ибо уездный город ее, ничем не замечательный, должен уступить своему губернскому городу, требующему особых попечений к его улучшению, и восстановлению от того упадка, в котором он находится. Подобно сему, переведена ярмарка из Макарьева в Нижний Новгород, и тем предоставлены губернскому городу способы к быстрому его возвышению.

д) В отношении удобств в помещении привозных товаров и распространении круга торговых дел, Полтава представляет все выгоды: обширность площадей и улиц не производя стеснений для народного движения, обезопасывает от всяких несчастных случаев, а устроенные в нескольких местах на существующей здесь торговой площади, довольно обширные каменные лавки могут служить на первый раз приличным, удобным, и выгодным помещением товаров, многие лавки остаются ничем не занятыми, они выстроены частными лицами по ошибочным видам получения доходов, но по неимению торговли, не приносят никакой пользы.

е) При таких удобствах в Полтаве для торговли, установления здесь одной значительной ярмарки, и привлечения по выгодам сим народа для торговых оборотов, послужило бы улучшением и других ничтожных ярмарок в Полтаве существующих, поправило бы недостаточное состояние жителей города, умножило бы число капиталов, возбудило бы предприимчивость к усовершенствованию существующих уже, и к заведению вновь, в губернии мануфактур и ремесел; подвинуло бы к промышленности и к деятельности всех жителей губернии, представило бы источники к извлечению доходов, для улучшения и украшения города и вообще дало бы новые силы знаменитому месту для России, но, к сожалению, до сих пор бедному во многих отношениях.

Из всего вышеизложенного, Ваше Сиятельство изволите бла-гоусмотреть, что основания предположения моего о необходимости

учреждения в Полтаве значительной в торговых отношениях ярмарки, составляют целью, доставление удобств для жителей здешней губернии и других мест, к выгодному и обеспеченному сбыту своих произведений; а от распространения такового учреждения торговли в губернском городе, определение верных источников доходов для оного, требующего попечений к улучшению его благосостояния. Почему представляя все сие Начальничьему благоусмотрению Вашего Сиятельства, имею честь доложить, что я признаю с своей стороны ближайшим, испросить разрешения на перевод в Полтаву Ильинской ярмарки из г. Ромна, по тем справедливым убеждениям, что малозначительный уездный город сей естественно посему менее требующий от жителей оного, тех обязанностей в благовидном устройстве и содержании своих домов, равно и исполнении других повинностей, кои лежат на жителях губернского города, а сверх того много воспользовавший от существовала в нем с давнего времени Ильинской ярмарки, беспрекословно должен уступить право свое, на перевод сей ярмарки в губернский город, дабы восстановить его от того упадка в котором он находится.

Между тем, в Ромнах останется еще довольно значительная Вознесенская ярмарка, обороты коей, как по сведениям известно, простираются ежегодно до 9 миллионов руб. ассигнациями, следственно для Роменских жителей, представляются выгоды и от сей ярмарки, упадка которой с переводом в Полтаву Ильинской произойти не может потому, что во время продолжения оной, нет другой подобно ей столь значительной ярмарки, которая могла бы сделать подрыв, при том же заведенные приезжающими и на Вознесенскую ярмарку гуртовыми торговцами счеты, с иногородними покупщиками их, удерживая необходимость приезда на сию ярмарку: первых для получения в сроки платежей за товары обыкновенно большею частью отдаваемые в кредит, а последних для уплаты долгов и приобретения вновь в покупку, и в месте с тем представляющиеся по сему случаю виды к привлечению народа на Вознесенскую ярмарку, не могут не служить основанием к существованию ее на всегда.

Что же касается того, что с переводом в Полтаву Ильинской ярмарки, не может последовать никакого стеснения для перевоза на оную товаров, но напротив того, составятся чрез сие значительные выгоды для оборотов, а с тем вместе, от распространения круга торговли, усиление и прочное основание сей

ярмарки в Полтаве, то к сему представляются следующие соображения:

Ильинская ярмарка в Ромнах, наполняется частью мануфактурными произведениями Москвы и других великороссийских мест, — своз каковых товаров, следует из коренной ярмарки, существующей близ города Курска, где по окончании оной, все гуртовые торговцы отправляются в город Ромны, сверх того, на Ильинскую ярмарку привозятся товары из Одессы, Таганрога, Новочеркасска и других мест, которыми изобилует Южный край России и приезжают евреи из Западных губерний. Расстояние от Курска до Ромна заключается в 234, от Одессы до Ромна в 633, Таганрога 769, Новочеркасска, главного города Донских станиц в 850 верстах.

По окончании Ильинской в Ромнах ярмарки, торгующие сословия переезжают оттуда с оставшимися непроданными товарами: одни в Лубны на Преображенскую ярмарку 6 августа, немногие в Кролевец на Воздвиженскую ярмарку 14 сентября, но большею частью спешат все знатнейшие торговцы на Успенскую ярмарку 15 августа, в Лубны же приезжают немногие, и то не для гуртовой продажи товаров, но для раздробительной торговли: в Кролевец, — так как время сей ярмарки отдалено до половины сентября, не спешат переездом, туда отправляются в особенности евреи, с легкими шелковыми и другими товарами, которым воспрещен въезд в Харьков и торговля на Успенской ярмарке. Во означенные города расстояние составляет:

Из этого краткого очерка движения торговли на ярмарках, в 4-х смежных губерниях: Курской, Полтавской, Харьковской и Черниговской, оказывается, что по окончании коренной ярмарки в Курской губернии, перевоз из оной товаров на Ильинскую ярмарку с переводом ее по предположению моему в Полтаву нисколько не может стеснить торговцев Великороссийских губернии, ибо расстояние от Курска до Полтавы, как из представляемого при сем плана дорогам значится, заключающееся по прямой транспортной дороге, чрез город Суджу, местечка Борошлю, Котельву в 289 верстах, а от Курска до Ромна в 234 верстах, превышает только 55 верстами, что составит самую незначительную разность в платеже за извоз не более 1 или 2 коп. сер. на пуде; но на-

против того, представляется для них же самих более выгод при перевозке непроданных товаров из Ильинской ярмарки, обыкновенно отправляемых в Харьков на Успенскую, от сократщения пути вместо Ромна из Полтавы, слишком на 100 верст, ибо отсель до Харькова, по прямой извознической дороги, считается только 120 верст; равным образом не может происходить затруднения в перевозке, как выше сказано, не многих товаров в Лубны на Преображенскую ярмарку, по недальнему также расстоянию, составляющему 134 версты, и в Кролевец по случаю тому, что времени до существующей там 14 сентября ярмарки, совершенно достаточно для переезда, как выше объяснено, большею частью евреев, отправляющихся с шелковыми и другими товарами по легкости коих, перевозка их ни мало не затруднительна, но между тем с установлением Ильинской ярмарки в Полтаве, выгоды и пользы от сего для многих мест Южного края и для жителей здешней губернии неисчислимы.

Одесса, Таганрог и другие места Южного края, доставляющие тяжелые свои бакалейные товары, вина и другие произведения, сближением расстояния к Ильинской ярмарке в Полтаве, более чем на сто верст, двинули бы оные в гораздо значительнейшем количестве. По известности Ильинской ярмарки в торговле шерстью, где производится сбыть оной более 170 т. пудов, Екатеринославская, Таврическая и другие богатые землею губернии, и вместе с тем изобилующие овцеводством, но затрудняющие по отдаленности сей ярмарки в доставке шерсти, много воспользовались бы удобною перевозкою сего и тяжелого товара, сближением расстояния до 170 верст; не менее того находили бы выгоду от сего, и жители всех почти уездов здешней губернии, по центральному несколько положению губернского города; а также пригон скота и лошадей, был бы гораздо удобнее.

Таким образом от сокращения пути к известной в торговых отношениях Ильинской ярмарки, естественно могло бы быть более привоза на оную товаров, а от сближения ее с значительнейшими торговыми городами: Одессою, Николаевым, Таганрогом, местами Донских станиц, Кременчугом, Харьковом и другими, несомненно — прибытие большого числа торговых сословий, увеличение оборотов и усилие самой ярмарки. К сему присовокупить должно и то, что по случаю пребывания в губернском городе главного начальника в здешнем крае, господина генерал-губернатора, и соединение всех мест губернского управления, всегда больший

приезд в сей город из всех мест по различным надобностям, дворян и прочих сословий, в особенности же прибытие по сему отношению большего числа особ во время ярмарки, не мало может способствовать усилению торговли; а между тем и самое производство оной, находясь во все продолжение времени ярмарки в виду губернского начальства, может быть более устраиваемо, касательно удобств и выгод торговых оборотов, и охраняемо от всяких могущих происходить неправильных притязаний к стеснению промышленной деятельности. Сверх того нельзя не принять во внимание, что от существования с давних времен в Ромне столь известной, как Ильинская, ярмарки, и другой довольно значительной Вознесенской, город сей не только не поставил себя в известность по торговым отношениям, но и не пришел в благоустроенное положение, тогда как губернский город Харьков, гораздо менее времени пользующейся от установления в нем оптовых ярмарок, при всегдашнем наблюдении губернского начальства, весьма много ушел вперед постоянным уже движением торговли и отличным благоустройством. Все сие представляя необходимость и возможность перевода Ильинской ярмарки из Ромна в губернский город Полтаву, служит верным ручательством, прочного основания оной и усиления ее оборотов.

В отношении же удобств для торговли означенной ярмарки, Полтава, как выше сказано, по обширности площадей и улиц, и по устройству существующих здесь довольно обширных, но мало чем занятых каменных лавок, — представляет гораздо более выгод Ромна, в нынешнем устройстве там лавочных мест, где по неимению удобных помещений, встречается совершенное затруднение в распространении торговли, ибо все привозные товары, размещаются чрезвычайно затруднительно в выстроенных частными лицами на землях им принадлежащих и городских, деревянных незначительных лавках. К устранению сего неудобства, хотя предположено устройство в Ромнах гостиного двора, и для того производится в каждую Ильинскую ярмарку сбор суммы, но для приведения в исполнение сего предположения, как я имел честь донести Вашему Сиятельству 7 сентября минувшего 1841 года № 11686, представляются важные неудобства: во-первых, по недостаточности еще собранной на сей предмет суммы, а во-вторых, самое главное, по невозможности определить уравнительно прав владельцев лавочных мест на построение каменных для них лавок из собранной для того суммы, ибо во взносе оной не все

равно участвовали: одни постоянно выполняли назначение платежа; другие тогда, когда были заняты их лавки; а некоторые по неотдаче в наем оных и по не застройке еще лавочных мест, вовсе не были участниками в составившимся ныне для того капитале, следовательно таковое затруднение в построении гостиного двора в Ромне, весьма стесняющее распространение круга торговли Ильинской ярмарки, не может быть не отнесено к числу главных невыгод, прочного существования оной в сем городе; а потому в означенном представлении моем от 7 сентября, я изложил мнение свое, что для достижения предположенного устройства вновь гостиного двора в Ромнах, предполагается одно средство, искупить все владельческие лавки с правом расположения собранным капиталом, для построения оного.

Действительно такое предприятие, могло бы только споспешествовать к сему устройству; но для сего представляется необходимость обратиться к испрошению займа значительной суммы на приобретение владельческих собственностей; с переводом же в Полтаву Ильинской ярмарки, предположение об устройстве здесь лавочных помещений для оной, представляет другие виды и оснований к заключению, в отношении собранного для гостиного двора означенной ярмарки капитала, о чем считаю долгом изъяснить на благоусмотрение Вашего Сиятельства следующие обстоятельства:

Для устройства в Ромнах гостиного двора Ильинской ярмарки, производится с 1805 года, собственно во время сей ярмарки, сбор суммы, по таксам, главным губернским начальством утвержденным. Таксы сии учреждены в 1804 годе бывшим малороссийским генерал-губернатором Князем Куракиным, и в 1817 годе от бывшего военного губернатора Князя Репнина.

бор денег по сим таксам ограничен с сумм, которые определены особо утвержденной таксою за наем лавок: от торгующих сословий производящих в гостиных рядах продажу своих товаров десятью, а от владельцев лавок отдающих им в наймы двадцатью процентами; но такое назначение со стороны владельцев не было в точности выполняемо, ибо производя платеж на устройство гостиного двора, против суммы, определенной по таксе за наем лавок, они напротив того, в пользу свою возвышали цены за сей наем до чрезвычайно-высокой степени, и тягостью такового налога, довели торговцев до стеснения, от чего возникали и беспорядки в размещении товаров на Ильинской ярмарке.

Комитет, учрежденный в Ромне для сбора суммы на устройство гостиного двора, в доставленном сведении показывает: что поступило на сей предмет суммы с 1805 по 1841 год, с владельцев лавок 250.300 р. 37 коп. и с торгующего сословия 119.349 р. 83 ½ коп. ассигнациями; каковая сумма находится в кредитных установлениях.

По сему оказывается, что сумма для устройства гостиного двора в Ромнах собранная есть двух родов:

а) Касательно торговцев, составляет она временное от них пожертвование на тот предмет, который впоследствии представляя для них выгоды, иметь удобное и приличное помещение к распространению торговли Ильинской ярмарки, вместе с тем обезапасывал бы каждого от потери чрез пожары и другие случаи: собственности их, в деревянных, ветхих и незначущих лавках размещаемой.

б) В отношении владельцев сих лавок, отдающих их взаймы, взносимый от них платеж представляет собою ничто иное, как акциз, который охотно заплатил бы всякий за наем ничтожных деревянных лавок в гостином ряду, и получения за то значительных выгод, кои они старались еще более увеличить, вопреки назначению начальства, и к стеснению торговцев, следственно сим изменили распоряжение, относившееся к благоустройству означенной ярмарки.

Принимая все сие в соображение, следует определить, что сумма собранная во время существования Ильинской ярмарки в Ромне, на устройство гостиного двора для оной, несет уже собственность частных лиц, но источник доходов, собранных распоряжением и заботливостью правительства, чтобы устройством удобных и приличных для торговли помещений, доставить выгоды к распространению круга торговых дел и усилению означенной ярмарки, следственно, с переводом сей ярмарки по усмотрению начальства в другое место, должна перейти с нею туда, и сумма собранная в прежние годы ее существования. Почему, ежели таковое предположение утвердится с назначением в Полтаве Ильинской ярмарки, было бы возможно выстроить на всю собранную для гостиного двора сей ярмарки сумму, несколько лавочных помещений в губернском городе, на существующих здесь торговых площадях, в добавок находящихся уже довольно значительных каменных лавок частным лицам принадлежащих; а по выстройке на упомянутую сумму помещений для торговли, получаемый с оных от

найма доход, с отделением необходимой суммы на ремонтное их содержание, обращать в одной части в пользу городских сумм, из которых будет зависеть удовлетворение расходов, необходимых для усиления тогда полиции и другие предметы, кои потребуются для улучшения города, неимеющего ныне способов к его поправлению, а другую часть доходов, отсылать ежегодно в кредитное установление для приращения процентами, и употребление сбора сего впоследствии времени, если укажет еще надобность в прибавке в Полтаве лавок гостиного двора, или других необходимых к оному устройств.

Впрочем, если бы за всеми таковыми действиями владельцев лавок в Ромне, нарушавших распоряжения начальства: увеличением назначенного для них платежа, за наем оных, и сим стеснением торговли много воспользовавшихся выгодами, было признано, что капитал составившийся от взноса или процентных денег, из некоторой только части доходов за наем лавок, заключает в себе их собственность, то нельзя не считать, что сумма, собранная во время Ильинской ярмарки, следственно где бы ни была назначена она по распоряжению правительства, употребление означенной суммы для пользы той ярмарки, было бы совершенно правильно.

А потому при таковом разделении капитала, обратив сей последний для устройства лавочных помещений в Полтаве, с переводом сюда Ильинской ярмарки, первый поступивший от владельцев Ременских лавочных мест, должно бы было в таком разе, употребить на устройство каменных в Ромне лавок для остающейся там Вознесенской ярмарки, по оборотам коей, устройство гостиного двора не потребовало бы большей обширности, для устранения же всяких споров со стороны владельцев, в преимуществах и правах — одних перед другими, по случаю неравного участвования, как выше сказано, в составлении означенного капитала, предоставить им самим, сделать между собою взаимное полюбовное разбирательство.

Все таковые предположения мои, имею честь представить к начальническому благоусмотрению и заключению Вашего Сиятельства. (От 17 февраля 1842 г., за № 1854.

Гражданский губернатор Аверкиев.

ЕГО СИЯТЕЛЬСТВУ,

Господину Черниговскому, Полтавскому и Харьковскому

генерал-губернатору.

По время бывшей в настоящем году Ильинской ярмарки, Ваше Сиятельство изволили лично требовать соображений, от торгующего в оной купеческого сословия, на счет предположения о переводе означенной ярмарки из г. Ромна в губернский город Полтаву.

Независимо того, по поручению Вашего Сиятельства, я приглашал к себе купеческое сословие, и предлагая им цель предположения о переводе Ильинской ярмарки в Полтаву, чтобы сближением расстояния, для удобств и выгод в доставке стромких и тяжелых товаров и соединением ее более с местами Южного края, положить основание к усилению сей ярмарки, и незыблемому состоянию оной, требовал от них мнения: какие полезные следствия может предлагаемая мера, или же не стеснит ли она, по каким-нибудь основательным уважениям, ближе известным самому купечеству, местной торговли вообще.

Результатом совещаний по этому предмету, были разнообразные отзывы купеческого сословия пребывающего в Ромны на Ильинскую ярмарку: что Ромны, они считают по видам своим удобством для их торговли, что здесь давно уже производят торг, и что они, так сказать, свыклись с этой местностью. Нельзя было не заметить, что на таковые мнения вызывались более купцы, кои имеют в гостином дворе собственные свои места и лавки; в особенности Курский купец Гладков, Рыльский Шелихов, Московский Сорокоумовский и другие, следственно в этом разе мнения их, по видам собственных выгод, не могли не быть пристрастны против общественной пользы. В прочем, другие торгующие сословия, на сделанное им предложение, не сделали никаких возражений, на счет неудобств или невыгод для торговли с переводом Ильинской ярмарки в Полтаву, предоставляя это дело соображению и заключению по видам правительства.

За всем тем, я предложил купечеству все рассуждения свои касательно предположения о переводе Ильинской ярмарки из Ромна в Полтаву, изложить в письменных отзывах, с объяснением в подробности всех обстоятельств и заключений их об этом,

и потому составленный и подписанный из них 84 лицами отзыву Роменский полицеймейстер по поручению моему, доставил ко мне.

Быв обязан, с представлением мнения сего на благоусмотрение Вашего Сиятельства изложить заключение свое по оному, в следствие предписания ко мне от 7 прошлого июля № 1276, я признал необходимым, к исполнению сего, иметь в виду некоторые сведения, и по собрании ныне оных, имею честь донести Вашему Сиятельству:

1) Хотя купечество в своем отзыве объясняет: “что Ильинская ярмарка в Ромне не упадает в оборотах, а возвышается;” но таковой отзыв их, требовал бы положительных исследований и удостоверений в истине справками, коих затруднительно и даже невозможно ныне собрать, по неведению в прежнее время подробнейших отчетов о оборотах сей ярмарки. По крайней мере частные отзывы подтверждают, что Ильинская ярмарка в Ромне, основание коей по сведениям неизвестно, но полагают гораздо более 150 лет, в прежнее время, особенно в начале сего столетия, была значительнее в оборотах, что против того времени она в большом упадке. Из ведомостей местной полицией доставленных видно, что на Ильинской ярмарки в Ромне продано товаров в 1841 году до 7 ½ миллионов руб. сереб. в сем же году продажа простиралась до 5.730.000 р. менее против 1841 года до 1.770.000 руб. серебром.

2) Что касается отзыва купечества: “что значительнейший приезд в губернский город дворянства по надобностям оного, как в губернских присутственных местах и к главному начальству, так и по случаю учреждения в сем городе высших учебных заведений, не может принести им, производящим гуртовую продажу пользы, а составит выгоду для одних только мелочных торговцев”, то таковое заключение их не имеет достаточного соображения. Не говоря о том, что многие из них подписавшихся на означенном отзыве, производят раздробительную продажу товаров, нельзя не согласится с тем, что торгующие в раздроб, имея по собственному их сознанию верный и значительный сбыт товаров, от многочисленного стечения народа в особенности дворянства, которое как выше сказано, прибывая в губернский город по надобностям, и имея здесь же случай продать свои произведения обращается к удовлетворению другой потребности искупить все необходимое для домашней надобности, само собою будет, те же торгующие раздробительно, приобретать в покупку

товары в большей мере, от гуртовых продавцов, и доставлять им выгоды. Должно сказать, что не подвержено ни какому сомнению то, что где бывает более стечение народа, там торговля вообще значительнее. Относительно же сделанного мною к купечеству отзыва, что дворянство, приезжающее в губернский город для выборов, может быть во время ярмарки, то в этом разе, я имел в виду правила о сроках, в кои производятся дворянские выборы, помещенные в приложении к 739 ст. III тома свода законов, которые основаны на указаниях и местных распоряжениях начальства, и по которым в других губерниях определяются сроки в июле и Августе месяцах, следственно для общей пользы, правительство не оставит испросить разрешения, на определение для дворянских выборов в Полтавской губернии, по усмотрению своему удобнейшего времени, соединяя в этом выгоды дворянства, и изыскивая средства к усилению оборотов ярмарки.

3) Совершенно не имеет никакого вероятия отзыв купечества: “что не проданные в Ильинской ярмарке в Ромне товары, не отправляются в Харьков на Успенскую; а идут они из Ромна прямо в Кроловец на Воздвиженскую ярмарку, и что в Харькове ожидают их товары, отправляемые ими из других торговых пунктов”, — по следующим основаниям: Воздвиженская ярмарка в Кролевце, начинающаяся около 14 сентября, слишком отдалена после окончания торговли на Ильинской ярмарке в июле месяце. По этому непроданные в Ромне товары, не могут быть в тоже время отправлены в Кролевец, по отдаленности еще около полутора месяца тамошней ярмарки, равным образом и оставаться в Ромне, по неимению там, как Ваше Сиятельство, сами изволили лично обозревать положение гостиного двора, таких складочных мест, кои обезопасывали бы собственность торговцев без тщательного и усиленного надзора, который во время ярмарки, назначается по распоряжению начальства от внутренней стражи и полиции. Почему все таковые товары по окончании Ильинской ярмарки, и по наступлении в след за тем Успенской в Харькове, не остаются в Ромне, но отправляются оттоль в Харьков, куда в особенности спешат транспортировать шерсть, оставшуюся непроданной в Ромнах, которая, как известно, всегда отправляется в Харьков, а не в Кролевец; к Воздвиженской же ярмарке в сем городе, следуют евреи торгующие легкими шелковыми и другими товарами, коим воспрещен въезд в Харьков и торговля на Успенской ярмарке. Все это служит удостоверением к тому, что если великороссийских мест купечество,

производить торговлю в Кролевце на Воздвиженской ярмарке, то по случаю отдаленного времени к сей ярмарке, они остаются в большей выгоде, чтобы, в особенности фабриканты, могли иметь возможность приготовить свои товары, и транспортировать их прямо в Кролевец из мест, где они производятся; но согласиться с тем, что они наполняют Успенскую ярмарку одними новыми товарами, не перевозя туда таковых из Ромна после Ильинской, невозможно, ибо соединение в близком одно от другого расстоянии трех ярмарок: Коренной, Ильинской и наконец Успенской, затруднить производителей изделий, приготовить для сей последней ярмарки все новые товары, кои, как торговцы объясняют, отправляют туда даже заблаговременно. Притом же нельзя иметь вероятия, чтобы купечество было в возможности наполнять, вновь приобретаемыми в покупку товарами, ярмарки в коих производят продажу, не транспортируя их из одной на другую, ибо в таком случае способы самых, состоятельнейших из них, и даже кредиты, коими они пользуются от других, не могут быть для того достаточны, а что всего важнее, это могло бы расстроить в торговых их расчетах и оборотах.

4-е) В отзыве купечество излагает: “что с Одессою, Николаевым, Таганрогом, и другими местами Южного Края, производится небольшая торговля в Харькове в Успенскую и Крещенскую ярмарки, что те места, сами привозят в Ромны свои товары для продажи, что они сами ищут сбыта оных, и что с Таганрога и Донских станиц привозятся одни только бутылочные вина да нечиненные кожи и овчины, — товар черный, несоставляющий предмета важности торговли”.

Рассматривая этот пункт, нельзя не сделать вопроса: во первых: если по отзыву купечества, с местами Южного Края производится небольшой торг в Харькове, то откуда же места эти имеют у себя разные бумажные и пеньковые изделия: нанки, ситцы, платки, пестриди и проч. большею частью произведения Москвы? где приобретаются в покупку чай, галантерейные вещи и проч.? Во вторых; кроме товаров, по объяснению самого купечества привозимых из Южного Края, как то: бутылочных вин, кож, овчин, не следуют ли оттуда в значительности Крымские вины, разные бакалейные товары, также кофе, сарочинское пшено, чернослив, маслины, икра, балыки и проч., а равно шерсть, привозимая большей частью из губерний: Харьковской, Таврической и Екатеринославской? В третьих, как все эти тяжелые, стромкие и затруднитель-

ные для перевозки товары, следуют из Южного Края, недолжно не обратить внимания на то, чтобы сблизить для них расстояние к торговому пункту, и дать средства иметь от сего выгоды? С некоторого времени, торговля шерстью в значительном упадке; главная продажа оной на Ильинской ярмарке, а непроданная там, транспортируется в Харьков на Успенскую ярмарку. По сему весьма справедливо бы было и даже необходимо, сблизить эти торговые пункты для менее затруднительной доставки, сего неудобного в перевозке товара, и для больших выгод по шерстяной промышленности, которая приходит в упадок.

5-е) Обращаясь за сим к объяснению купечества: “что выгоды от существования в Ромне Ильинской ярмарки для них чрезвычайно полезны, потому, что пункт этот связывает: Ильинскую, Сумскую, Коренную, Харьковскую и Кролевецкую ярмарки, в которые они отправляют из Ромна заблаговременно свои товары, и имеют здесь как в месте центральном, постоянном складку оным”, нельзя не указать утвердительно; что отзыв этот, не может иметь никакого вероятия, потому, что помещения гостиного двора в Ромне до такой степени ветхи, что складка в них постоянно товаров, не только не может быть возможна, чтобы не подвергнуть их порче от течи, которая по обветшалости крыш происходит, но даже опасна для сбережения их в целости от расхищения из деревянных ничтожных помещений; притом же сколько известно и все вообще обывательские постройки в Ромне, крайне неблагонадежны и неудовлетворительны для скадки и хранения в них купеческих товаров. Это одно уже удостоверяет в неосновательности отзыва купечества, чтобы в Ромне можно было иметь постоянно складку товаров, и подтверждает в том, чтобы непроданный в Ильинскую ярмарку, могли оставаться в Ромне до Воздвиженской в Кролевце; но отправляются они прямо из Ромна в Харьков на Успенскую ярмарку: притом же, каким образом можно согласить отзыв купечества, чтобы из Ромна, по объяснению их, отправлять товары на ярмарки: Нежинскую, которая бывает зимою во всеядную неделю и отходит гораздо позже ярмарки в Ромне; Сумскую, называемую сборную в великий пост и Коренную на девятую пятницу в июне месяце, кои также отходят прежде Ильинской, а между тем, своз товаров к сим торговым пунктам из Ромна, как значится по плану дорогам представленному мною Вашему Сиятельству, при донесении от 17 февраля сего года № 1854 был бы назад, и следовательно, если

бы это действительно происходило, составил бы напрасные расходы для купечества.

6-е) Относительно же того, как объясняет купечество: “что в Ромне местность для ярмарки Ильинской так выгодна и безопасна, какой они нигде не видят”, то на этот счет, они могут быть совершенно обеспечены местностями г. Полтавы, имеющей обширные для торговых оборотов площади, кои с переводом сюда Ильинской ярмарки, совсем удобством могут предназначены в в следующем порядке: а) свободные площади в соединении с нынешним гостиным двором, одна перед Богоугодным заведением, а другая плац-парадная, для раздробительной торговли; б) Стретенская для гуртовой продажи; в) местность возле реки, состоящая по обеим сторонам оной, и занимающая больше ровное пространство, где в летнее время бывает всегда сухо, и следовательно совершенно выгодно для конной ярмарки и торговли шерстью, чтобы иметь здесь пастьбу скота и удобные водопои; г) нынешняя ярмарковая площадь для продажи разных черных товаров; но между тем, по вновь проектированному для г. Полтавы плану, следуемому к представлению на Высочайшее утверждение, предполагается для отмежевания к городу от Кременчугской заставы площади, которая будет более существующей в Ромне ярмарковой площади.

7-е) В заключение купечество говорит в своем отзыве: “что оно производит значительную оптовую торговлю и сбыт своих товаров большею частью со всеми западными губерниями и Польшею, по близкому расстоянию их к Ромну, и что если перевесть Ильинскую ярмарку в Полтаву, то выйдет общее расстройство и потрясение торговых их выгод, ибо чрез сие они не могут поспевать с своими товарами, ни в одну из тех ярмарок в назначенное время и лишатся торговли, дела их в расчетах и платежах, потеряют издавна заведенный порядок; главное же как они полагают, что из Полтавы не поспеют их капиталы в Нижегородскую ярмарку и торговые дела их расстроятся”.

Такой отзыв купечества, не имеет основания по следующим убеждениям: западные губернии и Польша, от торговцев Великороссийских мест пребывающих в Ильинской ярмарке, могут только приобретать в покупку сколько известно по недостатку собственных фабрикаций, бумажные и пеньковые изделия: нанки, ситцы, платки, пестриди и проч. товары легкие и беззатруднительные для перевозки, коими наделяется как выше сказано и Южный край, следственно с переводом Ильинской ярмарки в Полтаву, этот

торговый пункт, был отдален на некоторое только расстояние от западных губерний, торговцы коих могут иметь путь по другому направлению, останется им по прежнему местом приобретения, тех же легких и удобных для перевозки товаров; но между тем, от сего значительно последует сближение пути к Южным губерниям, из коих следуют тяжелые товары требующие больших издержек. Впрочем, должно сказать, что торговцы западных губерний, все приобретаемые ими товары в Ильинской ярмарке с назначением ее в Полтаве, могут транспортировать только до г. Кременчуга на расстоянии 110 верст, и потом отправлять оттуда водою посредством судоходства в свои губернии, следственно здесь представляется и другая польза в том, что город Кременчуг может сделаться так сказать посредником, значительных торговых оборотов между Полтавою и Западным Краем. Что же касается объяснения великороссийского купечества, что с назначением Ильинской ярмарки в Полтаве, последует расстройство торговых их выгод, ибо они не могут поспевать с своими товарами на ярмарки в назначенное время, то сего, ни в каком случае не может произойти потому, что после Коренной ярмарки, следуя на Ильинскую, и переезжая от толь вместо Ромна в Полтаву, что составит расстояния более только 55 верстами, как значится по плану дорогам представленному при упомянутом донесении моем Вашему Сиятельству от 17 февраля, они не встретят никакого затруднения в доставке остаточных от той ярмарки своих товаров, чрез столь незначительную прибавку пути и и транспортировать вдобавок к оным других из фабрик своих и мест приобретения или самими в покупку, заблаговременно; но между тем для них же представляется чрез сие значительные выгоды, от сближения расстояния, к перевозке из Ильинской ярмарки непроданных товаров на Успенскую, более чем на 100 верст. Все это удостоверяет, что великороссийское купечество, не встретит никакого затруднения, по недальнему расстоянию, в транспортировке своих товаров на Ильинскую ярмарку в Полтаву, будет приезжать благовременное на оную, а дела и расчеты их в платежах, нисколько не потеряют своего порядка. Хотя же они ставят главным основанием неудобства к учреждению Ильинской ярмарки в Полтаве то, что от сюда не поспеют капиталы их в Нижегородскую ярмарку, то это обстоятельство не имеет никакого вероятия потому, что посылка денег для скорейшего и вернейшего доставления обыкновенно по почте, не составит разности при отправки вместо Ромна из Полтавы; но напротив то-

го, они могут иметь еще в выгод то, что по ходу почт назначена отправка корреспонденции в великороссийские места: из Ром на один раз в неделю, а из Полтавы два раза, следственно при таких удобствах для сношений, Нижегородская ярмарка, если только вероятно, что ожидает присылки капиталов из Роменской Ильинской ярмарки, получит оные своевременно из Полтавы, и не может иметь стеснения в знаменитой своей торговле. Впрочем должно заметить, что из торгующего в Ильинской ярмарке в Ромне великороссийских мест купечества, большею частью сами фабриканты и заводчики, и потому высылка от них капиталов в Нижний-Новгород, едва ли должна следовать.

Из всего вышеизложенного, Ваше Сиятельство, изволили благоусмотреть, что отзыв купечества, о неудобствах с назначением Ильинской ярмарки в Полтаве, по сделанным мною на все пункты их мнения заключениям, не имеют уважительных оснований; что с установлением сей ярмарки в губернском город, опасение их есть мнимое на счет какого либо расстройства в торговле, который по узаконениям не только должен давать полную свободу, но в обязанности Правительства есть заботиться, об изыскании возможных случаев и средств, к усилению оной по всем отраслям ее, несмотря на закоренелое, быть может, предубеждение некоторых лиц, основанное на пристрастных суждениях более о собственной, нежели общественной пользе. Почему, обращая внимание на сей предмет, нельзя оставить без соображения следующих обстоятельств:

а) Для сбыта фабричной, заводской и ремесленной производи-мости, и вообще предметов сельского хозяйства и промышленности, великороссийские губернии, имеют в виду ярмарки: Ирбитскую, Нижегородскую, Коренную, две Роменских, две Сумских, четыре Харьковских, Нежинскую, Кролевецкую, тогда как в Новорос-сийских губерниях и вообще в Южном Крае, нет ни одной столь известной по торговым отношениям ярмарки, следственно, если первые имеют для выгод своих такие значительные ярмарки, то не требует ли справедливость представить к пользе Южного Края, хотя одну из них, сближением расстояния для перевозки товаров, — более стромких и тяжелых оттуда следующих?

в) Овцеводство распространено большею частью в Южных губерниях, где размножены лучшие породы овец; но с некоторого времени ценность на шерсть в значительном понижении; почему необходимость требует обратить внимание, на сближение пути к

торговым пунктам для сбыта сего произведения, к поддержанию сколько либо таковых полезных заведений; и как первый пункт для продажи шерсти есть Ильинская ярмарка, куда свозится Оная большею частью из Новороссийских губерний, а не проданная там отправляется в Харьков на Успенскую, то с переводом Ильинской ярмарки в Полтаву, от сокращения расстояния для перевозки до 170, и потом из Полтавы в Харьков тоже более 100 верст, могли бы составиться значительные выгоды.

От таковых полезных следствий, Ильинская ярмарка в Полтаве, с переводом коей в сей город из Ромна, торговцы великороссийских губерний, по вышеизложенным основаниям, не только не могут встречать затруднения в доставке и верном сбыте своих товаров, но напротив того иметь значительные выгоды, от большого стечения народа, несомненно получит в оборотах своих увеличение, составит прочное основание к существованию оной навсегда, послужит к улучшению и других ярмарок, в губернском городе учрежденных, умножит число капиталов, даст средства к установлению и усиленной постоянной торговли, и вообще представит новые источники доходов для улучшения и украшения города, как места знаменитого для России, но к сожалению, до сих пор бедного, и требующего попечений к его благосостоянию. Таким образом губернский город Полтава, имея постоянное движение в оборотах, представлял бы значительную пользу вообще для всех жителей здешней губернии, ибо находя верный и обеспеченный сбыт для своих произведений, имели бы они всегда в этом городе и все необходимое к приобретению в покупку, для чего обращаются теперь в другие места, следственно денежный оборот сей губернии, находился бы в оной для пользы общественной.

Что же касается требуемого Вашим Сиятельством заключения: не повредит ли перевод Ильинской ярмарки выгодам г. Ромна, без существенной пользы для Полтавы, считаю долгом присоединить, что город Ромны, в течении времени существования в нем означенной ярмарки, более, быть может, двух веков, не только не поставил себя в известность по торговым отношениям, но и не пришел нисколько в благоустройство; следственно с оставлением в нем ярмарки будет он находиться в прежнем положении, и выгоды для него от ярмарки не могут составить столь существенной пользы, как для губернского города, который по вышеизложенным основаниям, может быть приведен в отличное состояние, и на которой по истинне должно быть обращенное внимание прави-

тельства, по тем событиям, той важной эпохи, в здешней стране, кои составили славу России и ее политический быт. Между тем, в Ромне для пользы тамошних жителей, останется еще довольно значительная Вознесенская ярмарка, и кроме того еще две.: Михайловская в Ноябре месяце, и на сырной неделе, от которых они могут иметь свои выгоды. Впрочем, как с переводом Ильинской ярмарки в Полтаву, соединяются пользы общественные, то они не могут быть сравнены с частными выгодами Роменских жителей, кои имеют они от существования той ярмарки. Таким образом, по видам правительства, переведена известная по торговым отношением ярмарка, из уездного города Макарьева в Нижний Новгород.

Вообще должно сказать, что настоящее положение Ильинской ярмарки в г. Ромне, не может не обращать на себя внимания Правительства, по тем убеждениями, что как ярмарка эта не имеет ныне, необходимых для распространения круга торговли помещений, и для того предназначено устройство гостиного двора, для которого должен потребоваться значительный капитал, который может простираться более миллиона рублей, то в теперешнее же время не простительно бы было, не обратить внимания на то: где удобнее и полезнее по отношениям здешнего края и соседних мест, касательно видов торговли, устроить существование ярмарки к усилению ее оборотов и прочному основанию навсегда, дабы в последствии, при ощущаемом уже упадке торговли на означенной ярмарке в Ромне против прежнего времени, употребление для гостинного двора, оной огромного капитала, не могло служить упреком, как для купечества так и для правительства.

Причем считаю долгом присоединить, что с учреждением Ильинской ярмарки в Полтаве, можно достигнуть скорейшего устройства таковых лавочных помещений, необходимых для распространения круга торговли и могущих служить украшением в губернском городе, ибо к приведению в исполнение сего предположения в г. Ромне, как я имел честь донести Вашему Сиятельству в представлении от 7-го Сентября 1841 года № 11686, представляются главные неудобства, по невозможности определить уравнительно прав владельцев лавочных мест, непостроение каменных лавок из собранной для того суммы, по случаю неравного учавствования их во взноси оной; но между тем с переводом Ильинской ярмарки в Полтаву, сумма сия, по основаниям изложенным в донесений моем Вашему Сиятельству от 17 февраля сего года № 1854, как составляющая

принадлежность ярмарки, переходя вместе с него в то место, где по распоряжению правительства признается удобнее быть оной, представляет возможность употребить ее на устройство здесь гостиного двора, и посредством выручки доходов за наем выстроенных на сей капитал помещений, постепенно распространять устройство их в той мере, какая была бы признана необходимою для всей вообще ярмарочной торговли. Почему, ежели утвердится предположение, чтобы Ильинскую ярмарку назначить в Полтаве, то предварительно всякого распоряжения по сему предмету, и до времени совершенного устройства лавочных помещений на означенный капитал, я полагал бы торговлю сей ярмарки, разместить во временных ташовках или балаганах, а потому прежде перевода ярмарки тщательно сообразить, сколько потребно будет всех таковых временных помещений, и благовременно приступить к устройству их на счет городских сумм, или других источников, с назначением от торговцев самого умеренного платежа за занятие ими оных, дабы они видели, что правительство, предназначая место для торговых их оборотов, заботится вместе с тем о доставлении им всех выгод и удобств по сему случаю, и дабы при первом прибытии на ярмарку, не встретили они никакого затруднения в размещении своих товаров, а тем менее стеснения, подобно тому, как производят ныне слишком дорогую плату за наем лавок в городи Ромне, владельцы коих возвысили оную до чрезвычайно высокой степени, а от тягости сего налога возникли беспорядки в размещении товаров на ярмарке.

Все сие, имею честь представить Начальническому благоусмотрению Вашего Сиятельства, испрашивая благосклонного снисхождения, если изволите найти в таковом заключении моем что либо недостаточным. Отзыв же купеческого сословия при сем представляю.

(От 12 Октября 1842 за № 14166.)

Гражданский Губернатор Аверкиев.

Мнение Харьковского купечества.

1842 года ноября 27 дня: сего числа Г. Градской Глава Гринченков собранию Харьковского Купеческого Общества предъявил, что его Сиятельство Г. Черниговский, Полтавский и Харьковский Генерал-Губернатор и кавалер при бытности граждан г. Харькова: Ковалеве, Рыжеве, Грановском, Белине, Сухареве, Базилевском, Бисереве, и Скрипнике изволил поручить ему Гринченкову

и коммерции советнику Кучину, в собрании Городского Общества изложить мнение в отношение перевода из г. Ромен в г. Полтаву Ильинской ярмарки, купеческое общество по рассуждении о сем предмете находит нижеследующее причины к упомянутому переводу, а именно а) как расстояние от г. Харкова до г. Ромен 250, а до г. Полтавы 120 верст, то чем ближе ярмарка от ярмарки, тем не выгоднее одна для другой, что многими торговцами на опыте испытано; б) при том главное количество товаров в Ильинскую ярмарку отправляется из Москвы и Санкт-Петербурга, которые должны непременно следовать по трактам лежащим на Харьков или Ромен, таковая излишняя разница в расстоянии от Ромна до Полтавы, особенно в дождливое время может сделать остановку во всех отношениях принадлежащих к торговой промышленности; в) еще и то, что для Харьковской Успенской ярмарки должна заключаться не выгода в том: Успенскую ярмарку составляют покупатели из следующих губернии: Херсонской, Екатеринославской и Полтавской с их уездами, Крыма — Одессы и всей Бессарабии, когда же будет переведена Ильинская ярмарка из Ромна в Полтаву, то по ближайшему к ней расстоянию объясненных губерний, вероятно, большая часть из покупателей останутся для покупки товаров на Ильинской Полтавской ярмарке, а на Харьковской Успенской не будут уже иметь надобности по кратковременности; — и именно в течении 15 дней таковые предположительные и по мнению нашему верные причины, перевод Ильинской ярмарки из г. Ромна в г. Полтаву не выгоден и для класса торговых людей стеснителен; г) к тому же не только одни торговцы потерпят расстройство в делах своих, упомянутому переводу, но и жители г. Харькова будут чувствовать не выгоды, ибо с уменьшением покупателей, должно уменьшиться и число продавцов, а с тем вместе запустеют многие лавки и дома состоящее в г Харькове и тем уменьшится ценность доходов, из которых ныне жители г. Харькова поддерживают свои необходимости и выручают капиталы употребленные на постройки значительных зданий собственно для украшения города и д) сие мнение наше просим Г. Городского Главу представить на благоусмотрение Его Сиятельству Г. Черниговскому, Полтавскому и Харьковскому Генерал-Губернатору и Кавалеру.

(40 слишком подписей).

Донесение генерал-губернатора кн. Долгорукова.

Господину Министру Внутренних дел.

Поступившему ко мне, в феврале минувшего года, представлению Полтавского Гражданского Губернатора, о переводе Роменской

Ильинской ярмарки в г. Полтаву, я поручал ему, при съезде на эту ярмарку иногороднего купечества пригласить оное к совещанию вместе с опытными лицами из местного дворянства и прочих граждан, для предварительного внимательного обсуждения, в какой степени мера сия может быть полезною и каких должно ожидать последствий от приведения в исполнение; — как и Ваше Превосходительство изволите быть известны об этом, из отзыва моего, от 28 Апреля, за № 726.

В помянутом представлении д. с. с. Аверкиев изъяснял, что настоящее скудное состояние большей части жителей Полтавской губернии происходит собственно от недостатка торговых сношений между ними, и от неимения источников верного сбыта произведений народной деятельности, что некоторое обеспечение к таковому сбыту хотя и представляет судоходство по р. Днепру, но оно не приносить общей пользы для губернии, ибо эта река омывает только юго-восточную ее часть: выгодами от сего пользуются исключительно жители прибрежных уездов и то, преимущественно, лишь посредством заработков и извозничества в другие места, что одна значительная в губернии ярмарка, именно Ильинская в г. Ромнах, по отдаленности сего города от центра губернии, мало доставляет выгод прочим уездам, что наконец, по этим причинам, местные фабричные изделия и предметы сельского хозяйства не могут совершенствоваться и существующие заведения, естественно, упадают.

Для поддержания торговли и промышленности сей губернии, гражданский губернатор признавал полезным и возможным перевести означенную ярмарку в губернский город Полтаву, по следующим уважениям:

Роменская Ильинская ярмарка не наполняется частью мануфактурных произведений Москвы и других великороссийских мест; частью же разного рода товарами из Одессы, Таганрога, Новочеркасска и Южного края вообще, кроме того приезжают на оную евреи из Западных губерний. Великороссийские товары доставляются в Ромны обыкновенно из Коренной ярмарки, существующей близ города Курска. По окончании ярмарки в Ромнах, начинающейся с 20 Июля, торгующие сословия переезжают оттуда с непроданными товарами: одни в Лубны на Преображенскую ярмарку 6 Августа, некоторые в Кролевец на Воздвиженскую 14 Сентября, но важнейшие торговцы почти все поспешают в Харьков к Успенской ярмарке 15 Августа. В Лубны приезжают немногие, и то не

для гуртовой продажи товаров, а только для раздробительной торговли. Кролевец же, так как время сей ярмарки отдалено до половины Сентября, не спешат переездом и отправляются туда, с легкими шелковыми и другими товарами, в особенности евреи, которым воспрещен въезд в Харьков и торговля на Успенской ярмарке. Расстояние от Ромна к Лубнам — 97 верст, к Кролевцу — 139, к Харькову — 243, к Курску — 234 в.

Основываясь на сем кратком очерке движения торговли в четырех смежных губерниях: Курской, Харьковской, Полтавской и Черниговской г. Аверкиев полагал, что перевод товаров из Коренной ярмарки на Ильинскую, с переводом последней в Полтаву, нисколько не стеснил бы торговцев великороссийских губерний, ибо расстояние от Курска до Полтавы, по прямой транспортной дороге через г. Суджу и местечко Борошлю и Котельву, заключающееся в 289 верстах, превышает расстояние от Курска до Ромна только 55 верстами, что составит самую незначительную разность в платежах за извоз, не более одной или двух копеек с. на пуд, а напротив того, сами торговцы имели бы выгоды в доставке непроданных товаров из Ильинской ярмарки в Харьков на Успенскую, от сокращения пути слишком на сто верст, ибо между Полтавой и Харьковом по прямой, извознической дороге, считается только 120 в. расстояния, равным образом не произошло бы затруднения в перевозке немногих товаров в Лубны, по недальнему также расстоянию от Полтавы (134 в.) и в Кролевец потому что времени до существующей там 14 Сентября ярмарки совершенно достаточно для переезда, как выше было объяснено, большею частью евреев, отправляющихся с легкими товарами, доставка коих ни мало не затруднительна. Между тем, учреждение Ильинской ярмарки, вместо Ромна в Полтаве, обещает последствия, чрезвычайно важные. Одесса, Таганрог , Донские станицы и прочие места южного края, доставляющие на эту ярмарку вообще тяжелые и неудобные перевозу товары, как то: разные бакалейные и виноградное вино; а также губернии: Екатеринославская, Таврическая и др. изобилующие овцеводством, но затрудняющаяся в доставке шерсти по отдаленности, без сомнения, воспользовались бы столь значительным сближением сей ярмарки и двинули б свои произведения гораздо в большем количеств, не менее того находили бы от сего выгоду и жители всех почти уездов Полтавской губернии, по центральному несколько положению губернского города. Таким образом, с приведением в исполнение предполагаемой

меры, можно было бы ожидать усиления привоза товаров на ярмарку, прибытия большего числа торговых сословий и даже распространения оборотов Ильинской ярмарки, которая, как между прочим, замечает г. Аверкиев, в настоящем месте существования своего, с некоторого времени клонится к упадку.

Относительно размещения и сбережения привезенных товаров, город Полтава, по обширности площадей и улиц и по устройству существующих в нем довольно многочисленных, но почти ничем незанятых каменных лавок, представляет несравненно более удобств, нежели Ромны, где при нынешнем устройстве лавочных мест, все товары помещаются во время ярмарки чрезвычайно неудобно в выстроенных частными лицами деревянных, незначительных лавках. Хотя же и предположено в Ромнах для гостиного двора возвести новое каменное здание, на что производится в каждую ярмарку, с владельцев, имеющих лавки и с приезжих купцов определенный сбор; но исполнению этого вскорости, сверх недостатка собранной доселе суммы, препятствуют многие особые еще затруднения. Было бы гораздо полезнее, по мнению начальника полтавской губернии, обратить сбор сей или по крайней мере часть оного, внесенную иногородними торговцами, на устройство гостиного двора в губернском городе, которому подобное здание могло бы служить приличным украшением. Соединение в Полтаве всех мест губернского управления, находящиеся там учебные заведения, а вследствие того, значительнейший съезд в этом городе по разным надобностям дворян и прочих сословий, может способствовать успехам ярмарки, а вместе с тем и самое производство оной, в виду губернского начальства, имело бы правильнейший ход и ближайшее охранение от всякого стеснения. Торгующие з Ромнах великороссийские и других мест купцы, по объявлении им всех этих соображений, отозвались словесно и письменно, что они не только не ожидают никакой пользы от предполагаемого изменения пункта Ильинской ярмарки, но, напротив того, почитают сию меру вредною потому в особенности, что при такой перемене потерпит ущерб важнейшая оптовая их торговля которую на этой ярмарке они производят преимущественно с западными губерниями и с Польшей, и коей способствует ныне близость мест к Ромну; сверх того произойдет общее расстройство в торговых делах здешнего края. По объяснению купечества, оно пользуется в Ромнах такими выгодами местности, каких нигде более не находит, имея там постоянную складку своим

товарам. Пункт этот связывает Нежинскую, Сумскую, Коренную, Харьковскую и Кролевецкую ярмарку, в которые отправляются товары из Ромна заблаговременно и за выгодный извоз. В случае же передвижения сего торгового пункта в г. Полтаву, купцы лишены возможности поспевать во время с товарами ко всем упомянутым ярмаркам, в расчетах и платежах нарушится издавна заведенный порядок, а главное, капиталы здешних торговцев не поспеют с Ильинской ярмарки на нижегородскую, отчего и эта знаменитая ярмарка, не получая огромных наличных сумм в назначенное время может потерпеть стеснение в своей торговле. Изъясненный отзыв купечества начальник полтавской губернии, признает совершенно неосновательным и не столько согласным с общею пользою, сколько пристрастным к некоторым частным выгодам лиц, имеющих в г. Ромнах собственные лавочные помещения. Мнение торговцев, что перевод Ильинской ярмарки в Полтаву повредит оптовой торговле их с западными губерниями, не заслуживает уважения, ибо сии губернии, сколько известно, по недостатку собственных фабрикаций, приобретают в Ромнах большею частью бумажные и пеньковые изделия, как то: нанки, ситцы, платки и проч. товары легкие, не затруднительные в перевозке, следовательно, в сем отношении для покупателей и продавцов, отдаление торгового пункта на некоторое только расстояние, не составляет еще особенной важности; притом же торговцы западных губерний, с назначением Ильинской ярмарки в Полтаве, могли бы все приобретаемые на оной товары доставлять в свои места водою, транспортируя их по сухому пути только до Кременчуга, на протяжении 110 верст. Для складки товаров г. Полтава представляет более удобств и безопасности, нежели Ромны по причинам вышеобъясненным; в последнем городе помещение гостиного двора до такой степени ветхи, что в крышах везде почти происходит течь, от которой товары должны подвергаться порче, а почему здесь постоянная складка оным едва ли и возможна. Не имеет никакого основания отзыв купечества, что из Ромна заблаговременно отправляются товары на ярмарки: нежинскую, которая бывает зимою во всеядную неделю и отходит за несколько месяцев пред Ильинской, Сумскую, называемую сборной в Великий пост и Коренную на девятую пятницу в июне месяце, кои также отходят гораздо раньше, следовательно купцам вовсе нет надобности спешить на эти ярмарки по окончании роменской. Что касается до объяснения торговцев, что капиталы их с Ильинской ярмарки не поспеют в нижегородскую, то и сие обстоятельство, по заключению

г. Аверкиева, не может быть признано уважительным, ибо посылка денег для скорейшего и вернейшего доставления обыкновенно по почте вместо Ромна из Полтавы не сделает разности, а напротив того, торговцы могут иметь еще ту выгоду, что по ходу почт корреспонденцию в великороссийские места из Ромна отправляется один раз в неделю, а из Полтавы два раза: при таком удобстве сношений, нижегородская ярмарка, если только справедливо, что в ней ожидаются наличные капиталы из роменской Ильинской, получит оные своевременно и в торговле своей не потерпит никакого стеснения.

Независимо от полученных мною таковых сведений, принимая в соображение, что перевод Ильинской ярмарки в Полтаву не может не иметь некоторого влияния и на харьковскую успенскую, я счел нужным истребовать по настоящему обстоятельству мнение харьковского купеческого общества, которое ныне доносит мне, что действительно сближение двух этих ярмарок повредит им обеим, ибо чем ближе ярмарка от ярмарки, тем невыгоднее для той и другой, как дознано на опыте, что, по весьма значительному количеству отправляемых на Ильинскую ярмарку из Москвы и С.-Петербурга товаров, кои непременно должны следовать на Харьков или Ромны, излишняя разница в расстоянии от Ромна до Полтавы, особенно в дождливое время, замедлит и затруднит успехи торговой промышленности; что, сверх сего для харьковской успенской ярмарки произойдет от такого распоряжения следующая невыгода: на эту ярмарку, покупатели приезжают теперь большею частью из губернии херсонской, екатеринославской и полтавской, из Крыма, Одессы и Бессарабии; когда же Ильинская ярмарка будет перемещена в Полтаву, то по ближайшему к ней расстоянию означенных мест и по краткости времени от окончания оной до начала Успенской в Харькове, многие из покупателей, если не все, конечно, станут приобретать необходимо им товары на Ильинской полтавской ярмарки, в Успенской же не будут более нуждаться, отчего не только торговцы здешние потерпят расстройство в своих дедах, но и жители Харькова понесут потери, ибо с уменьшением покупателей должно ограничиться и число продавцов, а с тем вместе опустеют многие лавки и дома, приносящие доходы жителям и городу. По сему Харьковское купечество также находит изъясненную меру в торговом отношении более вредною, нежели полезною.

С моей стороны, входя в обсуждение всех приведенных здесь обстоятельств и имея в виду, что бывшие доселе примеры

подобного перемещение ярмарок, сделанные правительством с целью усиления торговли в известных пунктах, большею частью оказались неудачными и произвели последствия, противные ожиданиям — я нахожу:

1) предположение начальника полтавской губернии, хотя имеет никоторое основание и обещает многие выгоды, но не менее того в исполнении представляются сомнительным: успехи торговых дел во всяком месте и установление коммерческих пунктов, как опыт показал, не зависят от распоряжений правительства, но всегда подчиняются местным потребностям и указаниям самой торговли.

2) Нельзя не согласиться, что в г. Ромнах, который не смотря на то, что в нем так давно уже существует известнейшая в этом крае ярмарка, доселе ни мало не украшен и ныне ничем не улучшается, было бы жаль воздвигать новое огромное здание для гостиного двора, на поступивший с Ильинской ярмарки сбор и что в тоже время г. Полтава, — как место, ознаменованное великим событием в нашем отечестве, находящейся в бедном положении вполне заслуживает того, чтобы предоставить ему способы к улучшению и обогащению предполагаемой мерой, вероятно, можно было бы достигнуть этой цели: учреждение в Полтаве значительной ярмарки, привлекая в большем количестве приезжих посторонних лиц, приносило бы выгодам торговцам, а устройство обширных помещений гостиного двора, на счет означенного капитала, украсило бы город.

3) Хотя отзывы торговцев по этому предположению, отобранные в Ромнах и в Харькове, не могут быть признаваемы во всех отношениях уважительными, вместе с тем, однако ж, нельзя и отвергать некоторых опасений их на этот счет, в особенности же надобно согласиться, что перевод Ильинской ярмарки в Полтаву, если только мера сия будет иметь полный успех, может уронить торговлю на харьковской успенской ярмарке.

4) По мнению моему нельзя ручаться, чтобы Ильинская ярмарка имела столь обширный оборот в Полтаве, как в Ромнах, куда торговцы охотно съезжаются ныне по одной уже привычке, притом и положение последнего города на границе четырех губернии, действительно центральное и удобнее для торговли. Из сего я должен заключить, что перемещение сказанной ярмарки с одной стороны не наверное принесет для Полтавы и полтавской губернии ожидаемую пользу; с другой же легко может произвести в тор-

говле здешней расстройство. Все изложенное, передавая благоусмотрению Вашего Превосходительства, имею честь покорнейше просить Вас, М.-Г. почтить меня ответом Вашим о последующем.

(Арх. П. Губ. Прав. 1842 — 1843, дело 91/2402, бумага от 16 Янв. 1843 г. за № 282).

1. P. S. Ответ министра см. выше.